Использование научно-технических средств заметно расширяет горизонты познавательной деятельности, техника не только добавляет доказательствам наглядности и убедительности, но и способствует росту качества всей доказательственной базы, повышая надежность получаемых сведений. Когда же субъект доказывания действует без использования научно-технических средств, то неизбежно сталкивается с ограничениями при попытках выявления, фиксации и последующего анализа доказательственной информации [6].

Фундаментальный вклад в разработку инструментального подхода к доказыванию внес Р. С. Белкин, предложивший разграничивать четыре формы применения технических инноваций в уголовном процессе. Каждая из этих форм имеет собственную специфику, познавательный потенциал и ограничения.

1. Предметная форма — основополагающим признаком, по которому конкретный предмет признается вещественным доказательством, выступает его свойство быть носителем данных, имеющих значение для обстоятельств, входящих в предмет доказывания. В эпоху цифровизации этот ряд дополнился электронными носителями — жесткие диски, серверное оборудование, ноутбуки, флеш-карты.
2. Вербальная форма — доказательственная информация фиксируется с помощью ряда приемов: протоколирования, фонографической записи, стенографирования, а также задействования вычислительной техники.

Наглядно-образная форма — фотографические отпечатки и негативы, диапозитивы, киноленты, видеозаписи, а также иные материалы, полученные с помощью фото-, кино- и видеоаппаратуры.

Графоаналитическая форма — представлена планами местности и помещений, схематическими изображениями, чертежами, графиками и иными аналогичными способами отображения информации.

Объективная потребность в установлении истины по уголовному делу диктует необходимость широкого внедрения технических средств в уголовно-процессуальную деятельность. Этим же объясняется и все многообразие соответствующих направлений. Как следует из изложенного, совокупность рассмотренных форм — предметной, вербальной, наглядно-образной и графоаналитической — позволяет покрыть практически весь спектр возможностей, открываемых современными достижениями науки и техники.

Научно-технический прогресс современного социума неразрывно связан с эволюцией информационно-цифровых технологий, которые формируют качественно иную среду существования человечества. Как верно замечено в юридической литературе, «цифровая реальность» проникает во все сферы жизнедеятельности, видоизменяя традиционные формы социального взаимодействия, хозяйственных связей, государственного администрирования и правоприменения. Сегодня доказывание в уголовном процессе практически немыслимо без использования сведений в электронном виде — аудиозаписей, видеофайлов, фотоматериалов, детализаций звонков, данных из облачных хранилищ и т. д.

Цифровизация преступной деятельности объективно требует выработки новых подходов к раскрытию и расследованию таких посягательств. Классические методы уголовно-процессуального познания, ориентированные по преимуществу на работу с материальными следами и показаниями очевидцев, оказываются недостаточно действенными при противодействии высокотехнологичным преступлениям [7].

В доктрине уголовного процесса под электронными доказательствами принято понимать сведения, представленные в электронной форме, на основании которых суд, прокурор, следователь или дознаватель устанавливают наличие либо отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу [10].

И. Н. Лукьянова в рамках анализа практических аспектов предлагает разграничивать типы электронных доказательств, исходя из особенностей их формирования и последующего процессуального изучения:

1. сведения, изначально существующие в цифровой форме, однако предъявляемые в судебном заседании на бумажном носителе (в виде распечатки) и исследуемые по правилам, установленным для классических письменных доказательств;
2. информация, подлежащая изучению только в электронном виде — например, файлы, сохраненные в специфических форматах, для воспроизведения которых необходимо специализированное программное обеспечение;
3. электронные копии документов, первоначально изготовленных на бумажном носителе (так называемые скан-образы) [8].

Законом № 143-ФЗ от 28.07.2012 г. в УПК РФ была закреплена категория «электронные носители информации», признанная разновидностью вещественных доказательств. Согласно правовой доктрине, появление этой нормы объяснялось необходимостью упорядочить порядок изъятия в ходе расследования (особенно по экономическим преступлениям) электронных накопителей — системных блоков, серверов, ноутбуков, карт памяти — на которых хранятся данные о деятельности хозяйствующих субъектов.

