Семейное право Российской Федерации строится на ряде принципов и положений, получивших закрепление в ст. 2 Семейного кодекса РФ, в составе которых фигурирует постулат «недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи» [2], в том числе и государства. Однако не редки ситуации, когда такое вмешательство становится необходимым и вовсе не отвечает критериям произвольности. В первую очередь мы имеем в виду случаи домашнего насилия.

Как пишет М. А. Слепченко: «…в настоящее время, под влиянием различных социально-экономических факторов, проблема «насилия в семейно-бытовой сфере» в Российской Федерации достигла угрожающих масштабов. По оценкам независимых экспертов, насилие наблюдается в каждой четвертой российской семье». В данном случае речь идет не только по отношению к женщинам и детям — наиболее распространенным случаям из всех — но и по отношению к другим членам семьи, как то: дедушки и бабушки, братья и сестры, дяди и тети, а также другие иждивенцы, кровно не являющиеся родственниками, однако ведущие совместное хозяйство. Причем даже сама форма насилия разнообразна: так С. Я. Саламова выделяет такие виды, как физическое, психологическое(эмоциональное), сексуальное и экономическое насилие, приводя при этом статистические данные в отношении детей и женщин, гласящие о том, что «было установлено, что от 20 до 75 % женщин стали жертвами одного или более актов насилия эмоционального характера» и «по данным МВД на учете в полиции стоят более 200 тыс. «семейных дебоширов» [4], однако «абсолютное большинство россиян придерживаются мнения, что домашнее насилие недопустимо (90 %)» [5]. Такие факты позволяют признать ситуацию в отношении домашнего насилия требующей срочных мер реагирования, основной из которых неминуемо должно стать законодательное определение данного явления.

Федеральное Собрание уже рассматривало законопроект, касающийся данной темы в 2019 году, что вызвало определенный резонанс в обществе, однако не привело к принятию закона, несмотря на подавляющее большинство сторонников со стороны респондентов (70 %) [7]. Такое положение необходимо признать законодательным упущением, особенно учитывая выраженную населением потребность в регулировании подобных отношений, устанавливаемую правоприменителем распространенность, а также наличие достаточно полного регулирования данной проблемы в рамках законодательства зарубежных государств.

По нашему мнению, такой закон действительно необходим, хотя бы в форме такого акта, который установит, что именно следует понимать под «домашним насилием», определит круг лиц, которые могут быть «потерпевшими» и, наконец, зафиксирует меры пресечения или обеспечения защиты.

Более того российскому законодателю нет необходимости самостоятельно разрабатывать определение, продумывая все возможные злоупотребления правом при пробельности самой дефиниции, так как в Конвенции Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием (г. Стамбул, 2011 г.) такое определение дано: «домашнее насилие — это все акты физического, сексуального, психологического или экономического насилия, которые происходят в кругу семьи или в быту или между бывшими или нынешними супругами или партнерами, независимо от того, проживает или не проживает лицо, их совершающее, в том же месте, что и жертва» [1]. Такое определение следует признать удачным в силу достаточного объема его содержания, который не ограничивается только физическим насилием, признавая наличие и значимость других его видов. Также представляется оправданным включение такого широкого круга лиц в силу того, что само понятие семьи не всегда сводится исключительно к юридической дефиниции (которая в разных отраслях права различна), что означает возможность быть членом семьи фактически, но не юридически.

Опыт иностранных государств — стран Евросоюза показал правовую определенность и правильность с точки зрения юридической техники такого определения, поэтому его рецепция станет положительным явлением в рамках семейного права РФ. Принятие данной Конвенции вызвано также совершенно конкретной ситуацией, так как домашнее насилие проявляется не только в неблагополучных семьях, в члены которых страдают алкогольной, наркотической зависимостью, имеют сниженный культурно-образовательный уровень, но и в обеспеченных семьях, члены которых имеют высокий социальный статус, высшее образование». В связи с чем страны-участники выработали следующие механизмы, которые с определенными оговорками предлагаем включить в новый федеральный закон, важность принятия которого подтвердила еще Австрия, приняв таковой в 1997 году [6]:

– в первую очередь, исследуя практику США, Великобритании, предлагается ввести так называемые временные запреты на приближение (restraining orders), которые позволяют жертвам насилия получить защиту от агрессоров. Их возможно ввести в форме полицейских (административных), а также судебных [6].

