В условиях активной цифровизации общества все более значимую роль в уголовном судопроизводстве приобретают электронные документы и данные, содержащиеся в мессенджерах, социальных сетях и иных средствах электронной коммуникации. Переписка в цифровых сервисах нередко содержит сведения, имеющие доказательственное значение для установления обстоятельств совершения преступления, однако вопросы их процессуального закрепления, проверки подлинности и признания допустимыми доказательствами остаются дискуссионными. В связи с этим актуальным является исследование проблем признания электронных документов и данных из мессенджеров допустимыми доказательствами в уголовном процессе. Целью исследования является анализ правовых и практических аспектов использования таких сведений в доказывании.

Электронные доказательства в уголовном процессе представляют собой сведения об обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, которые зафиксированы в цифровой форме и содержатся на электронных носителях или в информационных системах. В действующем законодательстве Российской Федерации самостоятельное понятие «электронные доказательства» прямо не закреплено, однако возможность их использования вытекает из общих положений о доказательствах.

Для обозначения электронных доказательств используются различные термины, например, «цифровые доказательства», «электронные документы» и даже «иные документы».

Особое место среди электронных доказательств занимают сведения, содержащиеся в мессенджерах и социальных сетях (например, переписка в Telegram, WhatsApp, Max и других сервисах; переписки и посты в социальных сетях «Вконтакте», «Одноклассники» и др.), которые могут отражать факты общения участников, договоренности, передачу информации или подготовку преступления. Нормативное регулирование их использования осуществляется рядом актов: прежде всего Уголовно-процессуальным кодексом РФ (ст. 74, 85, 87, 88 УПК РФ [1]), специальными нормами о работе с цифровыми носителями, например, ст. 164.1 УПК РФ, устанавливающей особенности изъятия электронных носителей информации при следственных действиях. Большое значение имеет Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 [2], разъясняющее вопросы использования документов в электронной форме и допускающее представление электронных образов документов с возможностью истребования их подлинников судом [4, c. 91].

Получение электронных документов и переписки из мессенджеров и социальных сетей в уголовном процессе осуществляется в рамках следственных действий с соблюдением требований УПК РФ. Особенности изъятия и копирования цифровой информации закреплены прежде всего в ст. 164.1 УПК РФ.

Порядок получения данных:

1. Выявление устройства или аккаунта мессенджера, содержащего значимую информацию.
2. Проведение следственного действия (осмотр, обыск или выемка по ст. 176–183 УПК РФ).
3. Изъятие электронного носителя или копирование информации с него с участием специалиста (ст. 164.1 УПК РФ).
4. Фиксация переписки и файлов в протоколе следственного действия (скриншоты, копии файлов, фото- и видеозапись).
5. При необходимости назначение компьютерно-технической экспертизы.
6. Приобщение полученных данных к материалам уголовного дела как доказательств [5, c. 325].

Одной из ключевых проблем признания переписки допустимыми доказательствами в уголовном процессе является установление подлинности и аутентичности цифровых данных. В большинстве случаев переписка представляется в виде скриншотов или распечаток сообщений из сервисов затрудняет проверку их происхождения и целостности. Суду необходимо установить, кому принадлежит аккаунт, с какого устройства велась переписка и не подвергались ли сообщения изменению. Отсутствие сведений нередко приводит к отказу в признании переписки допустимым доказательством, поскольку невозможно достоверно определить участников коммуникации и источник информации.

Другой существенной проблемой является недостаточная нормативная регламентация и сложность процессуального закрепления таких данных. Уголовно-процессуальный кодекс РФ не содержит отдельного института электронных доказательств, поэтому данные из мессенджеров и социальных сетей обычно рассматриваются как вещественные доказательства или иные документы. Существуют и риски утраты или изменения электронных сообщений, что требует применения специальных методов фиксации и проведения компьютерно-технической экспертизы для подтверждения достоверности полученных сведений [3, c. 303].

В российской судебной практике за последние годы наблюдаются как примеры признания электронных данных, полученных из социальных сетей и мессенджеров, допустимыми доказательствами, так и случаи отказа в их оценке. Так, например, судьей Северского районного суда Краснодарского края было рассмотрено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Одним из ключевых элементов доказательной базы стали три CD‑диска, изъятые в ходе выемки, проведённой в офисном помещении организации. Электронные носители содержали переписку обвиняемого с третьими лицами и с двумя свидетелями по делу. По итогам осмотра диски постановлением следователя были приобщены к делу в качестве вещественных доказательств.

Суды нередко требуют достоверной идентификации отправителя и адресата сообщений: если такие признаки установить невозможно, суды могут отказать в признании переписки допустимым доказательством или отнести ее к недостаточно проверенным сведениям.

Таким образом, использование данных из социальных сетей, мессенджеров и электронных документов в уголовном процессе сопряжено с рядом проблем: трудности установления подлинности сообщений, недостаточная идентификация участников переписки, риски фальсификации информации и отсутствие четкой нормативной базы для работы с цифровыми доказательствами. Для повышения эффективности применения электронных доказательств необходимо совершенствовать уголовно‑процессуальное законодательство, включая введение специальных норм о порядке изъятия и фиксации цифровых данных, разрабатывать единую методику проведения компьютерно‑технических экспертиз и закрепления процессуальных гарантий, обеспечивающих достоверность и допустимость электронных доказательств в суде.

Литература:

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 20.02.2026)
2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»
3. Арефьянов, О. О. Проблемы использования электронных доказательств в уголовном судопроизводстве // Молодой ученый. — 2024. — № 48 (547). — С. 301–303.
4. Валитова, В. И. Проблема применения «электронных» доказательств в уголовном процессе // Шаг в науку. — 2025.– № 3.– С. 90–96.
5. Шаблинская, В. Ю. Некоторые проблемы применения электронных доказательств в уголовном процессе // Молодой ученый. — 2026. — № 9 (612). — С. 322–325.