Специальные учебно-воспитательные учреждения закрытого типа функционируют на основе жесткого режима и системы дисциплинарных мер. Эти условия эффективно купируют открытые проявления рискованного поведения. Однако внешнее благополучие не всегда отражает реальные изменения в ценностно-смысловой сфере воспитанников.

Феномен «латентная готовность к риску» заключается в сохранении установок на риск при внешнем соблюдении режима. Воспитанники с латентной готовностью демонстрируют высокую вероятность рецидива после освобождения.

Рискованное поведение определяется как действия в условиях неопределенности с вероятностью негативных последствий. Е. В. Змановская характеризует его как устойчивое поведение, отклоняющееся от социальных норм [1]. Для контингента СУВУ характерна высокая склонность к риску, формирующаяся под влиянием биологических, социально-психологических и личностных факторов [2].

Режимные условия закрытого учреждения делают невозможным открытое проявление риска. У воспитанника формируется внешний адаптивный паттерн, который может существовать параллельно с сохранением внутренних рискованных установок. Принципиально важно различать временное подавление импульсов под влиянием страха наказания и подлинную трансформацию ценностно-смысловой сферы. Латентная готовность соответствует первому состоянию, но внешне может имитировать второе. Как отмечает А. И. Долгова, ценностные ориентации устойчивее поведенческих паттернов, и их диагностика требует специальных процедур [3].

В практике психодиагностики для оценки склонности к риску используются методика «Готовность к риску» (PSK) А. М. Шуберта и методика «Склонность к риску» А. Г. Шмелева. Методика Шуберта выявляет готовность действовать в ситуациях неопределенности [4]. Методика Шмелева оценивает устойчивую личностную склонность к риску [5]. Однако данные методики, основанные на самоотчете, подвержены влиянию социальной желательности. Воспитанники СУВУ могут давать социально одобряемые ответы, не отражающие истинных установок, что ограничивает их использование как единственного инструмента.

Диагностика латентной готовности к риску сталкивается с дополнительными трудностями. Первая — невозможность экстраполяции результатов тестирования на поведение после освобождения. Вторая — отсутствие методик, специально разработанных для выявления скрытых установок. Третья — способность воспитанников распознавать цели диагностических вопросов.

Преодоление трудностей требует комплексного подхода. Во-первых, использование проективных методов, менее подверженных социальной желательности. Как указывает Т. В. Шипунова, проективные методы наиболее адекватны для работы с делинквентными подростками [6]. Во-вторых, динамическая диагностика: сопоставление результатов при поступлении, в середине срока и перед освобождением. В-третьих, наблюдение в ситуациях ослабленного контроля. В-четвертых, кейс-метод — анализ решений в гипотетических ситуациях выбора.

Диагностика имеет смысл при условии ее использования для коррекционной работы. Первое направление — работа с мотивационной сферой. Латентная готовность поддерживается положительной валентностью риска. Задача — переориентация мотивации на конструктивные виды деятельности. Как отмечает В. Д. Менделевич, потребность в риске может быть канализирована в спорт, творчество, социально значимые проекты [7]. Второе направление — развитие рефлексивных способностей. Третье — работа с социальным окружением, включая воздействие на групповые нормы.

Латентная готовность к риску не может быть выявлена с помощью одних лишь стандартизированных опросников. В качестве инструментов первичной диагностики могут использоваться методики Шуберта и Шмелева. Однако для диагностики именно латентной готовности необходимы дополнительные методы: проективные техники, динамическое наблюдение, кейс-метод. Коррекционная работа должна быть направлена не на подавление, а на переориентацию мотивации, развитие рефлексии и воздействие на групповые нормы.

Литература:

1. Змановская, Е. В. Девиантология. — М.: Академия, 2004. — 288 с.
2. Кондрашенко, В. Т. Девиантное поведение у подростков. — Минск: Беларусь, 1988. — 206 с.
3. Долгова, А. И. Правосознание и правовое воспитание. — М.: Норма, 2017. — 240 с.
4. Шуберт, А. М. Методика диагностики степени готовности к риску (PSK). — В кн.: Диагностика личности. — М., 2004.
5. Шмелев, А. Г. Методика «Склонность к риску». — В кн.: Практикум по психодиагностике. — М.: МГУ, 1990.
6. Шипунова, Т. В. Социально-психологические особенности делинквентных подростков // Вестник СПбГУ. Серия 12. — 2017. — № 4. — С. 210–218.
7. Менделевич, В. Д. Психология девиантного поведения. — СПб.: Речь, 2005. — 445 с.