Борхес. Мастер кратких форм и знаковых символов того, чего нет | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 29 января, печатный экземпляр отправим 2 февраля.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Прочее

Опубликовано в Молодой учёный №51 (393) декабрь 2021 г.

Дата публикации: 15.12.2021

Статья просмотрена: 3 раза

Библиографическое описание:

Ефремов, Н. А. Борхес. Мастер кратких форм и знаковых символов того, чего нет / Н. А. Ефремов. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 51 (393). — С. 535-537. — URL: https://moluch.ru/archive/393/86846/ (дата обращения: 20.01.2022).



Борхес — не иронический конструктор лабиринтов письма, а поэт в том смысле, как то понимал Кьеркегор: тот, кто на жизненном пути одержимо стремится к пределам этического и религиозного поведения, всегда остающимся вдали.

Бонфуа, французский писатель

Хорхе Франсиско Исидоро Луис Борхес (1899, Аргентина — 1986, Швейцария) — аргентинский прозаик, поэт, филолог, критик, переводчик, философ и публицист. В 1920-е годы — один из основателей авангардизма в испаноязычной латиноамериканской поэзии. Возможно, это был самый значимый автор мировой испаноязычной литературы со времен Сервантеса. Борхес — один из основоположников классической латиноамериканской литературы. И принадлежит к числу редких счастливчиков, литературное творчество которых по достоинству оценили ещё при жизни.

Борхес — одушевлённый оксюморон: необразованный эрудит, мистический атеист, аполитичный политик, слепой библиотекарь, слепой путешественник, англоязычный испанский писатель и поэт. Стиль Борхеса сочетает в себе как фантазийные, так и поэтические методы, среди тем его творчества — противоречивость мира, время, одиночество, человеческий удел, смерть.

Ключевые слова: литература, писатель , проза, поэзия, фантастика.

В его поэтических работах и прозаических фантазиях, часто принимающих форму приключенческих либо детективных историй, маскируются рассуждения о серьёзных философских и научных проблемах. Известен широкому читателю прежде всего лаконичными прозаическими фантазиями, часто маскирующими рассуждения о фундаментальных философских проблемах или же принимающими форму приключенческих либо детективных историй. Наряду с Марселем Прустом, считается одним из первых писателей XX века, обратившихся к проблематике человеческой памяти. Борхес оказал огромное влияние на многие жанры литературы — от романа абсурда до научной фантастики, и на творчество таких признанные мастеров пера как Курт Воннегут, Филип Дик и Станислав Лем.

С рождения страдал наследственным заболеванием глаз, плохо видел, перенёс несколько операций на глазах, но к 1955 году в возрасте 56-ти лет полностью ослеп. Потерю зрения писатель приравнивал к старости, используя метафору «животное умерло или почти». Большинство людей потеряли бы вкус к жизни и сам смысл бытования, но только не Борхес! Вот его строка строки Борхеса в книге «Хвала тьме»: «В моей жизни всегда было слишком много вещей». Так автор предположил, что потеря зрения может быть (и, отчасти, для него самого стала) благословением, способом заставить поэта увидеть то, что важно в жизни. С потерей зрения приходит больше понимания: «Демокрит из Абдеры вынул глаза, чтобы подумать. Время было моим Демокритом», — так писал автор. Многое из того, что мы видим, отвлекает нас от наших собственных мыслей». По мнению Борхеса, у него проявилось время подумать о том, на что раньше он не обращал внимания.

Борхес утверждал, что в нём течёт баскская, андалузская, норманнская, английская (по отцу), португальская и еврейская (по матери) кровь. В родительском доме разговаривали по-испански и по-английски. Первые прочтённые им книги были английскими: Марк Твен, Льюис Кэрролл, Стивенсон, Диккенс… Он и «Дон-Кихота» прочёл вначале по-английски, а испанский подлинник впоследствии его разочаровал. Сам Борхес так описал свой литературный порыв: «С самого моего детства, когда ослеп отец в семье молча подразумевалось, что мне надлежит осуществить в литературе то, чего обстоятельства не дали совершить моему отцу. Это считалось само собой разумеющимся. Ожидалось, что я буду писателем».

Рамки обычной школы для будущего писателя оказались тесны. Хорхе Луиса взяли сразу в 4 класс в 9-летнем возрасте. Ему было скучно в обучении: что касалось знаний — ничего нового учителя не могли ему предложить. Свой первый рассказ написал в возрасте 7 лет. В 10 перевёл сказку Оскара Уайльда «Счастливый принц». В начале творческого пути Хорхе Луис отдавал предпочтение не прозе. Первое опубликованное его произведение было стихотворным — оно вышло в 1919 году в Испанском журнале «Греция» (к этому моменту Борхес жил в Испании). Через два года писатель вернулся на родину — в Аргентину — и там продолжил писать нерифмованные стихи в духе ультраизма — авангардного направления в поэзии.

