Оценка вреда, причиненного окружающей среде, в частности водным биоресурсам, представляет собой непростую задачу из-за его скрытой природы. Для определения масштаба ущерба используются данные о реальных затратах, необходимых для восстановления экосистемы, учитываются понесенные потери, включая упущенную выгоду, а также проекты работ по рекультивации и восстановлении. Если такие проекты отсутствуют, то ориентируются на специальные таксы и методики расчета ущерба, утвержденные соответствующими государственными органами. В научных кругах неоднократно подчеркивалась условность денежной оценки экологического ущерба. Применяемые таксы и методики дают лишь приблизительное представление о реальном размере вреда и не гарантируют полного возмещения нанесенного ущерба [1].

Особенно сложно дать точную оценку ущерба природным объектам, когда он имеет не только материальное, но и экологическое измерение. В юридической литературе отмечаются недостатки существующих подходов к оценке экологического ущерба: они не в полной мере учитывают все факторы, которые могут влиять на масштаб вред, особенно в долгосрочной перспективе [2]. Кроме того, отсутствует унифицированный подход к оценке экологического ущерба в судебной и административной практике: различные судебные инстанции и государственные органы используют разные критерии, что приводит к разночтениям и противоречивым решениям. Порой даже сам факт нанесения вреда, особенно когда речь идет о долгосрочных последствиях, трудно доказать, как и установить лиц, виновных в его причинении.

Судебная практика показывает, что мероприятия по устранению выявленных нарушений не рассматривается как форма реализации гражданско-правовой ответственности. Это означает, что обязанность устранить нарушение не может заменить возмещение ущерба окружающей среде, и наоборот [3]. В результате лицо, ответственное за нанесение вреда, обязано выполнить два условия: устранить последствия нарушения законодательства (лесного и водного) и возместить причиненный ущерб. Эти действия рассматриваются законом как самостоятельные обязательства. Основанием для такого подхода служит пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, который предусматривает возможность установления законом обязанности причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения ущерба. В контексте вреда, нанесенного водным биоресурсам, таким законом считается ФЗ № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов». Расчет суммы ущерба производится в соответствии со ст. 53 этого закона и может осуществляться добровольно либо на основании судебного решения.

Суды, как правило, не засчитывают затраты, которые виновное лицо понесло самостоятельно для ликвидации последствий нарушения. Это связано с тем, что сумма ущерба определяется исходя из затрат на восстановление нарушенного состояния экосистемы, а не только на устранение непосредственных последствий аварий [4]. Анализ судебных решений показывает, что чаще всего суды взыскивают, сумму ущерба, рассчитанную с помощью такс и методик исчисления вреда, нанесенного водным биоресурсам. Например, решением Арбитражного суда Томской области от 22.03.2016 г. (оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2016 г.) с ответчика был взыскан только реальный ущерб, рассчитанный на основе Методики исчисления размера вреда водным биоресурсам. В отдельных случаях суды взыскивают сумму фактически нанесенного ущерба [5]. Так, в решении Арбитражного суда Томской области от 30.01.2018 с ответчика была взыскана сумма ущерба, рассчитанная на основании заключения судебного эксперта [6].

Существующие методики оценки ущерба, наносимого биологическим ресурсам в ходе хозяйственной деятельности, имеют ряд недостатков. Они не всегда адекватно отражают экономические и экологические потери, а также не учитывают множество факторов, влияющих на деградацию экосистем под воздействием человеческой деятельности. Например, для компенсации вреда путем строительства рыбзавода необходимо пройти целый ряд этапов: найти компанию-исполнителя, разработать проект, пройти процедуры согласования. В связи с этим эксперты из разных регионов предлагают перейти к финансовой форме компенсации вреда как ключевому элементу мероприятий в рамках рыбохозяйственных бассейнов [7]. Полагаем, что ресурсы, аккумулированные в рамках специализированного единого фонда, откроют перспективы для финансирования масштабных экологических инициатив под государственным надзором с соблюдением принципа приоритетности.

Обязанность компенсировать ущерб, нанесенный водным биоресурсам, наступает с первого дня реализации проекта. Завершение компенсационных мероприятий синхронизировано с прекращением производственной деятельности в рамках утвержденного проекта и, соответственно, с исчезновением негативного влияния на окружающую среду. Юридические лица, индивидуальные предприниматели и физические лица обязаны в полном объеме проводить компенсационные мероприятия до тех пор, пока сохраняется воздействие на биоресурсы и среду их обитания. При этом временные рамки завершения таких мероприятий могут не совпадать с окончательным сроком реализации проекта. В подобной ситуации возможны три варианта действий: выполнить перерасчет и перераспределение ущерба, а затем реализовать компенсационные меры в соответствие с откорректированной проектной документацией; отказаться от компенсации по изначальному проекту и приступить к компенсационным мероприятиям, ориентируясь на новый ущерб и обновленную проектную документацию; обратиться в суд для возврата излишне уплаченных средств и проведения перерасчета компенсаций.

Таким образом, в большинстве случаев при оценке ущерба, причиненного водным биологическим ресурсам, размер компенсации определяется на основе установленных такс и методик, при этом фактические затраты на восстановление экосистемы зачастую не принимаются во внимание.

Литература:

1. Михеев С. А. Обзор методик оценки ущерба, нанесенного рыбным ресурсам в результате различных видов хозяйственной деятельности. // Экономика и управление: современные вызовы, тенденции и перспективы. Материалы Национальной научно-практической конференции ВСГУТУ «Образование и наука». — Улан-Удэ, 2021. С. 74.
2. Неверов А. В., Сидорович А. А., Сысой И. П., Равино А. В., Масилевич Н. А., Юшкевич Н. Т. Методические основы экономической оценки некультивируемых биологических ресурсов. // Труды БГТУ. Серия 5: Экономика и управление, 2023. № 1 (268). С. 48.
3. Ляпкало Д. А., Василенко Т. А. Оценка размера вреда, причиненного биологическим ресурсам в результате хозяйственной деятельности. // Безопасность, защита и охрана окружающей природной среды: фундаментальные и прикладные исследования. Сборник докладов Всероссийской научной конференции. — Белгород, 2021. С. 233.
4. Решение Охинского городского суда Сахалинской области от 07 февраля 2025 г. по делу № 2–31/2025. // [Электронный ресурс] // URL: https://sudact.ru/regular/court/reshenya-okhinskii-gorodskoi-sud-sakhalinskaia-oblast/ (дата обращения: 18.06.2026).
5. Приказ Минприроды России от 13.04.2009 № 87 (ред. от 26.08.2015) «Об утверждении Методики исчисления размера вреда, причиненного водным объектам вследствие нарушения водного законодательства» (Зарегистрировано в Минюсте России 25.05.2009 № 13989). // СПС КонсультантПлюс.
6. Решение Арбитражного суда Томской области от 30.01.2018 по делу № А41–40200/2017. // [Электронный ресурс] // URL: https://sudact.ru/arbitral/court/reshenya-as-tomskoi-oblasti/ (дата обращения: 18.06.2026).
7. Медянкина М. В., Глебова И. А. Определение ущерба водным биоресурсам от планируемой деятельности. // Экология производства, 2022. № 5 (214). С. 64.