Мошенничество как форма хищения представляет собой сложное и многогранное явление в сфере уголовного права. Установление всех криминообразующих признаков состава преступления, предусмотренного статьей 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет ключевое значение для отграничения его от смежных составов и правильной квалификации содеянного.
«Объективная сторона мошенничества характеризуется противоправным, безвозмездным изъятием чужого имущества или приобретением права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. Такая противоправность заключается не только в нарушении закона, но и в отсутствии у лица прав на предмет мошенничества» [1, с.204].
Предметом мошенничества может выступать как имущество, обладающее материальностью и экономической ценностью, так и право на имущество. Гурова Е. А. определяет вещь как «индивидуально определенный предмет материального мира, созданный человеком или природой, служащий для удовлетворения потребностей индивида» [2, с.99]. Важно отметить, что экономическая ценность предмета соотносится как с объективной рыночной стоимостью, так и с субъективным восприятием этой ценности потерпевшим. Даже если предмет не обладает значительной рыночной стоимостью, но представляет ценность для потерпевшего, завладение им путем обмана может образовывать состав мошенничества. «Такой обман должен быть направлен на противоправное завладение имуществом или правом на имущество, и может касаться любых обстоятельств, значимых для принятия решения о передаче имущества» [3, с.80]. Важно отметить, что если эквивалент предоставлен, но является заведомо неравноценным, признак безвозмездности сохраняется.
«Моментом окончания мошенничества считается момент, когда предмет преступления поступил в незаконное владение виновного и он получил реальную возможность им распорядиться» [4, с.68]. Так, гражданка была осуждена за регистрацию на свое имя земельного участка на основании поддельных документов (Дело № 1–55/2022, Ленинский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан).
Анализ субъективных признаков в составе мошенничества имеет определяющее значение для квалификации данного преступления. Установление субъекта преступления является краеугольным камнем при рассмотрении дел о мошенничестве, поскольку именно наличие у лица определенных законом признаков, таких как вменяемость и достижение установленного возраста, предопределяет возможность привлечения его к уголовной ответственности.
Субъектом мошенничества выступает вменяемое физическое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста (ст. 20, 21 УК РФ). Возраст, с которого наступает уголовная ответственность за мошенничество, обусловлен степенью зрелости личности, ее способностью осознавать противоправность своих действий и нести за них ответственность. Установление в законе конкретного возрастного порога является выражением принципа индивидуализации уголовной ответственности и учитывает особенности психофизиологического развития несовершеннолетних.
Обязательными элементами субъективной стороны являются прямой умысел, направленный на завладение чужим имуществом или правом на него, а также корыстная цель — стремление к имущественной выгоде. Квалифицирующие признаки (группа лиц, организованная группа, крупный или особо крупный размер, служебное положение, лишение права на жилое помещение) существенно повышают общественную опасность деяния и, как следствие, влияют на размер наказания (ст. 159 УК РФ).
Для квалификации, необходимо установить четкое распределение ролей и функций между участниками. Отсутствие согласия на совместное совершение хищения может означать простое соисполнительство.
Корыстная цель, как обязательный элемент мошенничества, выражает стремление виновного к получению имущественной выгоды, материального обогащения за счет имущества или имущественных прав другого лица, что является основным мотивирующим фактором совершения данного преступления. Это намерение незаконно обогатиться, вступая в противоречие с принципами справедливости и равенства, является ключевым для определения мошенничества как преступного деяния.
Под корыстными мотивами подразумеваются личные материальные потребности лица, которые оно стремится удовлетворить путем совершения преступления, связанные непосредственно с обогащением, в то время как корыстная цель представляет собой конкретное намерение получить выгоду в результате мошеннических действий. Понимание данной разницы подчеркивает обязательный элемент корыстной цели в мошенничестве, в отличие от более широких корыстных мотивов, которые лежат в основе мотивации.
Вопросы, связанные с квалификацией мошенничества при наличии квалифицирующих признаков, представляют собой сложную и многоаспектную проблему, возникающую в сфере уголовного права. Правильное установление и юридически грамотное закрепление квалифицирующих признаков, имеет ключевое значение для дифференциации уголовной ответственности и назначения справедливого и объективного наказания. Исследование проблем, возникающих при квалификации мошенничества при наличии квалифицирующих признаков, позволяет выявить недостатки, имеющиеся в действующем законодательстве и правоприменительной практике, а также разработать научно обоснованные рекомендации, направленные на их устранение. Углубленное исследование указанных нюансов, будет способствовать повышению эффективности борьбы с мошенничеством и обеспечению защиты прав и законных интересов лиц, пострадавших от данного вида преступлений.
