В условиях современной геополитической нестабильности и трансформации медиасферы традиционные каналы информирования уступают место цифровым платформам. Для Восточного военного округа, выполняющего задачи на Дальнем Востоке, эффективность коммуникации с обществом становится фактором обеспечения национальной безопасности. Актуальность исследования обусловлена необходимостью адаптации жестко регламентированных процедур военного управления к высокой скорости функционирования социальных сетей. Способность органов военного управления (далее — ОВУ) оперативно транслировать достоверную повестку определяет уровень доверия к Вооруженным Силам и эффективность противодействия информационным угрозам в макрорегионе.

Научная новизна работы заключается в системном анализе деятельности командования и отдела информационного обеспечения ВВО как субъектов «новой журналистики» в условиях реализации ФЗ № 270-ФЗ. В отличие от существующих исследований, в статье впервые на основе эмпирических данных анализируется опыт интеграции защищенной платформы MAX в систему военного управления и выявлена специфика её аудиторного охвата. Автором теоретически обоснован и практически подтвержден переход от модели пассивного вещания к созданию интерактивной сервисно-разъяснительной среды, функционирующей на стыке официального СМИ и цифрового интерфейса обратной связи.

Цель исследования:выработка практических рекомендаций по совершенствованию деятельности ОВУ ВВО по развитию механизмов информационного обеспечения в социальных сетях.

Фундаментальное изучение механизмов информационного обеспечения Восточного военного округа невозможно без обращения к классическим концепциям информационного общества. Теоретический каркас работы задается трудами М. Кастельса (теория сетевого общества) и Дж. Ная (концепция «мягкой силы»), которые обосновывают глобальный переход власти от жестких иерархических структур к гибким информационным потокам [4, 6].

В отечественной научно-теоретической дискуссии ключевые аспекты военного информационного обеспечения получили глубокое освещение в работах таких исследователей, как А. В. Манойло и О. В. Смагин. Тем не менее, стремительное развитие технологий требует актуализации данных подходов. В частности, специфика использования национальных цифровых платформ (например, мессенджера MAX) в качестве защищенных каналов стратегической коммуникации в условиях Восточного военного округа на сегодняшний день остается критически малоизученной [5, 7].

Анализ литературы позволяет констатировать, что современные «новые медиа» требуют от органов военного управления коренной трансформации: из закрытых трансляторов директивной информации в открытые, оперативные коммуникационные узлы, способные конкурировать за внимание аудитории в условиях информационного шума. Опора на указанные теоретические положения позволяет не только осмыслить текущее состояние медиасреды, но и сформулировать вектор развития прикладного исследования.

На основе анализа теоретических источников и предварительного изучения деятельности отдела информационного обеспечения ВВО была выдвинута гипотеза о том, что эффективность информационного обеспечения в социальных сетях сегодня сдерживается не отсутствием технологий, а глубоким институциональным разрывом. Существующее противоречие между жесткими ведомственными регламентами безопасности, требующими длительных согласований, и объективной потребностью в мгновенной реакции в цифровой среде создает условия для потери информационной инициативы. Предполагается, что нивелирование этого разрыва возможно через создание специализированных органов экспресс-визирования и автоматизацию процессов модерации на базе интеллектуальных алгоритмов. Для проверки выдвинутой гипотезы и верификации теоретических предположений автором было проведено комплексное эмпирическое исследование медиа-активности округа.

В рамках аналитического этапа практики в Отделе информационного обеспечения ВВО был осуществлен контент-анализ площадок «ВКонтакте», Телеграм и новой платформы MAX. Исследование структуры информационных потоков показало устойчивое распределение тематических векторов информирования. Подробная структура распределения контента представлена в таблице 1.

Таблица 1

Распределение тематических потоков контента в социальных сетях ВВО (2024–2025 гг.).

Данные таблицы 1 подтверждают приоритетность информационного вектора в деятельности Отдела информационного обеспечения Восточного военного округа при сохранении значимой доли антикризисного и имиджевого компонентов, что соответствует задачам «новых медиа».

Математическая обработка данных зафиксировала кратный рост популярности ресурсов, достигший в 2025 году охвата в 450 тыс. просмотров ежемесячно. Динамика интенсивности роста аудитории наглядно отражена на рисунке 1.

Рис. 1. Динамика ежемесячного охвата аудитории официальных ресурсов ВВО в 2022–2025 гг.

Анализ динамики, представленной на рисунке 1, позволяет констатировать переход системы инфообеспечения ВВО к стадии интенсивного развития. Рост показателей более чем в 2 раза обусловлен качественной трансформацией контента и его адаптацией под запросы цифровой аудитории [8].

Масштабирование аудитории стало возможным благодаря диверсификации каналов вещания. Каждая из используемых платформ сегодня решает специфические задачи, что требует сопоставления

их результативности. Сравнительная характеристика ключевых площадок представлена в таблице 2.

Таблица 2

Сравнительная характеристика эффективности цифровых площадок ВВО (2025 г.).

