The specifics of counseling military personnel and their families with traumatic experiences are currently an urgent study in connection with the current political situation not only around Russia, but also around the world. Understanding these features will help to further develop effective approaches to counseling in practice, since the effects of military trauma on mental health are often, in the absence of timely interventions, disabling and persistent distress that affects not only the serviceman himself, but also his family members. The purpose of the study is to study these features of psychological counseling for military personnel and their families with traumatic experiences, therefore, in our article we present examples of areas, techniques and conditions for such work and the organization of a further practical stage using the example of participants in a special military operation in the territory of Donbass who are in a Rehabilitation Center.

Keywords: psychological counseling, trauma, psychological trauma, traumatic experience, traumatic events, military personnel, volunteers, mobilized, military families.

Военнослужащие, особенно принимавшие участие в боевых действиях или находившиеся в зоне конфликта, подвержены высокому риску получения психологических травм, таких как посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР), депрессия, тревожные расстройства и другие. Члены их семей также испытывают серьезный стресс, связанный с беспокойством за близких, адаптацией к изменениям в их поведении и эмоциональном состоянии, а также с собственными психологическими проблемами.

Военная травма отличается от травм, полученных в гражданской жизни, по ряду параметров. Она часто связана с моральными дилеммами, чувством вины за участие в насилии, потерей боевых товарищей и другими специфическими стрессорами. Это требует от психологов, работающих с военнослужащими, глубокого понимания контекста военной службы и особенностей воздействия военной травмы на психику.

Понимание особенностей психологического консультирования военнослужащих и их семей с травматическим опытом критически важно для обеспечения эффективной помощи. Психологическая травма — последствие экстремального стресса, поэтому посттравматическое стрессовое расстройство может развиться, не только у участников, но и у свидетелей экстремальных травматических событий, связанных с реальной или потенциальной угрозой жизни либо тяжелыми последствиями для себя и других, если реакцией на происходящее были сильный страх и чувство беспомощности [1].

Последствия военной травмы для психического здоровья часто являются, при отсутствии своевременных вмешательств, инвалидизирующим и стойким дистрессом, и одно из его проявлений — посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). Именно военнослужащие часто сталкиваются с множественными травматическими событиями, включая боевые действия, потерю товарищей, ранения, угрозу жизни и моральные дилеммы. Это приводит к комплексному посттравматическому расстройству. Помимо классических симптомов ПТСР (навязчивые воспоминания, избегание, повышенная возбудимость), у военнослужащих могут проявляться специфические симптомы, такие как вина выжившего, моральная травма, сложности с доверием, изоляция и агрессивность. Военная культура имеет свои ценности и нормы, которые могут влиять на то, как военнослужащие воспринимают и переживают травму, обращаются за помощью и участвуют в терапии. Этому способствуют такие факторы как стоицизм, иерархия, дисциплина и нежелание показывать слабость [4].

Долгосрочность таких последствий объясняется одновременным воздействием на военнослужащего, находящегося в зоне боевых действий, целого ряда факторов:

— явной угрозы жизни и здоровью, переживание которой происходит на сознательном уровне, но при этом базируется на глубинном страхе смерти;

— постоянного нахождения в стрессовом состоянии из-за необходимости убивать самому и видеть, как гибнут сослуживцы;

— специфичности боевой обстановки, которая проявляется в необходимости стремительно принимать решения и действовать в условиях неопределённости и непредсказуемости;

— фрустрированности базовых физиологических потребностей;

— нарушении привычных географических и климатических условий (этот фактор оказывает влияние даже в тех случаях, когда участник боевых действий находится на территории своего постоянного проживания, так как в результате боевых действий меняется рельеф местности, температура и состояние воздуха, почвы и т. д.).