В 1923 году Борхес публикует свою первую книгу стихов «Жар Буэнос-Айреса», в которую вошли уже 33 произведения. Со временем отошёл от поэзии и стал писать «фантазийную» прозу». На этом раннем этапе своей жизни Борхес был весьма плодовитым автором: за первые десять лет он опубликовал больше 250 произведений. Так, большинство рассказов сборника «Алеф и другие истории» относятся к жанру фэнтези, затрагивая такие темы, как личность и бессмертие, бесконечность времени. Сложно, но при этом интересно — одновременно.

С 1930-х в своих произведениях начинает сочетать вымысел с реальностью, пишет рецензии на несуществующие книги и т. п. В это время Борхес активно публиковался в крупнейшем аргентинском литературном журнале «Sur» и переводил для него произведения Вирджинии Вульф.

Эффект подлинности вымышленных событий достигал путем введения в повествование подлинных эпизодов аргентинской истории и имен литераторов-современников, а также фактов собственной биографии.

История, рассказанная от первого лица, — «Тлён, Укбар, Орбис Терциус» — сосредоточена на описании автором таинственного вымышленного мира Тлёна, жители которого верят в форму субъективного идеализма, отрицающего реальность мира, и говорят на языке без существительных. Непривычно длинный для Борхеса (приблизительно 5600 слов в оригинале), этот содержательный рассказ стал одной из самых поразительных авторских выдумок. Здесь упоминаются многие ведущие интеллектуальные деятели Аргентины и цивилизованного мира в целом, затрагивается ряд тем, более типичных для романа, нежели для рассказа. Большинство затронутых идей относятся к области метафизики, теории лингвистики, эпистемологии и литературной критики. Но при этом чтение станет интересным даже при отсутствии специального филологического образования и недопонимании ряда (а, возможно, и большинства) употреблённых терминов.

Вместе с Адольфо Биой Касаресом и Сильвиной Окампо он участвовал в создании знаменитой Антологии фантастической литературы в 1940 году и Антологии аргентинской поэзии в 1941 году. В начале 1950-х годов Борхес вернулся к оставленному им было ранее жанру поэзии. Стихи этого периода написаны в классических размерах, с рифмой, носят в основном элегический характер. В них преобладают темы лабиринта, зеркал и мира в образе бесконечной книги.

В 1955-м, после военного переворота и свержения режима Перона, Борхес был назначен директором Национальной библиотеки Аргентины и занимал этот пост до 1973. В декабре 1955 года писатель был избран членом Аргентинской академии литературы. Он активно пишет и преподает на кафедре немецкой литературы в Университете Буэнос-Айреса.

С начала 30-х писатель увлёкся литературным наследием скандинавов, готов и англосаксов, что стало его страстью до конца жизни. Сборник новелл «Наставления» — это цикл лекций, эссе, онтологий, метафор и образов по результатам изучения эпосов прозы и поэзии старинных северных народов с точки зрения Борхеса-читателя, Борхеса-толкователя и, конечно Борхеса-творца. Увлечение скандинавскими поэтическими творениями, литературой Северной Европы и её интерпретаторов (Парацельса и сэра Вальтера Скотта) помогло Борхесу в создании самой необычной его книги — о вымышленных существах.

Слепому писателю необходимы были если не соавторы, то помощники и соратники. В течение одного 1967 года свет увидели созданные Борхесом в содружестве с Эстер Самборайн и Торрес Дугган два издания сборника «Фантастическая зоология»: первое, а затем и дополненное второе под названием «Книга вымышленных существ». Работу над этим сборником Борхес начал с 1954 года и в содружестве с М. Герреро, тщательно и методично подбирал «персонажи» для историй, многократно дорабатывал и перерабатывал сюжеты своего оригинального замысла.

Изначально книга была задумана как брошюра из серии образовательных пособий, которые издавал во множестве Фонд экономической культуры одновременно в Мехико и Буэнос-Айресе.

Вот и работа Борхеса, опубликованная впервые в 1957 году под названием «Введение в фантастическую зоологию», стала 125-й книгой учебной серии. Со сменой названия в сборнике поселились: валькирии, гномы, феи, эльфы, всевозможные обитатели подземного царства, ангелы и демоны, злые и добрые духи различных религий. Герои книги были почерпнуты из мусульманских традиций, из Библии, из китайской хрестоматии и этнографической индуистской литературы. Как археолог без лопаты, Борхес вынимал из-под земли то, что хотел видеть сам и показать своему читателю, поселив на страницах книги. А книгу, из которой автор позаимствовал персонаж, можно узнать по точному описанию.

