Убийство матерью новорожденного ребенка: уголовно-правовая норма, отражающая половую принадлежность субъекта преступления | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 6 марта, печатный экземпляр отправим 10 марта.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №3 (345) январь 2021 г.

Дата публикации: 18.01.2021

Статья просмотрена: 8 раз

Библиографическое описание:

Червякова, В. В. Убийство матерью новорожденного ребенка: уголовно-правовая норма, отражающая половую принадлежность субъекта преступления / В. В. Червякова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 3 (345). — С. 230-234. — URL: https://moluch.ru/archive/345/77576/ (дата обращения: 25.02.2021).



В работе рассматривается ст. 106 УК РФ «Убийство матерью новорожденного ребенка». Автором отмечается, что в Особенной части УК РФ это только один случай квалификации с учетом гендерной характеристики субъекта. В статье проанализированы вопросы квалификации и обоснованности признания убийства матерью новорожденного ребенка привилегированным составом убийства. Автор указывает на очевидные коллизии и пробелы. Рассматривается вопрос о времени возникновения умысла, а также анализируется субъект преступления и вопросы квалификации при суррогатном материнстве. Рассматривается ситуация, при которой мать может лишить жизни не одного новорожденного, а двух и более (например, близнецов), поскольку очевидно, что в этих случаях общественная опасность данного деяния возрастает. В заключение автор приходит к выводу о необходимости внесения изменений в формулировку ст. 106 УК РФ.

Ключевые слова : новорожденный ребенок, беременная женщина, квалификация, мать, суррогатное материнство, плод, привилегированный состав убийства, психотравмирующая ситуация, начало жизни.

Статья об уголовной ответственности за убийство матерью новорожденного ребенка впервые появилась с принятием нового УК РФ, путем включения в Особенную часть привилегированного состава убийства (ст. 106 УК РФ), что соответствовало общему духу придания Кодексу «некоторых гуманистических черт, свойственных традиционному демократическому государству». Следует отметить, что в Особенной части УК РФ это только один случай квалификации с учетом гендерной характеристики субъекта.

Определенные дискуссии среди ученых вызывает вопрос о целесообразности введения статьи о детоубийстве в качестве привилегированного состава. Нельзя согласиться с мнением некоторых авторов (например: Е. В. Серегина [1], Н. Е. Аленкин [2, с. 44–54] и др.) о том, что убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов не имеет под собой основания для квалификации в качестве привилегированного состава и должно быть квалифицировано по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Ряд ученых (Е. И. Грубова [3], А. Л. Карасова [4]) говорят о необходимости усовершенствования конструкции ст. 106 УК РФ, но не считают целесообразным упразднять ее как таковую.

К числу привилегированных рассматриваемый состав преступления относят исходя из признаков субъекта и обстоятельств, охватываемых объективной стороной: а) убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу после родов; б) убийство матерью новорожденного ребенка в условиях психотравмирующей ситуации; в) убийство матерью новорожденного ребенка в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости.

Итак, объектом ст. 106 УК РФ — является жизнь новорожденного ребенка. Он, в свою очередь, признается потерпевшим от данного преступления и выступает обязательным конститутивным признаком при квалификации детоубийства. На сегодняшний день вопрос об определении конкретных сроков новорожденности не урегулирован законодательно. Принято считать, что термин «новорожденный» означает, что ребенок только что или недавно родился, а также ребенок в возрасте до одного месяца [5, с. 12]. Большинство исследователей пришли к выводу, что период новорожденности вовсе не зависит от временного интервала, а характеризуется физиологическим развитием самого ребенка, когда после рождения происходит постепенная адаптация его организма к условиям внешней среды [6, с. 67].

