Становление института прокуратуры в мировой практике обусловлено несколькими факторами, одним из которых является потребность в надзоре за соблюдением и исполнением законов в различных сферах жизни общества. Одним из первых государств, где возник первый надзорный орган, содержащий в себе все признаки современной прокуратуры, был образован в начале XIV века во Франции. Отличительной чертой данного органа являлось то, что он непосредственно подчинялся королю, однако выполнял сугубо надзорные функции, связанные с исполнением воли короля. Постепенно, эволюция государственного регулирования и соответствующих подходов к реализации вышеуказанных функций закономерно повлияли на развитие института прокуратуры.

Анализ различных исторических источников позволяет сделать вывод о том, что французская прокуратура была наделена широким спектром полномочий, которые были связаны, не только с надзором, но и уголовным преследованием, а также отдельным влиянием на правотворческую и правозащитную деятельность. Тем не менее, во Франции указанные механизмы развивались недостаточным образом, так как прокуратура находилась в зависимом от монарха положении, а дальнейшие преобразования в государственном регулировании существенно повлияли на стагнацию рассматриваемых органов. Несмотря на вышеуказанные проблемы, прокуратура Франции долгое время сохраняла свое эталонное положение в Западной Европе, из-за чего развивающиеся и развитые на тот момент страны активно перенимали опыт прокурорского надзора.

Наибольший исследовательский интерес вызывает прокуратура Соединенных Штатов Америки (далее — США), так как данная система органом была создана в угоду неукоснительного соблюдения конституционных положений на территории государства, причем акцент был сделан именно на функции правовой защиты американского народа. Во многом на сложившуюся в конце XVIII года тенденцию повлияло то, что Америка была молодым государством, созданным под воздействием революционных предпосылок освобождения от колониального влияния Великобритании, соответственно, для прокуратуры, как и для других органов власти (например, министерства юстиции), были предоставлены широкие полномочия.

В целом, можно констатировать, что организация деятельности органов прокуратуры в различных странах имеет уникальные предпосылки, которые существенным образом определяют роль и степень влияния самой прокуратуры на правозащитную деятельность.

Прежде чем рассуждать о данных функциях, необходимо указать, что на сегодняшний день в научно-исследовательских кругах сформировался критерий классификации прокуратуры, в зависимости от способа её непосредственной организации:

1. Прокуратура является структурным подразделением министерства юстиции (Япония, США, Франция);
2. Прокуратура является самостоятельной системой государственных органов, выполняющая специфические (надзорные) функции (Китайская Народная Республика, Куба, Российская Федерация);
3. Прокуратура входит в состав судебной системы и выполняет вспомогательные функции для судебных органов власти (Испания, Латвия, Болгария) [5, с. 42].

Такой подход к классификации также влияет на определение содержания механизмов правозащитной деятельности рассматриваемых государственных органов. Из этого можно сделать вывод, что подход к реализации вышеуказанных функций существенно отличается. Так, для французской прокуратуры характерно то, что прокурор является представителем судебной власти со стороны обвинения, если речь идет о разрешении споров, однако в остальных ситуациях он выполняет исключительно надзорные функции. Отличительная черта здесь проявляется в том, что во Франции прокурор оказывает непосредственное влияние на ход предварительного следствия, может сам принимать участие в производстве расследования по уголовным делам.

Если проводить параллели с российским опытом правового регулирования прокурорской деятельности, можно констатировать, что прокурор в нашей стране также активно участвует в судебных разбирательствах, представляя интересы определенного круга лиц, либо лиц, которые не способны в силу определенных обстоятельств представлять свои интересы. Тем не менее, прокурор не принимает участия в расследовании уголовных дел, а является обвинителем в суде только после утверждения обвинительного заключения с последующим его направлением в суд [3, с. 119].

Анализ правового положения прокуроров в западных странах свидетельствует о том, что прокуроры активно взаимодействуют с различными органами власти, чаще всего, с судом — такая тенденция обусловлена конституционными предпосылками определения места и роли прокуратуры в правовой системе того или иного государства.

Практика показывает, что базовое условие эффективной реализации правозащитных функций прокуратуры сводится к независимости органов прокуратуры. В зарубежных странах для соблюдения данного условия применяются самые разнообразные подходы. Например, для подавляющего большинства европейских государств сформировался подход к исключению политического давления на органы прокуратуры посредством внедрения конституционных и законодательных гарантий, нарушение которых влечет юридическую ответственность. По мнению исследователей, такие гарантии положительно повлияли на опыт работы прокуратуры и судебных органов власти по разрешению различных споров между субъектами права, где прокурор выступал независимым участником, цель которого сводилась и сводится к обеспечению защиты прав, свобод и законных интересов граждан [5, с. 42].