«Квалификация преступления представляет собой установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой» [1]. Для квалификации деяния как мошенничества следует определить все компоненты состава данного преступления. Процесс квалификации преступления требует кропотливого анализа абсолютно всех факторов дела, а кроме того, углубленного знания уголовного закона и пояснений высших судебных инстанций. Немаловажно принимать во внимание не только лишь формальные признаки состава преступления, однако и его общественную сущность, а кроме того, цели, какие преследовал законодатель, определяя уголовную ответственность за это деяние.
Использование служебного положения при совершении мошенничества свидетельствует о злоупотреблении доверием, оказанным виновному в силу занимаемой им должности или выполняемых им функций. Важно также учитывать, что использование служебного положения может быть выражено как в активных действиях, направленных на совершение мошенничества, так и в бездействии, создающем условия для совершения преступления другими лицами. Так, гражданин Г., являясь оперуполномоченным отделения по контролю за оборотом наркотиков УТ МВД России по ЮФО, получил денежные средства в размере 200 000 рублей от гражданина К. за содействие в избежание привлечения к уголовной ответственности, не намереваясь исполнять свои обязательства, был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ. Данный пример наглядно демонстрирует, как использование служебного положения может послужить средством совершения мошенничества. Оперуполномоченный, злоупотребив своим положением и доверием гражданина, получил денежные средства за обещание, которое он не собирался исполнять.
Наибольшую трудность при квалификации представляет мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (ч. 5–7 ст. 159 УК РФ). Для установления состава преступления необходимо доказать преднамеренность неисполнения договорных обязательств и др. Важно также учитывать, что предпринимательская деятельность связана с риском и возможностью возникновения убытков, поэтому не любое неисполнение договорных обязательств может быть квалифицировано как мошенничество. При этом, детерминируя объем имущественного вреда, надлежит учитывать не исключительно стоимостную оценку отчужденного имущества, но и совокупность понесенных потерпевшим убытков, каузально связанных с инкриминируемым деянием. Важно также учитывать, что размер ущерба может быть увеличен, если в результате совершения мошенничества потерпевший лишился средств к существованию или понес значительные моральные страдания.
Отграничение мошенничества от смежных составов (кража, грабеж, разбой, ст. 164, 165 УК РФ) предполагает детальный анализ объективной стороны. Ключевым признаком мошенничества является добровольная передача имущества потерпевшим, основанная на обмане или злоупотреблении доверием. Исключение составляют случаи тайного (кража), открытого (грабеж) или насильственного (разбой) хищения. [4, с.68]. Введение в уголовное законодательство новых составов мошенничества, вызвало оживленную дискуссию в юридической литературе и правоприменительной практике. С одной стороны, криминализация отдельных видов мошеннических действий, позволила более точно реагировать на специфические формы совершения указанного вида преступлений и обеспечивать более эффективную защиту прав и законных интересов потерпевших. С другой стороны, выделение отдельных составов мошенничества влечет за собой усложнение процесса квалификации и возникновение новых проблем, связанных с отграничением мошенничества от смежных и конкурирующих составов преступлений. Также важно учитывать, что квалификация мошеннических действий должна осуществляться с соблюдением принципов справедливости, гуманизма и соразмерности, а также с учетом совокупности всех обстоятельств, имеющих значение для принятия законного и обоснованного решения по делу.
Разграничение мошенничества и вымогательства представляет сложность. Вымогательство характеризуется требованием передачи имущества под угрозой насилия или разглашения компрометирующих сведений. В отличие от мошенничества, при вымогательстве отсутствует добровольная передача имущества, обусловленная обманом. Особенное внимание необходимо уделять установлению криминообразующих признаков состава преступления, отграничению мошенничества от смежных составов и правильной квалификации деяния при присутствии квалифицирующих признаков. Соблюдение данных требований гарантирует достоверность и правомерность при привлечении виновных к уголовной ответственности за мошенничество, а кроме того, защиту прав лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью.
Необходимо более детальное описание признаков квалификации мошенничества в сфере предпринимательства, а также усиление ответственности за групповые преступления данного вида.
Литература:
- Гаджиомаров, Р. С. История развития законодательства об уголовной ответственности за мошенничество / Р. С. Гаджиомаров // Молодой ученый. — 2020. — № 49 (339). — С. 204–207.
- Гурова Е. А. Вещь как объект гражданского права / Е. А. Гурова // Международный научный журнал «Вестник науки». — 2018. — № 2(2). — С. 97–99.
- Назаров, И. С. Общая характеристика мошенничества как уголовно-правового явления / И. С. Назаров // Молодой ученый. — 2021. — № 37 (171). — С. 80–81.
- Струков, А. Е. Понятие и способы мошенничества / А. Е. Струков // Вестник магистратуры. — 2022. — № 1–2 (124). — С.68–72.
