1. Постановка проблемы

Национальный проект «Беспилотные авиационные системы» изначально задумывался не только как инструмент технологического суверенитета, но и как фактор территориального развития. Предполагалось, что сеть научно-производственных центров (НПЦ) охватит 48 субъектов РФ и создаст точки роста за пределами традиционных агломераций. Однако практика 2025–2026 гг. демонстрирует иную картину: отрасль растёт неравномерно, а разрыв между регионами-лидерами и остальными субъектами не сокращается.

Возникает вопрос: является ли такая асимметрия временным эффектом начального этапа или устойчивой моделью, требующей корректировки? Для ответа необходимо рассмотреть несколько измерений дифференциации — производственную концентрацию, распределение инфраструктурных субсидий, результаты внедрения БАС и институциональные барьеры.

2. Концентрация производителей: эффект агломерации

Первое измерение — география производителей. По данным Корпорации МСП, после уточнения реестра в июле 2025 г. в сегменте малых и средних предприятий насчитывалось 607 организаций, а с учётом крупного бизнеса — порядка 858. Совокупный доход сектора по итогам 2024 года достиг 77 млрд руб. против 45 млрд годом ранее, а занятость выросла почти на треть — до 10 тыс. сотрудников.

Распределение производителей по территории подчиняется логике агломерационного эффекта. Согласно данным Корпорации МСП, наибольшая концентрация наблюдается в следующих регионах:

— Москва — 27 %;

— Московская область — 9 %;

— Санкт-Петербург — 8 %;

— Самарская область — 5 %;

— Ростовская область и Татарстан — по 4 %;

— Новосибирская, Нижегородская и Свердловская области — по 3 %;

— Краснодарский край — 2 %.

Таким образом, более половины профильных компаний сосредоточено в шести субъектах. Остальные регионы представлены фрагментарно, а часть территорий в реестрах вообще не отражена. Это не обязательно означает отсутствие компетенций: скорее, речь идёт о незавершённой институциональной легитимации региональных производителей, их неготовности или неспособности войти в официальный контур отрасли.

3. НПЦ и субсидии: селективная поддержка

Второе измерение — распределение научно-производственных центров и связанного с ними федерального финансирования. Согласно распоряжению Правительства РФ от 20.03.2025 № 647-р, в 2025 году субсидии на общую сумму 4 003 475,5 тыс. руб. получили семь регионов, а общий объём финансирования на 2026 год запланирован в размере 10 000 000 тыс. руб.

В 2025 году среди получателей субсидий — Якутия, Кабардино-Балкария, Пермский край, Нижегородская, Новгородская, Оренбургская и Тульская области. В 2026 году география получателей стала ещё более узкой (табл. 1).

Таблица 1

Составлено по данным распоряжения Правительства РФ от 20.03.2025 № 647-р и сообщений о распределении субсидий на 2026 г.

На пять субъектов приходится весь годовой объём финансирования НПЦ. При этом нацпроект предусматривает создание таких центров в 48 регионах к 2030 г.. Даже с учётом расширения сети в 2027 г. очевидно: значительная часть территорий на протяжении первых лет реализации проекта остаётся без целевой инфраструктурной поддержки. Это создаёт риск закрепления разрыва между «инфраструктурно обеспеченными» и «инфраструктурно лишёнными» регионами.

4. Рейтинг дронификации: разрыв без середины

Третье измерение — практические результаты внедрения БАС, зафиксированные в национальном рейтинге дронификации 2026 г. Методика охватывает 29 показателей, сгруппированных в семь тематических блоков, и оценивает как условия для развития отрасли, так и фактические результаты внедрения. Высшую категорию AAA получили Алтайский и Пермский края, Амурская и Нижегородская области, Ханты-Мансийский автономный округ.

Ключевой вывод рейтинга — отсутствие устойчивого среднего сегмента. Регионы либо демонстрируют высокую интенсивность полётов и широкий спектр сценариев, либо практически не используют БАС. Всего в исследовании зафиксировано 270 практических сценариев применения беспилотных систем в 84 регионах.

Примечательно, что лидерство не коррелирует с размером валового регионального продукта. Пермский край и ХМАО не относятся к крупнейшим экономикам страны, но вошли в топ благодаря практической отработке сценариев. Напротив, ряд промышленно развитых субъектов оказались в группах «B» и «C» из-за медленного согласования полётов и избыточных ограничений.

5. Институциональные барьеры как усилитель асимметрии

Дифференциация по результатам внедрения усугубляется неравенством институциональных условий. Рейтинг 2026 г. выявил несколько системных проблем.

Во-первых, указ президента разрешает 59 субъектам РФ не закрывать небо для БПЛА, однако воспользовались этим правом лишь четыре региона.

Во-вторых, процедуры согласования полётов остаются сложными. В рамках проверки по методике «тайного покупателя» в 84 субъекта были направлены 168 заявок — по две в каждый регион. Средний срок рассмотрения обращения при положительном решении составил 9,2 календарного дня, при отказе — 10,9 дня. При этом 38 % заявок остались без ответа. Длительные сроки согласования связаны с перекладыванием ответственности между ведомствами, отсутствием унифицированной процедуры и медленной обработкой заявок.

В-третьих, региональные программы часто не содержат измеримых целей и показателей внедрения БАС, слабо учитывают местный рынок и не синхронизированы с федеральными мерами поддержки.

Эти барьеры действуют асимметрично: регионы-лидеры компенсируют их за счёт накопленных компетенций и административного ресурса, тогда как периферийные субъекты попадают в институциональную ловушку. Отсутствие полётов снижает мотивацию упрощать процедуры, а сложность процедур блокирует накопление налётов.