В современной правовой науке определяются несколько критериев новорожденности: педиатрический, акушерский и судебно-медицинский. Четкого определения временного промежутка для признания ребенка новорожденным и вовсе не имеется. В науке отечественной педиатрии младенец признается новорожденным с момента констатации живорожденности (крик, легочное дыхание, произвольные сокращения мускулатуры, сердцебиение и др.) до одного месяца. При этом конкретно не уточняется, какой месяц принимается в усмотрение — лунный (28 дней) либо календарный. Как правило, при квалификации правоприменитель руководствуется именно критерием живорожденности младенца. В акушерстве длительность периода новорожденности не может быть больше семи дней, а в судебной медицине она равна одним суткам. Наличие судебно- медицинского периода новорожденности также не нашло отражения ни в одном нормативно-правовом документе.

Ранее доктрину уголовного права для определения начального момента жизни человека вполне устраивала точка зрения, согласно которой жизнь человека начинается с момента начала процесса рождения [7, с. 18–20], а начальным моментом самого процесса родов, достаточным для констатации начала жизни ребенка, предлагалось считать прорезывание головки младенца, выходящего из организма матери [8, с. 119–154].

По мнению некоторых авторов, указанный подход является несколько устаревшим, поскольку не учитывает ни гестационный возраст при родах, ни иные признаки жизнеспособности родившегося ребенка, а также малоприменим при определении начального момента жизни в случае оперативных родов (кесарева сечения) [9, с. 67].

Пунктом 3 приложения № 1 к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 декабря 2011 г. № 1687н «О медицинских критериях рождения, форме документа о рождении и порядке его выдачи» предусмотрено, что «живорождением является момент отделения плода от организма матери посредством родов при сроке беременности 22 недели и более при массе тела новорожденного 500 г и более (или менее 500 г при многоплодных родах) или в случае, если масса тела ребенка при рождении неизвестна, при длине тела новорожденного 25 см и более при наличии у новорожденного признаков живорождения (дыхание, сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры независимо от того, перерезана пуповина и отделилась ли плацента)».

Таким образом, действующее российское законодательство в любом случае отказывается признавать живорождение при сроке беременности (а точнее, гестационном возрасте) менее 22 недель. Рождение ребенка сроком менее 22 недель, в соответствии с указанным выше приказом, будет считаться выкидышем.

Думается, суждение о том, что начальным моментом жизни человека считается момент появления из организма роженицы части тела младенца, имеющего не только сердцебиение или дыхание, является обоснованным и заслуживает внимания правоприменителей.

Исходя из правоприменительной практики, ребенок считается новорожденным до наступления ему одного календарного месяца со дня рождения. Так, гражданка Н., совершившая преступление, предусмотренное ст. 106 УК РФ, была приговорена к двум годам лишения свободы за причинение смерти своему новорожденному ребенку «на девятый день после родов» [11].

Нельзя согласиться с утверждением, что «в случае определения начала жизни при помощи только медицинских критериев посягательство на плод в процессе родов (до их окончания) не может рассматриваться как преступление» [12, с. 27]. Пока плод находится в утробе матери, он является частью ее организма, и причинение ему вреда признается причинением вреда здоровью беременной женщины. И только после того, как он начал самостоятельную жизнь, попытки ее прекратить являются убийством или покушением на убийство. Если же плод вышел из чрева матери без признаков жизнедеятельности и если лицу об этом неизвестно, то подобные действия являются негодным покушением.

Что касается психотравмирующей ситуации, то она является результатом взаимодействия двух обстоятельств: самой психической травмы, которая неизбежно сопутствует беременности и родам, и особенностей личности женщины, на которую такая травма оказывает влияние [13, с. 17].

Однако российским законодателем психотравмирующая ситуация связывается не с психическими или физиологическими причинами, а с различными социальными условиями, в которых оказывается женщина после рождения ребенка. Психотравмирующая ситуация может продолжаться и после достижения ребенком одного месяца, однако умышленное причинение смерти новорожденному ребенку в условиях психотравмирующей ситуации под квалификацию ст. 106 УК РФ уже почему-то не подпадает. Так, мать ребенка новорожденного возраста, убившая его в условиях психотравмирующей ситуации, понесет наказание по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ — за квалифицированное убийство, а психотравмирующая ситуация может быть учтена судом только в качестве обстоятельства, смягчающего наказание.

