This article examines the historical development of the institution of concluding a preliminary investigation with an indictment in Russian criminal proceedings. It concludes that the modern procedure for concluding a preliminary investigation has evolved through the consistent evolution of Russian criminal procedural legislation and is based on combining the objectives of criminal prosecution with ensuring the rights of participants in criminal proceedings.

Keywords: criminal proceedings, preliminary investigation, concluding a preliminary investigation, indictment, judicial reform of 1864.

Исследование современного процессуального порядка окончания предварительного следствия с обвинительным заключением невозможно без обращения к историко-правовым предпосылкам формирования данного института. Исторический анализ позволяет установить закономерности развития представлений о назначении предварительного расследования, процессуальном положении обвиняемого, функциях прокурора, формах судебного контроля и значении итогового обвинительного документа. Институт окончания предварительного следствия складывался одновременно с развитием отечественной модели уголовного судопроизводства и в настоящее время сохраняет черты, обусловленные предшествующими этапами развития российского права.

В дореформенный период российский уголовный процесс преимущественно носил розыскной характер. Производство по уголовным делам отличалось соединением в деятельности государственных органов функций расследования, обвинения и разрешения дела. Участие лица, привлекаемого к ответственности, в доказывании было существенно ограничено, а письменные материалы расследования имели решающее значение при принятии итогового решения. Следствие по существу понималось как деятельность власти по выявлению обстоятельств преступления и лица, его совершившего, без полноценного процессуального равенства сторон [6, с. 122].

Существенные изменения были связаны с Судебной реформой 1864 г. и принятием Устава уголовного судопроизводства. Данная реформа закрепила более последовательное разграничение функций обвинения, защиты и разрешения уголовного дела, ввела институт судебного следователя, а также усилила значение суда и прокурорского надзора в уголовном процессе. Предварительное следствие стало рассматриваться как самостоятельная стадия, предназначенная для собирания и проверки доказательств до передачи дела в суд. Именно в этот период формируются предпосылки современного понимания окончания следствия как процессуального перехода от расследования к судебному разбирательству.

В то же время дореволюционная модель не являлась в полной мере состязательной в современном смысле. Судебный следователь занимал особое положение: он был призван действовать объективно, собирая как обвинительные, так и оправдательные доказательства. Итоговые материалы расследования направлялись прокурору, который оценивал достаточность оснований для поддержания обвинения в суде. Тем самым уже в законодательстве второй половины XIX века прослеживается конструкция, близкая к современному порядку: завершение расследования, подготовка итогового процессуального документа, проверка дела прокурором и передача дела в суд [7, с. 87].

Значение судебной реформы 1864 г. состоит также в том, что она закрепила идею предварительного расследования как вспомогательной по отношению к суду деятельности. Следователь не разрешал вопрос о виновности лица окончательно, а лишь создавал доказательственную основу для будущего судебного рассмотрения. Эта идея сохраняет актуальность и в действующем уголовно-процессуальном законодательстве: обвинительное заключение не является судебным актом и не предрешает вывод суда о виновности обвиняемого.

После Октябрьской революции 1917 г. система органов расследования и уголовного судопроизводства была существенно преобразована. Ранние советские нормативные акты формировались в условиях отказа от значительной части дореволюционных институтов. Однако объективная потребность в предварительном установлении обстоятельств преступления, выявлении лиц, причастных к его совершению, и подготовке материалов для судебного рассмотрения обусловила сохранение и дальнейшее развитие предварительного расследования.

Уголовно-процессуальные кодексы РСФСР 1922 [2] и 1923 [3] гг. закрепили советскую модель предварительного следствия, в которой значительное место занимали органы дознания, следователи и прокуратура. Предварительное следствие в указанный период было тесно связано с задачей борьбы с преступностью и охраны интересов государства. Вместе с тем постепенно развивались процессуальные формы привлечения лица в качестве обвиняемого, предъявления обвинения, производства следственных действий и направления дела в суд.

Особое значение для дальнейшего развития института имело принятие УПК РСФСР 1960 г. [4] Кодекс достаточно подробно регламентировал окончание предварительного следствия. В частности, были закреплены процедуры объявления обвиняемому об окончании следствия, предъявления материалов уголовного дела для ознакомления обвиняемому и защитнику, разрешения ходатайств, составления обвинительного заключения и направления дела прокурору. По существу именно в УПК РСФСР 1960 г. получила нормативное оформление конструкция, которая в модернизированном виде была воспринята УПК РФ 2001 г. [1]

Следует учитывать, что уголовный процесс советского периода имел преимущественно публичный характер. Центральное место занимала деятельность государственных органов, а права личности обеспечивались в рамках иной правовой и политической модели. Возможности стороны защиты на стадии окончания расследования были существенно уже, чем в настоящее время. В частности, не всегда обеспечивались равные условия для ознакомления с материалами дела и участия в формировании доказательственной базы. Впоследствии развитие конституционных гарантий, института адвокатуры и судебного контроля потребовало пересмотра подходов к обеспечению прав личности в досудебном производстве.