Дополнительно хотелось бы указать на тот факт, что в некоторых государствах институт прокуратуры приобрел независимость такого уровня, что данная система органов включается в систему сдержек и противовесов, как самостоятельный элемент, влияющий на реализацию полномочий каждой из ветвей власти — это пример Марокко, где на протяжении долгого времени прокуратура входила в систему Министерства юстиции, однако с 2011 года постепенно была признана независимым государственным органом (окончательно реформы были окончены в 2017 году) [2, с. 270].

Также необходимо указать, что развитие правозащитных механизмов, направленных на обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина, которые применяются органами прокуратуры, напрямую связано с созданием специализированных органов прокуратуры или специальных структурных подразделений, выполняющих отдельные правозащитные функции. Это касается отдельных категорий преступлений и жертв, пострадавших от их совершения, защиты цифровых прав и свобод человека и гражданина и других направлений общественной жизни. По оценке исследователей, специализированный подход позволяет эффективно оказать необходимую поддержку для населения, претерпевшего нарушение их прав и свобод, восстановить их правовое, материальное и сугубо общественное положение [4, с. 171].

В дополнение к вышесказанному, нельзя обойти стороной тенденцию к внедрению новейших технологий в работу органов прокуратуры зарубежных стран. В первую очередь, это касается работы в области расследования киберпреступлений, обеспечения законности при сборе цифровых доказательств, контролю над соблюдением законодательства в области обмена информацией и её законного использования. Подтверждением данного факта является то, что в 2025 году был сформирован международный акт, содержащий в себе Руководящие принципы для прокуроров по сбору цифровых доказательств, принятый Международной ассоциацией прокуроров совместно с ЮНЕСКО [1].

В указанном международном акте содержится информация о стандартах, применимых в ходе раскрытия и расследования киберпреступлений и иных преступлений, где в ходе следствия были обнаружены и изъяты цифровые следы, являющиеся доказательствами по делу. Суть данного кодифицированного документа сводится к единообразному использованию инструментов, направленных на законный сбор вышеуказанных доказательств, а также в нём определены дополнительные правозащитные функции, которые могут быть применены через цифровые средства и технологии.

Вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что в зарубежных странах правозащитные механизмы прокуратуры выстроены по принципу международного взаимодействия и определения соответствующих стандартов. Упор делается на цифровизацию и сопутствующие процессы, оказывающие существенное влияние на различные общественные отношения и явления, прослеживаемые в обществе. Все это также касается киберпреступности, которая с каждым годом развивается все активнее, поэтому со стороны прокуратур разных стран требуется дополнительная работа в области обеспечения и защиты прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц.

Представленные в настоящем исследовании пути совершенствования правозащитных механизмов могут быть использованы прокуратурой Российской Федерации, которая занимает обособленное положение в системе государственных органов и выполняет специфические функции, которые также напрямую связаны с обеспечением безопасности и правовой защищенностью граждан нашей страны. Можно однозначно считать, что основной упор должен быть сделан на цифровизацию и внедрение таких средств информационного взаимодействия, чтобы эффективно и незамедлительно реагировать на нарушения прав граждан в той или иной сфере.

Литература:

1. UNESCO and the International Association of Prosecutors release new Guidelines for Prosecutors on Digital Evidence Collection. — Электрон. дан. — 2025. — Режим доступа: https://www.unesco.org/en/articles/unesco-and-international-association-prosecutors-release-new-guidelines-prosecutors-digital-evidence
2. Атажанов А. А. Зарубежный опыт внедрения современных технологий в систему правосудия / А. А. Атажанов // Общество и инновации. — 2020. — № 2. — С. 269–284.
3. Гусева Т. А. Трансформация международно-правовых основ сотрудничества органов прокуратуры в борьбе с экстремизмом / Т. А. Гусева // Проблемы правоохранительной деятельности. — 2025. — № 1. — С. 117–121.
4. Кормушкин М. В. Опыт прокуратур иностранных государств по реализации функций в гражданском и административном процессе / М. В. Кормушкин // Юридическая наука. — 2021. — № 4. — С. 170–173.
5. Сланов Г. Т. Правовое регулирование и практика участия в правотворчестве прокуратуры в зарубежных странах / Г. Т. Сланов // Образование и право. — 2022. — № 7. — С. 40–44.