6. Авторский аналитический фрагмент: индекс концентрации и кейс-анализ

Для количественной оценки пространственной асимметрии автором рассчитан индекс концентрации производителей БАС (по аналогии с индексом Херфиндаля — Хиршмана, адаптированным для регионального анализа):

HHI = ,

где — доля i-го региона в общем числе производителей БАС.

Подставляя данные Корпорации МСП, получаем:

HHI =27 ² +9 ² +8 ² +5 ² +4 ² +4 ² +3 ² +3 ² +3 ² +2 ² =729+81+64+25+16+16+9+9+9+4=962

Интерпретация: значение HHI выше 900 (для 10 крупнейших регионов) указывает на высокую степень концентрации . Для сравнения: в отраслях с умеренной концентрацией этот показатель обычно находится в диапазоне 400–700. Полученное значение свидетельствует о том, что пространственная структура отрасли БАС ближе к олигополистической модели, чем к конкурентной.

Дополнительно проведён сопоставительный анализ трёх регионов-лидеров по трём измерениям — производственной базе, институциональной готовности и практическим результатам (табл. 2).

Таблица 2

Данные таблицы демонстрируют ключевой парадокс: Татарстан, обладая значительной производственной базой и крупнейшей субсидией, не входит в высшую категорию рейтинга, тогда как Пермский край и ХМАО с минимальной долей производителей обеспечили себе лидерство за счёт институциональной готовности и практической эксплуатации. Это подтверждает гипотезу о том, что пространственная дифференциация в сфере БАС определяется не столько производственным потенциалом, сколько качеством управления и скоростью институциональной адаптации .

7. Риски сложившейся модели

Можно выделить три системных риска.

Риск дублирования и распыления ресурсов. Конкурсный отбор НПЦ привёл к концентрации финансирования в ограниченном числе регионов, но без чёткой специализации между ними. Если каждый центр будет развивать полный цикл компетенций, возникнет дублирование и недоиспользование мощностей.

Риск анклавного развития. Концентрация производителей в столичных агломерациях и отдельных регионах-лидерах формирует модель, при которой отрасль развивается как совокупность анклавов, слабо связанных с остальной территорией. Это ограничивает мультипликативный эффект нацпроекта.

Риск утраты периферийных регионов. Если значительная часть субъектов не получит доступа к инфраструктуре и финансированию на ранних этапах, к 2030 г. может сформироваться устойчивая группа территорий, не интегрированных в отрасль. Это противоречит заявленной цели создания НПЦ в 48 регионах.

8. Направления выравнивающей политики

Для смягчения рисков целесообразна дифференцированная политика, учитывающая три типа территорий.

Регионы-драйверы (лидеры рейтинга дронификации) могут выполнять роль доноров компетенций: развивать экспорт услуг, стандартизацию, сертификацию, подготовку кадров для других субъектов.

Регионы с потенциалом (получившие НПЦ, но не вошедшие в лидеры) нуждаются в специализации — агропромышленный комплекс, мониторинг инфраструктуры, логистика — и в упрощении процедур согласования полётов.

Периферийные регионы (не охваченные НПЦ) должны делать ставку не на создание собственных центров, а на доступ к услугам и компетенциям через межрегиональную кооперацию и цифровые платформы.

Заключение

Пространственная экономика БАС в России на текущем этапе воспроизводит модель поляризованного развития: концентрация производителей и инфраструктуры в ограниченном числе регионов сопровождается институциональной изоляцией периферии. Однако, в отличие от традиционных отраслей, где дифференциация определяется объективными факторами размещения, в сфере БАС решающую роль играют управленческие решения — скорость согласования полётов, готовность к упрощению регулирования, качество региональных программ.

Это означает, что выравнивание возможно не только через перераспределение финансирования, но и через институциональную диффузию: тиражирование успешных управленческих практик, создание межрегиональных сервисных хабов и встраивание периферийных территорий в цепочки создания стоимости через эксплуатацию, а не производство. Нацпроект может стать инструментом не только технологического, но и пространственного развития — при условии, что управленческая асимметрия будет преодолена не в меньшей степени, чем финансовая.

Литература:

1. Распоряжение Правительства РФ от 20.03.2025 № 647-р «О внесении изменений в распределение субсидий бюджетам субъектов Российской Федерации в целях создания сети научно-производственных центров испытаний и компетенций в области развития технологий беспилотных авиационных систем на 2025 год и на плановый период 2026 и 2027 годов» // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: http://static.government.ru/media/files/sTGpluLfCRfCvKu9SzJdLqi1AcAJyvV2.pdf
2. Корпорация МСП: в России на 15 % выросло число МСП-производителей беспилотников // Inc. Russia. 2025. 8 июля. URL: https://incrussia.ru/news/v-rossii-na-15-uvelichilos-kolichestvo-msp-proizvodyashhih-bespilotniki/
3. Национальный рейтинг дронификации регионов России // Минпромторг России; АНО «Федеральный центр беспилотных авиационных систем». 2026. URL: https://www.itnews21.ru/index.php/ar/newreality/99-newreality/1570–2026–07–09–10–12–05
4. Почти 38 % заявок на полеты БАС в регионах остались без ответа // RUБЕЖ. 2026. 10 июля. URL: https://ru-bezh.ru/kompanii-i-ryinki/news/26/07/10/pochti-38-zayavok-na-polety-bas-v-regionah-ostalis-bez-otveta