Как Конституционный, так и Верховный Суд РФ не раз обращали внимание на вопросы, сопряженные с использованием электронных доказательств. Разъяснения по этому поводу содержатся, например, в постановлении Пленума ВС РФ от 26.12.2017 № 57: если сторонами уголовного процесса в суд поданы документы в виде электронных образов, судья (или состав суда) вправе потребовать предоставления подлинных экземпляров этих документов. Иная картина наблюдается в подходе Конституционного Суда РФ: он трактует понятие «документ в электронном виде» предельно узко, относя к этой категории только обращения, подписанные усиленной квалифицированной электронной подписью.

Несмотря на отсутствие легального определения понятия «электронные доказательства» в УПК РФ, в доктрине и судебной практике сложилась устойчивая классификация их видов [4]:

1. Электронный документ — это цифровая информация, представленная в форме, доступной для осмысления человеком с помощью компьютера и пригодной для передачи через сети связи либо обработки в информационных системах. Отличительная особенность — присутствие идентификационных реквизитов (электронная подпись, служебные метаданные).
2. Электронная переписка — сообщения, переданные посредством электронной почты; мессенджеров (WhatsApp, Telegram и иных приложений для обмена сообщениями); SMS.
3. Скриншоты (снимки экрана) относятся к числу наиболее распространенных методов фиксации данных, отображаемых на экране устройства.
4. Информация из социальных сетей — сведения, размещенные пользователями на собственных страницах, в группах, под постами (комментарии) или в личных сообщениях, которые могут обрести доказательственную ценность для уголовного дела.
5. Информация о соединениях — ст. 186.1 УПК РФ регламентирует получение информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами. К числу таких сведений относятся данные о дате, времени, длительности соединений, абонентских номерах, а также о местонахождении абонентских устройств.

Понятие «электронные доказательства» носит собирательный характер, охватывает собой качественно неоднородные источники информации. В их число входят: электронные документы, скриншоты, корреспонденция по электронной почте, цифровые аудио- и видеозаписи, а также данные, извлекаемые из мессенджеров и социальных сетей. Все эти объекты объединяет единый системообразующий критерий — электронная (цифровая) форма фиксации информации, само появление и существование которой напрямую детерминированы достижениями научно-технического прогресса.

Отсутствие легального определения электронных доказательств в УПК РФ остается существенным пробелом, требующим законодательного восполнения. Наряду с этим необходимо продолжение работы по совершенствованию технических и процессуальных механизмов, обеспечивающих аутентичность цифровых источников, особенно в части наглядно-образной информации, наиболее уязвимой для фальсификации. Только комплексный подход, сочетающий передовые достижения криминалистической техники и адекватное правовое регулирование, позволит уголовному процессу эффективно отвечать на вызовы цифровой эпохи.

Литература:

1. Белкин Р. С. Курс криминалистики: учеб. пособие для студентов вузов, обучающихся по юрид. специальностям / 3. изд., доп. Москва, 2001. 837 с.
2. О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 28.07.2012 № 143-ФЗ
3. О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов: Постановление Пленума ВС РФ от 26.12.2017 № 57 (с изм. 2025 г. о цифровых следах).
4. Александров А. Ю., Понамарев Б. С. Понятие и общая характеристика электронных доказательств // АВБсП. 2023. № 4.
5. Горелов М. В. Электронные доказательства в эпоху нейросетей // Российский следователь. 2025. № 2.
6. Кореневский Ю. В. Криминалистика для судебного следствия: научно-практическое пособие. М., 2002. С. 24.
7. Кошкина Е. А. Некоторые проблемы применения электронных доказательств в уголовном процессе // Молодой ученый. 2024. № 18 (517). С. 218–219.
8. Лукьянова И. Н. Доказательства в гражданских делах в эпоху электронного правосудия // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. 2018. № 4. С. 132.
9. Оконенко Р. И. Криптовалюта как вещественное доказательство // Уголовное судопроизводство. 2025. № 4.
10. Палоян С. А. Электронные доказательства по уголовным делам Дегтярева Ольга Владимировна // ЧОУ ВО «Сибирский юридический университет», г. Омск