Таким образом, фактически любое убийство матерью новорожденного ребенка в указанный период должно расцениваться и расценивается на практике как привилегированное.

По буквальному смыслу диспозиции ст. 106 УК РФ убийство во время родов или сразу же после них возможно как с внезапно возникшим, так и с заранее обдуманным умыслом. Правоприменительной практике известны случаи убийств матерью новорожденных, когда они готовились к преступлению заранее: одна из них приготовила нож, которым сразу после рождения ребенка перерезала ему горло, другая — запаслась веревкой и удушила им младенца, третья — после рождения выбросила ребенка в выгребную яму.

Не влияют на квалификацию этого рода убийства и мотивы его совершения. Одним из признаков деяния, предусмотренного ст. 106 УК РФ, выступает специальный субъект преступления. Это физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста, и единственный состав преступления, субъектом которого может быть только лицо женского пола. Уголовный закон не содержит каких-либо уточнений относительно матери новорожденного ребенка.

Отдельные исследователи, в частности Д. А. Гарбатович, полагает, что мать, убившую собственного ребенка (более четырех недель), не достигшую возраста уголовной ответственности 16 лет, несправедливо подвергать наказанию и ответственности по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ [14, с. 127–134]. В этой связи стоит упомянуть о равенстве граждан перед законом и судом и согласиться с таким мнением.

При рассмотрении состава детоубийства возникает вопрос: можно ли говорить о фактическом и юридическом материнстве? Мы поддерживаем мнение Е. А. Таюрской, которая отмечает: «субъектом убийства матерью новорожденного ребенка может быть только та женщина, которая родила ребенка. Именно факт рождения ребенка конкретной женщиной дает возможность правоприменителю признать ее субъектом данного преступления» [15, с. 146].

Однако не исключаются и ситуации, когда одна женщина, будучи полностью бесплодной, может стать матерью, если при этом будут взяты половые клетки второй женщины (донора), а вынашивание ребенка будет осуществлять третья — суррогатная мать. По смыслу п. 1 ст. 48 Семейного кодекса Российской Федерации потенциальная мать становится матерью в правовом смысле лишь после регистрации данного юридического факта в книге регистрации актов гражданского состояния. При этом ст. 106 УК РФ связывает смягчение уголовной ответственности и со временем совершения деяния — во время или сразу же после родов.

Однако юридическая регистрация акта рождения ребенка осуществляется не во время родов и не сразу после них, между этими событиями всегда проходит определенное время. Согласно ч. 1 ст. 53 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» [10] указано, что «моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов».

В соответствии с ч. 6 ст. 16 Федерального закона от 15.11.1997 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» [16, с. 146] заявление о рождении ребенка должно быть сделано не позднее чем через месяц со дня рождения ребенка, однако не существует никаких санкций за пропуск этого срока, и фактически такой период может быть и большим. Сказанное делает проблему суррогатного материнства особенно актуальной.

На момент рождения ребенка юридических родителей у него не существует, поскольку еще не состоялась регистрация этого события, в то время как фактическая мать очевидна — это именно та женщина, которая вынашивала и рожала ребенка [17, с. 27]. Поэтому суррогатная мать, будучи фактической матерью, может и должна признаваться субъектом преступления, предусмотренного ст. 106 УК РФ.

Н. Г. Иванов, выступая за возможность признания суррогатной матери специальным субъектом детоубийства, предлагает новую формулировку анализируемой нормы, в которой слово «мать» будет заменено на конструкцию «женщина, родившая ребенка» [18, с. 20]. Следует отметить, что и действующая редакция уголовного закона позволяет учитывать фактические обстоятельства дела и привлекать к уголовной ответственности суррогатную, а не только потенциальную мать.

