Современные реалии напрямую связаны с активной цифровизацией всех сфер общественной жизни. В наше время трудно представить любую современную деятельность без участия в ней информационных технологий. Компьютеры, смартфоны, ноутбуки, смарт-чаты и прочие умные устройства используются обществом повседневно. Цифровизация жизнедеятельности человека не могла не отразиться на таком негативном социальном явлении, как преступность, криминальная деятельность активно осваивает цифровое пространство, используя высокие технологии как для совершения новых видов преступлений (кибермошенничество, атаки на критическую информационную инфраструктуру), так и для повышения эффективности и конспирации при совершении традиционных видов деяний.

Согласно статистическим данным МВД РФ, по итогам 2025 г. количество преступлений, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных технологий или в сфере компьютерной информации достигло 675,4 тыс., что составило 38,1 % от общего числа зарегистрированных в России, в то время как за первое полугодие 2023 г. этот показатель был равен 27, 27 %, что свидетельствует о стремительном росте преступности данной сфере [1].

В условиях развития технологий следственная и экспертно-криминалистическая практика сталкивается с принципиально новыми вызовами, связанными с необходимостью выявления, фиксации, исследования и процессуального оформления цифровых следов, ввиду чего возникает необходимость в современных способах борьбы с данными видами преступности. Внедрение новых информационных технологий значительно повышает эффективность работы правоохранительных органов по раскрытию и расследованию преступлений в наши дни.Информационные технологии дают новые возможности для работы следователей, упрощают их работу. Благодаря компьютеризации объем рекомендованных средств, методов и приемов расследования и раскрытия преступлений с каждым разом становиться все более эффективным и современным. Появились возможности по выявлению и использованию в целях доказывания и криминалистического поиска новых следов преступника, увеличились возможности изучения следов преступной деятельности. Возможность хранения на любых носителях информации для персональных компьютеров, тактических приемов и методов расследования, которые были накоплены поколениями исследователей, для применения этой информации на практике при расследовании преступлений и для обучения будущих следователей, криминалистов и прокуроров.

Практический запрос на развитие цифровой криминалистики подтверждается позицией руководителя профильного ведомства. В интервью председатель СК Александр Бастрыкин выразил позицию относительно использования цифровых технологий при расследовании преступлений: «…И на современном этапе развития внедрение и использование передовых информационных технологий является одной из приоритетных задач Следственного комитета. Ведь это, безусловно, во многом определяет качество нашей работы. Сегодня именно криминалистическая техника, новейшие цифровые технологии помогают следователям не только установить картину произошедшего и подозреваемых по конкретным преступлениям, но и, что самое важное, — создать условия для отправления справедливого правосудия» [2].

Стремительное развитие информационно-коммуникационных технологий и их проникновение во все сферы жизнедеятельности общества закономерно привели к трансформации способов совершения преступлений и, как следствие, к появлению принципиально новых носителей криминалистически значимой информации. Если еще несколько десятилетий назад основным источником сведений о преступлении выступали материальные и идеальные следы, то в современном мире все большее значение приобретают данные, существующие в электронно-цифровой форме. Электронная переписка, файлы, хранящиеся на различных носителях, метаданные, история посещения веб-ресурсов, информация из облачных хранилищ и мессенджеров — все это прочно вошло в арсенал средств доказывания по уголовным, гражданским и арбитражным делам. В связи с этим перед правоприменителем встает комплекс вопросов, связанных с юридической природой указанных объектов, порядком их собирания, проверки и оценки, что обусловливает необходимость глубокого и всестороннего анализа феномена электронных доказательств.

Несмотря на актуальность использования цифровых технологий при расследовании преступлений и использования цифровых следов в качестве доказательств, в российском уголовно-процессуальном праве понятие «электронных доказательств» не раскрывается нормативным путем.

В статье ст. 74 УПК РФ, законодатель закрепляет закрытый перечень доказательств, в качестве которых допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого; показания потерпевшего, свидетеля; заключение и показания эксперта; заключение и показания специалиста; вещественные доказательства; протоколы следственных и судебных действий; иные документы» [3].

Соответственно, УПК РФ не выделяет электронные доказательства в качестве отдельного вида доказательств. Тем не менее, в тексте Кодекса можно встретить редкие упоминания электронных носителей информации — ч. 4 ст. 81, ст. 81.1. А нормы ч. 4 ст. 81, ст. 81.1, пп. 5 ч. 2 ст. 82 могут привести к выводу, что электронные доказательства следует считать разновидностью вещественных доказательств. Либо на основе ч. 2 ст. 84 можно предположить, что электронные доказательства являются подвидом иных документов [4].

