This article is devoted to the state, administrative and legal structure of the North Caucasian Imamate in the period 1830–1850. In the article, the author describes the main state bodies operating in the North Caucasian Imamate, analyzes the state structure in the context of the struggle for independence of the peoples of the North Caucasus.

Keywords: North Caucasian Imamate, state authority, Academic Council, State Council, naib, mudirstvo, Sharia.

Северокавказский имамат — уникальное многонациональное государственное образование, возникшее на территории Дагестана и Чечни. Наибольших успехов оно добилось во время имама Шамиля. Четко установленных границ у имамата не было, но по оценкам Р. А. Фадеева имамат на пике включал в себя территорию окружностью «около 900 верст или 961 км» [7, с. 21]. На севере имамат граничил с Северной Осетией, а на юге — с шамхальством Тарковским: почти вся Чечня и большая часть территорий нынешнего Дагестана вошли в имамат.

Рис. 1. Карта Северокавказского имамата [3, с. 156]

Для управления столь немалым государственным образованием в сложных условиях борьбы за независимость с Российской империей, Турцией и Ираном требовался отлаженный механизм управления: иерархия государственных органов и отвечающее требованиям ситуации административно-территориальное деление. Процесс закладки данного механизма начался еще при первых двух имамах: Гази-Мухаммаде (1829–1832) и Гамзат-беке (1833–1834). Но принял окончательный вид именно при имаме Шамиле (1834–1859).

Рис. 2. Наибства имама Шамиля [3, с. 234]

В период наибольшего могущества на территории имамата насчитывалось около 100–150 тыс. покорных имаму Шамилю дворов [3, с. 160]. Необходимой была грамотная территориально-административная система, которая обеспечила бы имаму эффективное управление многонациональным народом в период борьбы. Так, Шамилем вся территория имамата была поделена на отдельные наибства, во главе которых стояли наибы, личные наместники имама. Максимум имамат насчитывал около 50 наибств [2, с. 221]. Наибства в свою очередь для удобного управления делились на участки, которые возглавляли «маъзуны». Наиб на своей территории возглавлял все вооруженные силы, ему подчинялись «маъзуны» и старшины (десятинные, сотенные и пятисотенные командиры, осуществлявшие административную власть на участке, входящем в наибство). Наиб, в отличие от имама, являлся только светским лидером, духовными же делами на территории наибства ведал назначенный им муфтий. Муфтий с согласия населения на отдельных участках наибства (аулах или вольных обществах) назначал кадия, который был на одном уровне с «маъзуном», но ведал религиозными делами общины. В полномочия муфтиев и кадиев входило также осуществление правосудия по гражданским делам. При этом необходимо подчеркнуть, что наибы и муфтии были независимы друг от друга и подчинялись мудиру и Шамилю.

Рис. 3. Схема административно-территориального устройства имамата в 1840–1850 гг. [3, с. 157]

В 1843 г. с целью ускорить выполнение на местах приказов имама были введены мудирства, в которые входили по 3–4 наибства. Во главе мудирства стоял мудир, он контролировал деятельность наибов и следил за ее соответствием нормам шариата и низамам Шамиля. В случае нарушений мудир мог применить к наибам санкции самостоятельно, либо доложить имаму. «Во время подготовки и сбора войск мудир осуществлял руководство организаторской и военно-административной работой наибов, подчиненных им маъзунов, командиров воинских отрядов. Во время военных операций мудиру подчинялись подвластные ему наибы и их войско, и они действовали под единым командованием мудира. Мудиры, в свою очередь, действовали под руководством главнокомандующего вооруженными силами Имамата» [3, с. 150]. Мудиром назначался, по аналогии с уровнем наибства, муфтий на уровне мудирства, который отвечал за судебные и религиозные дела, ему подчинялись нижестоящие муфтии.

Уже с 1830 годов в имамате начинает формироваться структура государственных органов, которая достигла своей окончательной формы в период пика могущества Северокавказского имамата, который приходился на конец 1840–1850 гг. Итак, одним из первых и самых ближайших к имаму органов был Ученый совет, впервые собранный в 1841 г., «это не постоянно действующее учреждение. Он собирался от случая к случаю. В составе его — виднейшие представители мусульманского духовенства, мусульманские ученые» [4, с. 106]. Ученый совет был своеобразным совещательным органом, не специализирующимся на конкретных государственных вопросах, а обсуждающим общую политическую ситуацию в имамате. Муршиды или алимы (наставники) в основном и составляли ученый совет при имаме. Но этот орган фактически просуществовал до 1841 г., со временем власть имама Шамиля укреплялась и его роль все увеличивалась, соответственно алимы, его наставники, уже переставали иметь значение в принятии решений.

Частично функции ученого совета стал выполнять важнейший орган в имамате, учрежденный в 1841 г. на общеимаматском съезде, — Государственный совет (Диван-хана), сосредоточивший в себе всю верховную власть. Его возглавлял имам лично, он включал самых доверенных лиц имама: ближайших и преданных наибов и наставников. Этот орган был постоянным и работал в формате заседаний, которые проводились каждый день, кроме пятницы [1, с. 9]. На них имам заслушивал выступления каждого из участников по той или иной проблеме, после чего им принимались соответствующие решения. По мере укрепления власти Шамиля, роль имама в этом органе все более усиливалась, слова имама на одном из поздних съездов: «…если же между вами такой, который не в состоянии будет перенести его трудностей (трудностей принятого им указа) и привести его в исполнение, тот пусть оставит свою должность и сойдет в число простонародья» [5, с. 13–14]. Хотелось бы отметить, что внутри Государственного совета не было четкой структуры, то есть не было подразделений, отвечающих за решение проблем в какой-либо конкретной сфере. Вместо этого на собраниях все его члены обсуждали все нависшие над имаматом проблемы, что на самом деле, на момент девятнадцатого столетия являлось достаточно примитивным.