– также немаловажным нам видится введение программ для жертв и агрессоров, включая реабилитацию и поддержку. Важно сказать, что в РФ существуют кризисные центры, но 95 % населения не знает о существования таковых [4]. Однако, по нашему мнению, принятие ФЗ о домашнем насилии способствует большей осведомленности в данном вопросе среди населения;

– определенную пользу можем наблюдать в задержании самого агрессора, полномочия по чему необходимо предоставить полиции, однако следует подробно разработать механизм задержания, его основания, чтобы не допустить не только злоупотребления правом в данной ситуации, но и недосказанности, ведущей к нарушению права человека;

– также возможно рассмотреть временное покидание жилья, закрепленное в законодательстве Германии, однако данная мера представляется дорогостоящей, так как требует оборудования специальных мест, вследствие чего ее применение будет крайне ограниченно, однако необходимо в самых критических ситуациях [5].

Вместе с тем, Семейный кодекс и ФЗ «Об опеке и попечительстве» устанавливают такую меру ответственности в отношении родителей и опекунов, применяющих насилие в отношение детей, как лишение родительских прав или отстранение опекуна. Так, в ст. 69 СК РФ одним из безусловных оснований лишения родительских прав непосредственно указано «жестокое обращение с детьми, в том числе осуществление физического или психического насилия над ними, покушение на их половую неприкосновенность» [2]. Так, в Решением Варгашинского районного суда Курганской области № 2–280/2019 отца, который применял физическое насилие к матери и дочери, угрожал жизни и здоровью семьи, даже после развода продолжил угрозы через телефон и соцсети, лишили родительских прав [9].

Аналогичный подход применяется и к законным представителям ребенка, не являющимся родителями. Пункты 1 и 2 статьи 29 Федерального закона № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» устанавливает, что «ненадлежащее выполнение опекуном или попечителем своих обязанностей», в том числе «использование опеки в корыстных целях или оставление подопечного без надзора и необходимой помощи» [3], является основанием для освобождения или отстранения их от исполнения своих обязанностей. Факт применения насилия к подопечному, безусловно, является грубейшим нарушением. Определением Ивановского областного суда Решение Фурмановского городского суда Ивановской области от 27 февраля 2025 г. по делу № 33–2579/2025 оставлено без изменения, а именно: установлен факт систематического жестокого обращения с несовершеннолетними опекаемыми, что привело к их изъятию из семьи и прекращению опеки [8].

Таким образом, на наш взгляд представляется первейшей необходимостью принятие ФЗ, который бы регламентировал такое явление, как домашнее насилие, ввел обеспечительные пресекательные меры, описанные в статье. Такие нововведения позволят защитить социально и экономически слабых членов семьи, а также в перспективе улучшить демографическую политику, создав в семье если и не атмосферу любви и перманентной заботы, то хотя бы безопасности и стабильности.

Литература:

1. Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием. Электронный фонд правовых и нормативно-технических документов URl: https://docs.cntd.ru/document/420206767?section=status
2. Семейный кодекс Российской Федерации: федеральный закон от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 23.03.2026, с изм. от 15.05.2026) // СЗ РФ. — 1996. — № 1. — ст. 16.
3. Федеральный закон от 24.04.2008 N 48-ФЗ (ред. от 29.09.2025) «Об опеке и попечительстве»// Собрание законодательства РФ». — 2008. — № 17. — ст. 1755.
4. Саламова С. Я. Домашнее насилие в современной России: общая характеристика/ Саламова С. Я. // Lex Russica. — 2018. — № 9 (142). — 129–137 с.
5. Слепченко М. А. Насилие в семейно-бытовой сфере: особенности квалификации в России и зарубежных странах / М. А. Слепченко. — Текст: непосредственный // Молодой ученый. — 2025. — № 37 (588). — 128–131 с.
6. Симагина Н. А. Домашнее насилие в странах Европы и способы борьбы с ним/ Симагина Н. А. // Человек: преступление и наказание. — 2022.- № 4. — 575–583 с.
7. «ВЦИОМ: большинство россиян поддерживают принятие закона о профилактике домашнего насилия» [Электронный ресурс] / https://tass.ru/obschestvo/7354891 (дата обращения: 06.06.2026).
8. Апелляционное определение Ивановского областного суда от 03.12.2025 № 33–2579/2025. — Текст: электронный // СПС «КонсультантПлюс». — URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=IVN&n=25911&dst=1000000001 (дата обращения: 10.06.2026).
9. Решение Варгашинского районного суда Курганской области от 28 июля 2020 г. по делу № 2‑280/2019 2‑5/2020 2‑5/2020(2‑280/2019)~М‑261/2019 М‑261/2019 о лишении родительских прав. — Текст: электронный // Судебные и нормативные акты РФ (sudact.ru). — URL: https://sudact.ru/regular/doc/ItAaJUbUJTNO/ (дата обращения: 10.06.2026).