Право участника хозяйственного общества получать сведения о его деятельности одно из базовых корпоративных правомочий. Именно оно «открывает дорогу» к остальным правам: участию в управлении, контролю за финансово-хозяйственной жизнью компании, защите имущественных интересов. В доктрине давно подмечено, что право на информацию как бы стоит впереди прочих прав участника: без достаточной осведомлённости о делах корпорации невозможно ни принимать взвешенные управленческие решения, ни трезво оценивать работу органов управления [7, с. 4]. И в литературе, и в практике встречается наблюдение, что конфликт в корпорации редко вспыхивает на пустом месте. Обычно он стартует с утраты доверия к руководству: участник перестаёт понимать, что происходит с активами, как складывается финансовый результат, куда уходят ключевые ресурсы. И первым делом в такой ситуации он тянется именно к праву на информацию. Неслучайно это право относят к числу главных: его реализация позволяет участвовать в управлении корпорацией полноценно и защищать свои корпоративные интересы [9, с. 15].
Законодательную основу института образуют п. 1 ст. 67 и п. 1 ст. 65.2 ГК РФ. Участники корпорации вправе, в случаях и в порядке, установленных законом и учредительным документом, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с её бухгалтерской и иной документацией. Применительно к отдельным организационно-правовым формам эти нормы раскрыты в ст. 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ст. 91 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах». С появлением Федерального закона от 29.07.2017 № 233-ФЗ утвердился дифференцированный подход к объёму сведений, которые участник может запросить [7, с. 4]. Для участников ООО отдельных ограничений по составу требуемой информации не предусмотрено, тогда как для акционеров объём зависит от размера пакета акций [7, с. 4–5]. Закон различает две формы предоставления информации: ознакомление с документами в помещении исполнительного органа и выдачу копий. Судебная практика допускает и одновременное использование обеих форм: участник вправе сперва изучить оригиналы, затем изготовить копии самому либо попросить их у общества.
Принципиальное значение имеет разъяснение о том, что, реализуя право на информацию, участники хозяйственных обществ не обязаны объяснять цели и мотивы своих требований, раскрывать интерес в получении сведений или как-то иначе его обосновывать, кроме случаев, прямо вытекающих из закона [12, с. 1]. Участник может требовать любые имеющиеся у общества документы, если они связаны с его деятельностью. Но есть и встречное требование: обращаясь с запросом, участник должен определить его предмет: конкретизировать перечень и виды требуемой информации или документов. Насколько подробной должна быть такая конкретизация, суд оценивает по обстоятельствам конкретного дела, соразмеряя это с необходимостью реально обеспечить участнику возможность пользоваться своими правами [12, с. 1].
Ключевой для понимания природы информационных конфликтов остаётся тема оснований для отказа. П. 4 ст. 50 Закона об ООО даёт их исчерпывающий перечень: электронная версия документа находится в свободном доступе либо раскрыта в порядке, предусмотренном законодательством о ценных бумагах; документ запрашивается повторно в течение трёх лет, хотя первое требование было исполнено надлежащим образом; документ относится к прошлым периодам деятельности общества, то есть к периоду, отстоящему от момента обращения более чем на три года. Однако практика выработала и дополнительные критерии, сужающие право на информацию. По правовой позиции из п. 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 № 144, участнику могут отказать, если доказано, что его право обществом не нарушено либо в его действиях просматривается злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ) [12, с. 1]. Бремя доказывания этих обстоятельств лежит на обществе. В доктрине при этом подчёркивают: применяя запрет злоупотребления правом к истребованию документов, суд обязан максимально подробно исследовать все обстоятельства дела, чтобы по поведению участника установить его неправомерную цель. Иначе повсеместное обращение к ст. 10 ГК РФ при малейших сомнениях в добросовестности участника способно перекосить баланс в пользу общества, что противоречит самой сути этих правоотношений [4, с. 36].
О ненарушенном праве говорят, в частности, случаи, когда одни и те же документы запрашиваются снова и снова, хотя первое требование было удовлетворено как следует, либо когда запрос касается давно прошедших периодов и явно не несёт ценности для анализа. Злоупотребление правом суды усматривают и в иных ситуациях: участник, требующий информацию, фактически является конкурентом общества или связанным с ним лицом, а сами сведения носят конфиденциальный характер, относятся к конкурентной сфере и их разглашение способно навредить коммерческим интересам и деловой репутации общества [11, с. 2]. Напротив, к добросовестному поведению Верховный Суд относит намерение истца продать свои акции или долю, подготовку к иску об оспаривании решения органа либо договора общества или о привлечении его органов к ответственности, а равно подготовку к участию в общем собрании [11, с. 2–3]. Недобросовестными арбитражные суды признают и постоянные запросы, когда перечень требуемых документов практически не меняется, и случаи, когда сам истец мешал работе общества — например, ограничивал генеральному директору доступ к месту хранения документации, либо истребовал бумаги за период, в котором сам был генеральным директором, но, сложив полномочия, не передал их новому руководителю [11, с. 3].
Споры о предоставлении информации участникам корпорации —отдельная категория корпоративных конфликтов с высоким конфликтогенным потенциалом. Закон даёт участнику широкие гарантии: перечень оснований для отказа исчерпывающий, а бремя доказывания недобросовестности участника возложено на общество. Вместе с тем сохраняется запрос на дальнейшую настройку механизмов, которые удерживали бы равновесие между правом участника на информацию и законными интересами хозяйственного общества.
Литература:
1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 1994. — № 32. — Ст. 3301.
2. Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» // Собрание законодательства РФ. — 1998. — № 7. — Ст. 785.
3. Федеральный закон от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 1. — Ст. 1.
4. Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ» // Вестник ВАС РФ. — 2011. — № 3.
5. Обобщение судебной практики по корпоративным спорам о предоставлении информации хозяйственными обществами (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023) // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2024. — № 1.
6. Крысова Я. И. Критерии добросовестности при запросе информации о деятельности корпорации её участником в законодательстве и судебной практике Российской Федерации / Я. И. Крысова // Молодой учёный. — 2025. — № 50 (601). — С. 363–365.
7. Малюшев А. В. Основания для отказа в предоставлении информации участникам ООО в российской правоприменительной практике / А. В. Малюшев // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. — 2025. — № 10.
8. Байрамова, Я. Ф. Частноправовые способы защиты прав и законных интересов миноритарных акционеров / Я. Ф. Байрамова // Юрист. — 2026. — № 4.
9. Грязнов В. Применение запрета злоупотребления правом при отказе участнику общества в истребовании документов общества / В. Грязнов // Адвокатская газета. — 2024. — № 8 (409).
10. Филипенко В. А. Специфика проявления принципа добросовестности в корпоративном праве: монография / В. А. Филипенко. — Москва: Статут, 2025.