По воздействиям на психику человека и их последствиям войны конца XX века очень похожи на войну во Вьетнаме. В США, по данным национального исследования ветеранов войны во Вьетнаме, в 1988 г. у 30,6 % участвовавших в ней американцев наблюдались посттравматические стрессовые расстройства, частичные ПТСР — у 22,5 %. У 55,8 % лиц, имеющих ПТСР, были обнаружены пограничные нервно-психические расстройства; вероятность оказаться безработным (по сравнению с другими) у них в 5 раз больше, разводы были у 70 %, родительские проблемы у 35 %; крайние формы изоляции от людей у 47,3 %, выраженная враждебность — у 40 %, совершение более 6 актов насилия в год у 36,8 %, попали в тюрьму или были арестованы 50 %. У 72 % участников боевых действий в Чеченской Республике выявляются астено-депрессивные состояния, психотические реакции, которые в большинстве случаев приводят к развитию ПТСР [5].

Боевой стресс в отличие от боевых травм возникает почти у всех участников боевых действий, имеет свойство накопления, вызывает истощение психики, что во многом предопределяет тяжесть реакций на последующие психотравмирующие события. К созданию абсолютно эффективных схем лечения ПТСР пока не приблизилась ни одна из стран, активно участвовавших в последнее столетие в боевых действиях. Однако, если в одних странах постепенно создаются некие достаточно самостоятельные, а значит и культуросообразные подходы к пониманию феноменологии боевых психотравм, к схемам их лечения (например, Израиль), то в других преобладают заимствованные теории и практики, а значит, методики и алгоритмы. В современной России имеют место обе названные тенденции [4].

Среди подходов и техник психологического консультирования военнослужащих с травматическим опытом можно перечислить следующие [3; 6]:

— КПТ (когнитивно-поведенческая терапия) помогает выявить и изменить дезадаптивные мысли и поведение, связанные с травмой.

— ДПДГ (десенсибилизация и переработка движением глаз) помогающий метод для переработки травматических воспоминаний.

— — Нарративная терапия помогает создать новую историю жизни, в которой травма не определяет идентичность человека.

— Терапия принятия и ответственности (ACT) помогает принимать болезненные переживания и сосредотачиваться на ценностях и целях.

— Групповая терапия предоставляет возможность поделиться опытом с другими людьми, пережившими похожие ситуации, и получить поддержку. Также помогает преодолеть чувство изоляции и стигмы.

— Терапия, ориентированная на сострадание, помогает развить самосострадание и сострадание к другим, что может быть особенно полезно для военнослужащих, испытывающих вину выжившего или моральную травму.

— Релаксационные техники. Освоение методов расслабления (диафрагмальное дыхание, прогрессивная мышечная релаксация, медитация) помогает снизить уровень тревоги и стресса.

Также можно рассмотреть работу психолога с семьей военнослужащих с травматическим опытом. Самое важное предоставить семье информацию о ПТСР и его влиянии на поведение и эмоциональное состояние военнослужащего. Семью необходимо обучить навыкам эффективного общения и оказания поддержки своему близкому. Семейная психотерапия может быть полезна для решения проблем в отношениях, вызванных травмой, и для улучшения взаимопонимания и поддержки в семье. Важно при этом понимать, что члены семьи также нуждаются в поддержке и помощи. Им может быть предложено индивидуальное консультирование или участие в группах поддержки.

Военнослужащие с ПТСР часто прибегают к алкоголю или наркотикам, чтобы справиться с симптомами или ПТСР может проявляться в виде повышенной агрессивности и раздражительности. Психотерапия должна быть направлена на обучение навыкам управления гневом. Важно проводить оценку риска суицида и предпринимать необходимые меры для обеспечения безопасности клиента. Помимо этого, работа с чувством вины и стыда, связанными с действиями, совершенными во время службы, требует особой деликатности и использования специализированных методов.

С добровольцами в психологическом консультировании подходят методы провокативной психологии, удар по самолюбию и «комплексу героя». Использование провокации, как стимула на вызов эмоций, которые заставят его действовать, а не поддаваться пессимизму. С мобилизованными другие методы: некоторые методы КПТ, направленные на изменения отношения к пережитому, изменение отношения к трудностям эмоциональным, работа с изменением мышления. И членам семей с травмой, когда погибли их дети или мужья или отцы и военнослужащим, прошедшим опыт участия в военных операциях, которые спать по ночам не могут, нужна серьёзная психокоррекция и психотерапия из разных направлений психологии [6].