Важным этапом развития российского уголовного процесса стало принятие Конституции РФ 1993 г. Конституционные положения о признании и гарантировании прав и свобод человека и гражданина, судебной защите, презумпции невиновности, состязательности и равноправии сторон оказали принципиальное влияние на содержание уголовно-процессуального регулирования. Окончание предварительного следствия стало рассматриваться не просто как завершающий организационный этап работы следователя, но и как совокупность процессуальных гарантий, обеспечивающих обвиняемому возможность знать содержание обвинения, ознакомиться с доказательствами стороны обвинения, заявить ходатайства и подготовиться к судебной защите.

Действующий УПК РФ, вступивший в силу с 1 июля 2002 г., сохранил предварительное следствие в качестве одной из форм предварительного расследования. При этом законодатель более детально закрепил права участников уголовного судопроизводства в завершающей части расследования. В частности, ст. 215–219 УПК РФ устанавливают порядок уведомления участников об окончании следственных действий, ознакомления с материалами уголовного дела, разрешения заявленных ходатайств и предъявления дополнительных материалов. Статьи 220–222 УПК РФ регулируют составление обвинительного заключения, направление уголовного дела прокурору и решения прокурора по поступившему делу.

Современное понимание окончания предварительного следствия формируется под влиянием двух взаимосвязанных тенденций. Первая связана с необходимостью обеспечить эффективность уголовного преследования, соблюдение разумных сроков расследования и надлежащее качество направляемых в суд уголовных дел. Вторая обусловлена последовательным расширением процессуальных гарантий личности, обеспечением права на защиту, состязательности, права потерпевшего на доступ к правосудию и судебного контроля за соблюдением законности.

В современной юридической литературе обращается внимание на то, что окончание предварительного следствия не следует отождествлять исключительно с моментом подписания обвинительного заключения. Оно включает комплекс действий следователя, направленных на принятие итогового процессуального решения, извещение участников процесса, реализацию ими права на ознакомление с материалами дела, рассмотрение ходатайств, устранение выявленных недостатков и подготовку дела для прокурорской проверки [5, с. 38].

Исторически сформировавшаяся связь окончания предварительного следствия с деятельностью прокурора сохраняет принципиальное значение. Прокурор не осуществляет предварительное расследование вместо следователя, однако проверяет законность и обоснованность решения о направлении дела в суд. В этом проявляется особая роль прокуратуры как органа, обеспечивающего надзор за соблюдением Конституции РФ и исполнением законов, а также поддерживающего государственное обвинение в суде.

Современный этап развития института характеризуется усложнением уголовных дел, увеличением объема цифровой информации, использованием электронных носителей доказательств, необходимостью обеспечения доступа участников процесса к материалам в электронном виде. Эти обстоятельства обусловливают потребность в дальнейшем совершенствовании порядка окончания предварительного следствия. Вместе с тем основные исторически сложившиеся элементы института сохраняются: принятие следователем решения о завершении расследования; обеспечение права сторон на ознакомление с материалами; подготовка обвинительного заключения; прокурорская проверка; направление дела в суд.

Таким образом, историческое развитие института окончания предварительного следствия показывает его эволюцию от преимущественно розыскной процедуры к процессуальному механизму, основанному на сочетании публичных интересов уголовного преследования и гарантий прав участников уголовного судопроизводства. Современная регламентация данного института является результатом длительного развития отечественного уголовно-процессуального права, воспринявшего отдельные достижения дореволюционной, советской и современной правовых моделей.

Литература:

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 26.07.2026) // Собрание законодательства РФ. 2001. № 52 (ч. I). Ст. 4921.
2. Постановление ВЦИК от 25.05.1922 «Об Уголовно-Процессуальном Кодексе» (вместе с «Уголовно-Процессуальным Кодексом Р. С. Ф. С. Р».) // СУ РСФСР. 1922. № 20–21. Ст. 230 (утратило силу).
3. Постановление ВЦИК от 15.02.1923 «Об утверждении Уголовно-Процессуального Кодекса Р. С. Ф. С. Р». (вместе с «Уголовно-Процессуальным Кодексом Р. С. Ф. С. Р».) // СУ РСФСР. 1923. № 7. Ст. 106 (утратило силу).
4. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 27.10.1960) // Ведомости ВС РСФСР. 1960. № 40. Ст. 592 (утратил силу).
5. Григорьева Н.В, Жамкова О. Е., Угольникова Н. В. Научный взгляд на понятие окончания предварительного следствия // Вестник экономической безопасности. 2024. № 2. С. 36–39.
6. Сагалаков Э. А. Развитие органов дознания и предварительного следствия в истории права России // Власть и общество: история, современное состояние и тенденции развития: сборник материалов IV Всероссийской научно-практической конференции, Абакан, 23 апреля 2026 года. Абакан: Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова», 2026. С. 121–122.
7. Суханова К. А. Органы предварительного следствия России: исторические аспекты возникновения и становления // Современная наука и образование: актуальные вопросы теории и практики: сборник статей II Международной научно-практической конференции, Пенза, 10 марта 2023 года. Пенза: Наука и Просвещение (ИП Гуляев Г. Ю.), 2023. С. 86–88.