На практике правоохранительные органы и суды работают с цифровыми доказательствами как с традиционными видами доказательств, относя их, в силу положений ч.2 ст.74 УПК РФ, к группе «иные документы». Вместе с тем, совершенно очевидно, что цифровые (электронные) доказательства заняли отдельную группу среди большого разнообразия доказательств и назревает необходимость их отдельного законодательного закрепления.

Среди авторов существует два противоположных лагеря, один из них полагает, что необходимость в выделении цифровых (электронных) доказательств отсутствует, поскольку это лишь усложнит уголовный процесс и приведет к неверным судебным решениям, другой — напротив отмечает большое количество различий традиционных доказательств от цифровых, что свидетельствует о явной необходимости их разграничения. Следует согласиться с той группой авторов, которая выделяет различия традиционных и цифровых (электронных) доказательств [5].

Рассматривая проблемные аспекты по оценке и сбору таких доказательств, стоит учитывать, что в Уголовно-процессуальном кодексе законодателем не определяются конкретные специфичные черты сбора данных с цифровых носителей [6]. Однако в части 7 статьи 18 УПК РФ говорится об особенностях изъятия информации, которая содержится в электронных сообщениях или иных передаваемых по сетям электросвязи сообщениях. Здесь, не смотря, на то, что сбор электронных данных возможен лишь при производстве конкретных следственных действий, проблема до сих пор остается не решенной, исходя из того, что формулировка «изъятие электронных доказательств» не всегда означает фактическое копирование данных. Не урегулирован также процесс сбора сведений, содержащихся на платформах сети «Интернет», изъятие серверов, находящихся за пределами юрисдикции правоохранительных органов, органов дознания и следствия.

При осуществлении проверки электронных следов возникает барьер, связанный и с тем, что указанные данные находятся в цифровом выражении на различных носителях, что, как правило, приводит к формированию большого количества ссылок и файлов, которые могут содержать в себе достаточно обширное число сторонних данных, не имеющих значения для следствия. Помимо этого, необходимая для расследования информация часто шифруется или вовсе удаляется со всех носителей [7].

Как правило, во время проверки подлинности цифровых данных изучается их первоисточник, а именно электронный носитель, на котором располагаются указанные сведения, на состояние объекта и предполагаемого внесения в него изменений. Ввиду чего, необходимо проверить схожесть объектов по определенным признакам, целостности и неизменности содержания электронного файла, что не всегда представляется возможным сделать при исследовании электронных доказательств ввиду отдалённости или невозможности доступа к первоисточнику.

Совершенно очевидно, что сегодня среди большого количества доказательств отдельной группой выделились цифровые (электронные) доказательства. Исходя из этого, несомненна необходимость законодательного закрепления электронных доказательств как отдельного вида доказательств ввиду того, что они обладают рядом специфических черт, принципиально отличающих их от традиционных видов доказательств.

Литература:

1. Состояние преступности за январь-декабрь 2025 года [Электронный ресурс] // Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации. — Режим доступа: https://мвд.рф/reports/item/77848182/ (дата обращения: 03.02.2026).
2. Бастрыкин А. И. Александр Бастрыкин: При расследовании преступлений развивается «цифровая криминалистика» [Электронный ресурс] / А. И. Бастрыкин // Российская газета. — 2021. — 18 октября. — Режим доступа: https://rg.ru/2021/10/18/bastrykin-pri-rassledovanii-prestuplenij-razvivaetsia-cifrovaia-kriminalistika.html (дата обращения: 27.02.2026).
3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 09.04.2026) // СПС «КонсультантПлюс». — Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34481/ (дата обращения: 12.04.2026). — Ст. 74.
4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 454-ФЗ (ред. от 29.12.2025) // Собрание законодательства РФ. — 2001. — № 52 (ч. I). — Ст. 4921.
5. Никурадзе, Н.О. «Электронные доказательства»: о понятии и правовом регулировании в свете потребностей практики раскрытия и расследования преступлений (российский и зарубежный опыт) / Н. О. Никурадзе, Е. В. Мищенко, Е. А. Марина. — DOI 10.17150/2500–4255.2025.19(6).632–642 // Всероссийский криминологический журнал. — 2025. — Т. 19, № 6. — С. 632–642.
6. Янин, М. Г. Проблемы сбора, проверки и оценки электронных доказательств в уголовном судопроизводстве / М. Г. Янин, К. М. Кочедыкова // Управление в современных системах. — 2019. — № 2 (22). — Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n/problemy-sbora-proverki-i-otsenki-elektronnyh-dokazatelstv-v-ugolovnom-sudoproizvodstve/viewer (дата обращения: 12.04.2026).
7. Дорошева А. А. Электронные «доказательства» в уголовном судопроизводстве Российской Федерации [Электронный ресурс] / А. А. Дорошева. — Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n/elektronnye-dokazatelstva-v-ugolovnom-sudoproizvodstve-rossiyskoy-federatsii/viewer (дата обращения: 12.04.2026). — С. 205.