Установление доверительных отношений является ключевым фактором успеха психотерапии. Военнослужащие с травматическим опытом могут испытывать трудности с доверием, поэтому необходимо создать безопасную и поддерживающую среду, где они будут чувствовать себя в безопасности. Важно проявлять эмпатию и стремиться понять уникальный опыт каждого клиента. Не следует приуменьшать или осуждать их переживания. Активное слушание и валидация чувств и переживаний клиента помогают ему почувствовать себя услышанным и понятым.

Итак, особенности консультирования должны быть представлены:

— на эмоциональном уровне — проявление эмпатии, саморегуляции и самоконтроля в работе с военнослужащими и их семьями с травматическим опытом;

— на личностном/субъективном уровне — обладать адекватной самооценкой, развитой стойкостью к манипуляциям, умением дистанцироваться в консультировании и от информации;

— на действенном уровне — владеть званиями о возможно применимых методах и подходах, их техник и приемов, повышать уровень знаний и развивать компетенции, уметь объективизировать результаты и заключения на основе диагностики или интервью.

Поэтому мы можем предположить, что проблемы консультирования военнослужащих и их семей с травматическим опытом заключается в том, что оно имеет особенности, связанные с спецификой военной службы и особенностями последствий травмирующих событий. Эти особенности касаются целей, методов и этапов работы в процессе консультирования.

Методологическая основа такой работы должна базироваться на диалектике как общефилософском методе познания, предлагающем целостное и всестороннее рассмотрение явлений в их развитии и взаимосвязи; на общенаучном принципе объективности, требующем глубокого анализа множества факторов, влияющих на развитие изучаемого явления; системном подходе как общеметодологическом принципе науки; на принципе историзма, предлагающем генетический объективный подход к изучению явлений.

Внешняя валидность работы должна быть основана на возможности генерализации результатов на другие популяции, условия, время. Также должно быть соответствие условий исследования реальным условиям, в которых предполагается применять полученные знания.

Условия проведения такой работы — поэтапно:

1. Информирование об исследовании и получение соглашения на участие в нем.
2. Социально-психологическая диагностика.
3. Психологическое информирование о полученных данных.
4. Психологическое консультирование: индивидуально-личностное; семейное (по запросу) — разработка методики, приемов, условий реализации процесса консультирования.

Итак, работа с военнослужащими и их семьями, пережившими травматический опыт, требует глубокого понимания специфики военной травмы, эмпатии, гибкости в выборе терапевтических подходов и тесного сотрудничества с другими специалистами. Согласно теоретическому анализу для работы с военной травмой психологу необходимо обладать специальными навыками и знаниями, например, знать методики травматологической психологии, понимать военную дисциплину и специфику военной подготовки. Также уметь создать доверительную обстановку, в которой военнослужащие могут открыто выражать свои чувства и эмоции. Работа должна строится с учетом поэтапности и конфиденциальности.

Литература:

1. Екимова В. И., Лучникова Е. П. Комплексная психологическая травма как последствие экстремального стресса // Современная зарубежная психология. — 2020. — Т. 9. — № 1. — С. 50–61.
2. Калинина С. Б. Методы повышения жизнестойкости военнослужащих с проявлениями посттравматических стрессовых реакций // Наука. Общество. Оборона (noo-journal.ru). — 2016. — № 2 (7). URL: https://www.noo-journal.ru/vak/2016–2-7/article-0065/
3. Кузнецова Л. Э., Черепанов Р. В. Психологическое сопровождение военнослужащих с посттравматическим стрессовым расстройством, переживших экстремальные ситуации профессиональной деятельности // Гуманизация образования. — 2018. –№ 5. — С. 124–129.
4. Малюченко Г. Н. Проблемы и пути комплексной проработки последствий боевого стресса и боевых травм // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия: Философия. Психология. Педагогика. — 2023. — Т. 23. — № 4. — С. 438–444.
5. Пушкарёв А. Л. Посттравматическое стрессовое расстройство: диагностика, психофармакотерапия, психотерапия / А. Л. Пушкарёв, В. А. Доморацкий, Е. Г. Гордеева. — М.: Изд-во Ин-та психотерапии, 2000. — 112 с.
6. Серкин В. П. Методологическая схема работы с посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР) военнослужащих: новые образ мира и образ жизни // Вестник МГУТУ. — 2023. — № 1.