Думается, что существенным недостатком данной нормы является игнорирование ситуации, при которой мать может лишить жизни не одного новорожденного, а двух и более (например, близнецов). Квалифицирующего признака «убийство матерью двух или более новорожденных» в законе нет. При обращении к закрытому перечню отягчающих обстоятельств также имеет место отсутствие данного отягчающего обстоятельства и отсутствие возможности квалификации по ст. 106 УК РФ со ссылкой на ст. 63 УК РФ.

Как правило, при совершении объективной стороны рассматриваемого деяния, наказание назначается по совокупности преступлений. Например, Б. была признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных ст. 106, 106 УК РФ. По совокупности ей было назначено наказание по ст. 106 УК РФ за совершение убийства новорожденного ребенка женского пола в виде лишения свободы сроком на три года, по ст. 106 УК РФ за совершение убийства новорожденного ребенка неустановленного пола в виде лишения свободы сроком на три года и два месяца. По совокупности совершенных преступлений путем частичного сложения назначено наказание в виде лишения свободы сроком на три года и четыре месяца с отбыванием его в колонии-поселении [19].

Представляется, что в этих случаях общественная опасность данного деяния возрастает. Так, А., родив в подвальном помещении двух живых доношенных и жизнеспособных детей (мальчика и девочку) и не желая обременять себя заботой по уходу за новорожденными, решила лишить их жизни. Сразу же после родов А. с целью убийства подыскала на месте преступления куски веревки, сделала две петли, которыми и удушила детей [20].

Квалификация таких действий по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ будет неправильной хотя бы потому, что санкция ч. 2 ст. 105 УК РФ — от 8 до 20 лет лишения свободы либо смертная казнь или пожизненное лишение свободы — слишком отличается от санкции ст. 106 УК РФ — до 5 лет лишения свободы. «Наверное, аналогично следует поставить вопрос и о квалификации повторного детоубийства. В то же время очевидно, что оба эти обстоятельства существенно отягощают вину детоубийцы, и данный состав преступления не может быт отнесен к привилегированным видам преступления» [21, с. 86]. Некоторые авторы, например С. В. Бородин, Л. Д. Гаухман, считают, что при конкуренции привилегированного и квалифицированного составов преступлений применению подлежит норма, содержащая привилегированный состав [22, с. 48, 296] и с этим можно согласиться, поскольку убийство матерью новорожденных близнецов (независимо от их количества) при наличии смягчающих обстоятельств, указывающих на привилегированный характер преступления, не может повлечь ответственность по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК (убийство двух или более лиц). Вследствие этого применению подлежит норма, предусматривающая ответственность за привилегированный вид убийства, т. е. ст. 106 УК РФ.

Данного подхода придерживается и судебная практика. Например, Н., чувствуя приближение родов и желая скрыть этот факт, в домашней обстановке родила двоих детей — девочку и мальчика и перерезав им пуповины, мать решила их убить ввиду того, что беременность была незапланированной, а она сама из-за тяжелого материального положения не смогла бы обеспечить им полноценного воспитания и развития. Действия подсудимой квалифицированы по ст. 106 УК РФ [23, с. 62].

Уместно также сказать о том, что лишение жизни нескольких человек, безусловно, является более опасным, что находит отражение в уголовном законе. Такие статьи, как убийство, убийство, совершенное в состоянии аффекта, причинение смерти по неосторожности, предусматривают повышенную ответственность за убийство двух и более лиц. Однако ст. 106 УК РФ не содержит таких квалифицирующих признаков. В этой связи важно устранить указанный пробел законодательства путём введения в ст. 106 УК РФ квалифицирующего признака — « убийство двух и более новорожденных ».

Представляется, что предлагаемые изменения ст. 106 УК РФ повысят предупредительный потенциал анализируемой уголовно-правовой нормы, а подходы к дифференциации уголовной ответственности за убийство матерью новорожденного ребенка будут способствовать реализации принципов справедливости и гуманизма.