Метод собирания обитателей этого удивительного зоологического сада подчинён чёткой системе, понятной, правда, одному автору. Принцип искать бесполезно, поскольку в основе — отсутствие какой бы то ни было системы. И в этом Борхес весьма последователен.

Он был не первым, кто взялся за описание вымышленных существ. Задолго до жили и творили подобное Плиний-Старший — великий натуралист Римской империи, энциклопедист Исидор Севильский — автор очень популярной в Европе Средних веков «Книги этимологий», монах-доминиканец Винцент, в ХIII создавший «Великое зерцало» — всеобщий свод знаний. Нельзя не упомянуть также зоолога I-II вв. Клавдия Элиана, автора «Истории животных» и «Пёстрых рассказов», учёного-естественника ХIII в. В сочинении Борхеса можно обнаружить даже имена Аристотеля и Леонардо да Винчи, особенно там, где статьи о животных завуалированы под изображения человеческих чувств. На своих предшественников Борхес охотно ссылается, хотя честно признаётся, что сам читал только Плиния.

Алфавитную упорядоченность, т. е. расположение рассказов по имени персонажей в алфавитном порядке, Борхес тоже позаимствовал. Располагать статьи энциклопедии внутри разделов по буквам алфавита начали в XIII веке — классическим примером является энциклопедист Варфоломей Английский. Вот и Борхес предпочёл азбучный метод всем другим классификациям. Не заботясь при этом о повторах и охотно ссылаясь на самого себя. Благодаря этому книгу можно начинать читать с любой страницы, открыв наугад. Малые литературные формы автора очень хороши и этим своим малым форматом. Его рассказы можно с интересом усваивать даже при неусидчивости или отсутствии большого запаса времени.

Борхеса нередко почитают званием пророка и предсказателя: клонирование, семантические классификации — всё, что в настоящее время стало достоянием учёных-биологов придумано им одним. Но здесь хочется отметить не столько дар авторского предвидения, сколь недальновидность фантазий учёных обладателей дипломов и титулов, которым пригодились литературные образы. Например, «Сад расходящихся тропок» — великолепное произведение Борхеса с оригинальным видением «разветвлении путей», которое стало не только источником вдохновения для многочисленных начинающих литераторов Латинской Америки, особенно в жанре фантастики. Искусствоведы уверены, что тема этой новеллы описывает интерпретацию квантовой механики (множество параллельных миров). Возможно, она была вдохновлена работами философа и писателя-фантаста Олафа Стэплдона. Стало быть, Борхес — не дилетант мира научной фантастики. Ему свойственно природное чутьё, успешно сочетаемое с эмпирическим подходом к изложению выбранной темы.

Спустя годы после смерти Борхес — единственный писатель XX века, символизирующий эстетические ценности, необходимые для выживания канонической всемирной литературы. Он занимает это положение не только по отношению к латиноамериканской словесности, но и ко всей литературе западного мира и, возможно даже, мировой. Борхес последовательно сознательно и успешно воплощал саму идею традиционной литературы. Если кому из наших творческих современников и предназначено литературное бессмертие, то, конечно же, ему, страннику по разным эпохам и мирам.

Признание как на родине, в Аргентине, так и во всём мире, пришло к писателю одновременно с потерей зрения, к его удивлению. И это подтвердилось присуждением ему 17-ти разнообразных литературных премий (только одна — посмертно). Самую первую из — Гран-при ассоциации аргентинских писателей — автор получил в 1944 году, через 12 лет — Государственную премию Аргентины по литературе. Также он был удостоен самой престижной в испаноязычных странах премии Сервантеса, а ассоциация детективных писателей США наградила Борхеса премией Эдгара Аллана По.

Литература:

  1. Борхес Х. Л. Наставления. С-Пб., «Азбука классики». 2005. 384 с.
  2. Борхес Х. Л. Книга вымышленных существ. С-Пб., «Азбука классики». 2003. 384 с.
  3. Сабато Э. Современники о Борхесе: Эрнесто Сабато, Беатрис Сарло, Джулиан Барнс, Харольд Блум, Хосе Анхель Валенте, Сьюзен Сонтаг. // Иностранная литература, № 9, 1999.
  4. Тейтельбойм В. В. Два Борхеса: Жизнь, сновидения, загадки. — СПб.; «Азбука классики». 2003. 440 с.
  5. Чистюхина О. П. Творчество Х. Л. Борхеса в контексте философии культуры. Автореферат диссертации. Ростов на Дону. 2000. 23 с.
Основные термины (генерируются автоматически): потеря зрения, писатель, I-II, автор, время, история, книга, литература, научная фантастика, первое.


Задать вопрос