Учитывая современную геополитическую обстановку, характеризующуюся изоляционизмом в отношении Российской Федерации, требуется реконструкция существующего международного курса с применением более гибкого инструментария, позволяющего находить необходимые решения для поставленных задач, которые будут отвечать национальным интересам. Парламентская дипломатия в этих условиях имеет особое значение, так как является прямым транслятором народного мнения и обладает должным спектром полномочий и структурной дифференциацией. В этой связи особое место занимают парламентские группы, отличающиеся своей особой оперативностью и гибкостью как парламентарный ресурс реализации международной политики.
Настоящая статья ставит своей целью анализ правовой природы межпарламентских групп, их места в структуре Федерального Собрания РФ и актуальных проблем регулирования.
Рассматривая генезис данного явления, нельзя точно обозначить точку становления такового в мировой истории. Изначально это были неформальные группы парламентариев, которые желали обойти затянутые бюрократические процессы и вести внешний диалог более гибко и открыто с законодателями других стран. Новый толчок для развития данного института дало окончание Второй мировой войны, где парламентарии были втянуты в новые процессы, связанные с всплеском активности в различных сферах [1 с. 28.]. Распад социалистического лагеря и создание новых интеграционных объединений привели к тому, что новому парламенту Российской Федерации потребовалась сетка прямых связей по всему миру для разрешения вопросов торговли, культуры и безопасности.
Создание Межпарламентской группы РФ (далее — «МПГ РФ») состоялось в 1996 году, где прямой функцией являлось и является участие в Межпарламентском союзе [2]. Механизм взаимодействия с группами при верхней и нижней палатах довольно размыт, что ставит проблему размытости регулирования, но об этом чуть позже.
В соответствии с интернет-ресурсами палат Федерального Собрания РФ, в составе Совета Федерации РФ действует 31 группа по сотрудничеству с парламентами иностранных государств [3], когда при Государственной Думе РФ таких элементов вовсе более 80 [4]. Свое название они берут в частности от стран с кем устанавливается двухсторонний контакт.
Порядок формирования данных объединений, как и определение состава их полномочий, прописывается в регламентах Совета Федерации РФ и Государственной Думы РФ, но стоит оговориться, что ряд вопросов не затрагивается напрямую и приходится применять метод аналогии закона. Механизм образования групп имеет идентичный характер в обеих палатах: создание происходит на добровольной основе, с утверждением состава на Совете соответствующего органа по представлению председателя [5] [6].
Парламентские группы выполняют несколько ключевых функций, которые в совокупности обеспечивают поддержание внешнего политического курса страны.
Коммуникативная функция. Сущность данного правого института во многом состоит в оперативности работы между парламентариями различных государств. Непрерывный канал связи выступает элементом протекции и балансирования существующих отношений между Россией и ее партнерами, выражающимся в обмене опытом, расширении сотрудничества по многим областям и срочном решении проблем [3].
Координационная функция. Благодаря межпарламентским группам упрощаются согласительные процедуры и механизм сопровождения решений по вертикали. Сущность данной функции исходит из составления рекомендаций и предложений по ключевым вопросам, возникающим при дипломатическом диалоге, вплоть до отслеживания эффективности многих законодательных решений государств в процессе сотрудничества. Межпарламентские группы также участвуют в гармонизации и сближении национальных правовых систем, в том числе в рамках работы Межпарламентской Ассамблеи СНГ и Парламентской Ассамблеи ОДКБ [7c. 38]. Таким образом, при осуществлении законодательных процедур очень важно синхронизировать данные процессы сразу между обоими контрагентами международного соглашения, в чем способствуют данные организационные единицы [8 с. 22].
Правозащитная функция. Современная обстановка требует повышенного внимания за нарушением прав граждан Российской Федерации. Межпарламентские группы в виду своих полномочий отслеживают состояние соотечественников за рубежом, осуществляют их поддержку и противодействуют дискриминационным действиям.
Показательным примером эффективности межпарламентских групп является активно развивающиеся отношения в сторону Восточного пула стран, в частности, с Китайской Народной Республикой. Российско-Китайская комиссия по сотрудничеству, в рамках которой действуют профильные депутатские рабочие группы, позволяет, как отмечал Председатель Государственной Думы В. В. Володин «Формат рабочей группы показывает результативность» [9]. Также учитывается значимость данных контактов с государствами входящими в Содружество Независимых Государств, где наглядным примером является активная дипломатическая работа с Мажилисом Республики Казахстан, в отношении которого развиваются такие инструменты двухсторонних связей, как «межпарламентские группы дружбы и консультации по линии профильных комитетов» [10].