Таким образом, уголовное законодательство, ориентируясь на провозглашённый курс по гуманизации уголовно-правовых отношений, относит убийство матерью новорожденного ребенка к привилегированным составам убийства, что является криминологически обоснованным, исходя из морально-нравственной составляющей данного общественно опасного деяния, принципов справедливости и гуманизма.

Литература:

  1. Серегина Е. В. Уголовно-правовые и криминологические аспекты охраны жизни новорожденного ребенка: дис. … канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2004. 219 с.
  2. Аленкин Н. Е. Система привилегированных составом убийства в уголовном праве России: вопросы совершенствования // Вести. Моск. унив-та. Сер. Право. 2012. № 4.
  3. Грубова Е. И. Проблемы ответственности за убийство матерью новорожденного ребенка в российском и зарубежном уголовном законодательстве: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2012. 206 с.
  4. Карасова А. Л. Убийство матерью новорожденного ребенка (теоретические аспекты ответственности по ст. 106 УК РФ): дис. канд. … юрид наук. Ростов н/Д., 2003, 225 с.
  5. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / А. И. Чучаев, Т. К. Агузаров, А. А. Ашин, П. В. Головненков. М.: Контракт, 2012.
  6. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: учебник / под. ред. Л. В. Иногамовой-Хегай, А. И. Рарога, А. И. Чучаева. М.: Инфра М, 2008.
  7. Коробеев А. И. Преступные посягательства на жизнь и здоровье человека. М., 2012.
  8. Лопашенко Н. А. Исследование убийств: закон, доктрина, судебная практика. М., 2018.
  9. Коробеев А. И., Ширшов А. А. Критерии живорождения при определении жизни как объекта уголовно-правовой охраны // Lex russica. — 2020. — Т. 73. — № 5.
  10. Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 29.05.2019) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».
  11. Приговор по делу 1–121/2013 (1–1306/2012) // СПС «КонсультантПлюс».
  12. Уголовное право России. Особенная часть / Под ред. А. И. Рарога. М.: ЭКСМО.
  13. Погодин О., Тайбаков А. Убийство матерью новорожденного ребенка // Законность. 1997. № 5.
  14. Гарбатович Д. А. Освобождение от уголовной ответственности на основании примирения с потерпевшим при убийстве матерью новорожденного ребенка // Журнал российского права. 2015. № 2.
  15. Таюрская Е. А. Субъект убийства матерью новорожденного ребенка // Деятельность правоохранительных органов в современных условиях: материалы XVIІI Междунар. науч. — практич. конф., посвящ. 20-летию образования ин-та. Иркутск, 2013.
  16. Федеральный закон от 15.11.1997 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» // Российская газета. 1997. 20 ноября.
  17. Лунева А. В. Проблемы определения субъекта детоубийства, предусмотренного ст. 106 УК РФ // Вестник Дальневосточного юридического института МВД России. 2013. № 1 (24).
  18. Иванов Н. Г. Убийство суррогатной матерью новорожденного ребенка // Уголовное право. 2005. № 12.
  19. Роженица [Электронный ресурс]. URL: http://dic.academic.ru/dic.nsf/ogegova/209086/ %D0 %A0 %D0 %9E %D0 %96 %D0 %95 %D0 %9D %D0 %98 %D0 %A6 %D0 %90.
  20. Приговор Верховного суда Республики Карелия № 2–19/1991 г. // СПС «КонсультантПлюс».
  21. Хатуев В. Б. Эволюция уголовного законодательства России об ответственности за убийство матерью новорожденного ребенка // Lex russica. — 2019. — № 1.
  22. Бородин С. В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву. М., 1994. С. 48; Гаухман Л. Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2003.
  23. Хатуев В. Б. Уголовно-правовые аспекты борьбы с убийством новорожденных детей // Российское правосудие. — 2008. — № 12.
Основные термины (генерируются автоматически): УК РФ, новорожденный ребенок, убийство матерью, психотравмирующая ситуация, уголовная ответственность, квалификация, мать, привилегированный состав убийства, рождение ребенка, суррогатное материнство.


Задать вопрос