На рисунке 4 изображена схема Ю. У. Дадаева, сотрудника Дагестанского Государственного университета, показывающая, какие основные функции выполнял Государственный совет. Таким образом, он ведал всеми делами в имамате, каждый орган в конечной инстанции подчинялся ему. А судя по тому, что роль имама Шамиля была основополагающей в работе этого органа, то напрашивается вывод, что фактически вся власть, хоть и не напрямую, была в руках у имама Шамиля.

Рис. 4. Функции Государственного совета в имамате [3, с. 158]

Государственный совет был постоянно действующим органом в имамате, но для решения чрезвычайных и крайне важных вопросов созывались общеимаматские съезды. Они, как правило созывались не часто, раз в год, два. На них обсуждались, например, меры борьбы с самодержавием или государственное устройство. Членами съездов были все наибы и мудиры, почти все должностные лица имамата и алимы. «Общеимаматские съезды сыграли важную роль в возникновении, становлении политического, экономического, социально-духовного и административного государственного устройства Имамата» [3, с. 217]. Как уже неоднократно упоминалось, Шамиль, по мере укрепления власти, все меньше значения придавал совместному решению вопросов, все больше прибегал к единоличному принятию решений. Роль общеимаматских съездов со временем меняется: «Широкие съезды «ученых» совместно с виднейшими муридами, съезды, избиравшие имамов и руководившие политикой Имамата, во время мюридизма сменяются совещаниями наибов, выслушивающими и подписывающими распоряжения имама» [6, с. 350].

Говоря о праве и о законодательной власти в имамате, необходимо вспомнить, что национально-освободительное движение при первых имамах началось с борьбы с обычным правом (адатами) и установления норм шариата на всей территории имамата. Поэтому главным законом в стране был шариат, а его источником — Коран. Имамы призывали соблюдать этот закон не только внешне (формально), но и внутренне, на духовном уровне. Достаточно быстро стало понятно, что просто заменить складывающиеся тысячелетиями адаты шариатом — неэффективное решение, ведь его нормы, ниспосланные более тысячи лет назад, не могли предусмотреть точного регулирования всех общественных отношений в Северокавказском имамате, появлялись бы бреши в законодательстве, заполнявшиеся разным толкованием. А это значит, что наибы могли бы интерпретировать скрытый смысл так, как считают верным для себя, что неизбежно привело бы к самоуправству и к краху единства и централизации.

Именно поэтому имам Шамиль принял решение дополнить положения шариата, чтобы ликвидировать все бреши в законодательстве. Дополнения норм шариата Шамилем стали называться низамами. Как правило, они должны были строиться на базе глубинного толкования норм шариата имамом. «Сам Шамиль утверждал, что низам — это собрание различных правительственных мер, касающихся только безопасности страны, благополучия народонаселения и усиления средств к сопротивлению внешним врагам» [3, с. 163]. Низамы принимались имамом единолично, потому что он имел приоритетное право толковать скрытый смысл шариата в имамате (элемент шиитского имамата), которое никто не пытался оспорить.

Судебная власть в имамате должна была полностью строиться на нормах шариата и низамах Шамиля, производить разбирательства и выносить приговоры судьи должны были только в соответствие с ними. Верховным судьей в имамате выступал имам. Было уже сказано выше, что судебную власть на местах представляли муфтии (в мудирствах и в наибствах) и кадии (в вольных общинах, аулах).

Говоря о структуре государственной власти в имамате, нужно упомянуть и орган, который обеспечивал, финансировал функционирование имамата. Речь идет о государственной казне, которая была создана еще при первом имаме, Гази-Мухаммаде, но получила значительное расширение полномочий при Шамиле. Байтул-мал, так называлась казна в имамате, использовалась для финансирования проводимой государственной политики и вооруженных сил. Она пополнялась несколькими способами: в нее поступали имущество, конфискованное у феодалов, и налоги, сбираемые с населения. Среди таких налогов были закят (десятая часть от всей произведенной продукции), хумс (часть денег от добычи и пленных), харадж (подать с горных пастбищ) [3, с. 254].

Таким образом, в Северокавказском имамате выстраивалось четкое политико-административное деление. На местах власть основывалась на принципе демократизма. Имамат представлял собой федерацию из наибств. На всей территории имамата основным законом были нормы шариата и низамы имама Шамиля.

Ключевыми органами управления были:

1. Общеимаматский съезд, высший не постоянно действующий орган государственной власти;
2. Государственный совет, высший постоянно действующий орган государственной власти.

Этим двум органам подчинялись все остальные государственные структуры, а имам Шамиль играл ключевую роль в принятии решений в этих органах.

Литература:

1. Выдержки из записок Абдурахмана сына Джамал-Эдинова о пребывании Шамиля в Ведено. Тифлис, 1862.
2. Гаджиев В. Г. Роль России в истории Дагестана. — М.: Издательство «Наука», 1965.
3. Дадаев Ю. У. Государство Шамиля. Социально-экономическое положение, политико-правовая и военно-административная система управления. — Махачкала: Издательство «Ихлас», 2006.
4. Движение горцев Северо-восточного Кавказа в 20–50 гг. XIX века. Сборник документов. — Махачкала: Дагестанское книжное издательство, 1959.
5. Низамы Шамиля // Сборник сведений о кавказских горцах. 1870. Вып. 3. С. 13–14.
6. Покровский Н. И. Кавказские войны и Имамат Шамиля. — М.: РОССПЭН, 2000.
7. Фадеев Р. А. Сочинения в трех томах. Т. 1. — СПб: Издание В. В. Комарова, 1889.