Рассмотрев детально межпарламентские группы, необходимо остановиться на проблематике данного правого института, выраженной в различных аспектах.
Отсутствие кодификации. Регулирование преимущественно осуществляется внутренними регламентами палат, что не создает системной правовой основы. Этот пробел приводит к рассредоточенности элементов, из-за чего отсутствует целостное и полное осмысление данного явления как инструмента реализации интернациональной политики, что в свою очередь нарушает принцип транспарентности.
Неопределенность взаимодействия. Совместная деятельность и связь межпарламентских групп при палатах Федерального Собрания РФ довольно размыты, особенно в части взаимодействия с Межпарламентской группой РФ. В правовых актах не дается никаких уточнений на счет совместной сферы ведения или отнесения к различным группам определенных полномочий, хотя подразумевается, что происходит взаимодействие парламентариев различных групп при проведении мероприятий в составе МПГ РФ [2].
Амбивалентность статуса. Вкаждом регламенте палат отсутствует исчерпывающий список полномочий. Более того, существует неопределенность, в каком правовом статусе выступают группы при осуществлении своих функций, так как в организационных актах палат их положение трактуется по-разному. В регламенте Государственной Думы РФ закреплено, что группы действуют в составе межпарламентских комиссий как их части [6], тогда как в акте Совета Федерации РФ они выделяются как отдельная организационная единица [5].
Представляется, что дальнейшее развитие института межпарламентских групп должно идти по постепенной формализации. Целесообразно принять отдельный правовой акт о статусе либо конкретизировать положения в регламентах палат, которые определили бы их правовой статус, компетенцию и механизмы взаимодействия.
Совершенствование данного правового института приведет к повышению эффективности межпарламентского сотрудничества в процессе осуществления внешней политики и реализации национальных интересов Российской Федерации в процессе прямого взаимодействия.
Литература:
1. Межпарламентские институты в мировой политике: коллективная монография / под ред. И. Л. Прохоренко. — М.: Весь Мир, 2023. — 320 с.
2. Межпарламентская группа Российской Федерации (МПГ РФ). — Текст: электронный // Официальный сайт Совета Федерации РФ: [сайт]. — URL: http://council.gov.ru/services/reference/9549/ (дата обращения: 17.05.2026).
3. Группы по сотрудничеству Совета Федерации с парламентами иностранных государств. — Текст: электронный // Официальный сайт Совета Федерации РФ: [сайт]. — URL: http://council.gov.ru/services/reference/9956/ (дата обращения: 17.05.2026).
4. Группы по связям с зарубежными парламентами. — Текст: электронный // Официальный сайт Государственной Думы РФ: [сайт]. — URL: http://duma.gov.ru/international/parliaments/ (дата обращения: 17.05.2026).
5. Регламент Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации (утв. Постановлением СФ ФС РФ от 30 января 2002 г. № 33-СФ) (ред. от 17.07.2024) // Собрание законодательства РФ. — 2002. — № 7. — Ст. 635; 2024. — № 30. — Ст. 4362.
6. Регламент Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации (утв. Постановлением ГД ФС РФ от 22 января 1998 г. № 2134-II ГД) (ред. от 14.04.2026) // Собрание законодательства РФ. — 1998. — № 7. — Ст. 801; 2026. — № 16. — Ст. 2009.
7. Братчик А. С., Середа А. А. Многостороннее межпарламентское сотрудничество России со странами СНГ: состояние, проблемы и перспективы // Проблемы современной экономики. — 2023. — № 3 (87). — С. 37–41.
8. Кротов М. И., Середа А. А. Евразийский вектор — приоритет парламентской дипломатии России // Евразийская интеграция: экономика, право, политика. — 2023. — Т. 17. — № 1(43). — С. 16–28.
9. Вячеслав Володин: Формат рабочей группы при российско-китайской межпарламентской комиссии показывает результативность. — Текст: электронный // Официальный сайт партии «Единая Россия».: [сайт]. — URL: https://er-gosduma.ru/news/vyacheslav-volodin-format-rabochey-gruppy-pri-rossiysko-kitayskoy-mezhparlamentskoy-komissii-pokazyv/ (дата обращения: 19.05.2026).
10. Володин и Нигматулин договорились о повышении уровня межпарламентского сотрудничества. — Текст: электронный // ТАСС: [сайт]. — URL: https://tass.ru/politika/3863362 (дата обращения: 19.05.2026).