Данные таблицы 2 демонстрируют лидерство мессенджера Телеграм по уровню вовлеченности, что подтверждает его роль

как оперативного канала. Примечательно, что платформа MAX показывает высокий коэффициент вовлеченности (3,5 %) благодаря работе с подтвержденными учетными записями.

Углубленный анализ результатов показал, что ресурсы ВВО воспринимаются пользователями не просто как СМИ, а как многофункциональный цифровой сервис: более 40 % обращений касаются социально-правовых вопросов (выплаты, льготы, статус). Тематическая структура интересов пользователей представлена на рисунке 2.

Рис. 2. Тематическая структура информационных запросов пользователей (по результатам анализа обратной связи)

Преобладание запросов социально-правового характера (40 %) свидетельствует о том, что ресурсы округа стали основным инструментом прямого взаимодействия граждан с органами военного управления.

Однако именно здесь обнаруживается системное противоречие, подтверждающее гипотезу: нормативный цикл согласования ответов согласно Приказу МО РФ № 22 занимает несколько часов, в то время как «окно возможности» в Телеграм ограничено 15 минутами [3]. Стоит отметить, что реализация политики информирования в сети Интернет также опирается на положения ФЗ № 270-ФЗ и Доктрины информационной безопасности РФ [1, 2].

Дополнительным барьером выступает технологический риск, обусловленный отсутствием инструментов автоматизированной аналитики для национальной платформы MAX. Комплексная оценка факторов деятельности Отдела представлена в таблице системного анализа сильных и слабых сторон, возможностей и угроз (таблица 3).

Таблица 3

Матрица анализа стратегических факторов системы информационного обеспечения деятельности ВВО.

Системный анализ факторов, представленный в таблице 3, позволяет сделать вывод, что ключевым вектором развития инфообеспечения ВВО должно стать использование сильных сторон (эксклюзивность контента) для нейтрализации внешних угроз.

В то же время выявленные слабые стороны, прежде всего длительный цикл согласования материалов, подтверждают необходимость внедрения предложенных в работе инструментов оперативного реагирования

В целях достижения поставленной в статье цели и гармонизации интересов безопасности с требованиями оперативности, автором разработан комплекс проектных предложений.

Во-первых, на институциональном уровне предлагается создание Центра оперативного реагирования (далее — ЦОР), наделенного полномочиями по ускоренному согласованию типового контента в течение 20 минут.

Во-вторых, технологический блок рекомендаций включает внедрение ИИ-алгоритмов на платформе MAX для автоматической фильтрации запросов и раннего выявления признаков информационного нападения.

В-третьих, кадровый вектор предполагает запуск программы «Военный цифровой аналитик», ориентированной на подготовку специалистов по OSINT-мониторингу и математической обработке больших массивов медиаданных.

Реализация данных предложений позволит не только купировать выявленные риски, но и вывести информационное обеспечение ВВО на качественно новый уровень стратегической коммуникации.

В ходе проведенного исследования были достигнуты поставленные цели и решены задачи по анализу механизмов информационного обеспечения Восточного военного округа в цифровой среде.

Краткая формулировка полученных результатов позволяет констатировать, что ресурсы ВВО успешно трансформировались в субъект «новых медиа», достигнув охвата в 450 тыс. просмотров ежемесячно и сформировав лояльную аудиторию на защищенных отечественных платформах, таких как MAX (коэффициент вовлеченности — 3,5 %).

Однако автором подтверждена гипотеза о наличии критического институционального разрыва: существующие регламенты согласования информации не соответствуют темпам функционирования социальных сетей, где «окно инициативы» ограничено 15 минутами.

Практическая значимость работы заключается в разработке адресных рекомендаций, направленных на технологическую и организационную модернизацию Отдела информационного обеспечения ВВО.

Дальнейшее развитие механизмов инфообеспечения обеспечит прозрачность деятельности армии при безусловном сохранении режима секретности и укреплении национальной безопасности в глобальной информационной сети.

Литература:

1. Федеральный закон от 14.07.2022 г. № 270-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления» и статью 10 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».
2. Доктрина информационной безопасности Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 05.12.2016 г. № 646).
3. Приказ Министра обороны РФ от 17.01.2022 г. № 22
4. «Об утверждении Перечня сведений Вооруженных Сил Российской Федерации, подлежащих отнесению к служебной тайне в области обороны».
5. Кастельс, М. Власть коммуникации: учеб. пособие / М. Кастельс; пер. с англ. Н. М. Мамедовой. — 2-е изд. — М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2017 г. — 564 с.
6. Манойло, А. В. Государственная информационная политика в условиях информационных войн / А. В. Манойло. — М.: Горячая линия — Телеком, 2020 г. — 541 с.
7. Най, Дж. Мягкая сила. Слагаемые успеха в мировой политике / Дж. Най. — М.: АСТ, 2021 г. — 320 с.
8. Смагин, О. В. Информационное обеспечение деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации: учеб. пособие / О. В. Смагин. — СПб.: БГТУ «ВОЕНМЕХ», 2023 г. — 98 с.
9. Материалы аналитического отчета по результатам практики в Отделе информационного обеспечения Восточного военного округа (г. Хабаровск, 2024–2025 гг.).