Цифровые права и электронные денежные средства как предмет договора займа
Автор: Беспалова Мария Владимировна
Рубрика: 9. Гражданское право и процесс
Опубликовано в
VI международная научная конференция «Актуальные вопросы юридических наук» (Казань, декабрь 2021)
Дата публикации: 24.12.2021
Статья просмотрена: 146 раз
Библиографическое описание:
Беспалова, М. В. Цифровые права и электронные денежные средства как предмет договора займа / М. В. Беспалова. — Текст : непосредственный // Актуальные вопросы юридических наук : материалы VI Междунар. науч. конф. (г. Казань, декабрь 2021 г.). — Казань : Молодой ученый, 2021. — С. 11-16. — URL: https://moluch.ru/conf/law/archive/419/16875/ (дата обращения: 17.08.2024).
Реформа гражданского законодательства 2018 года послужила отправной точкой существенных корректив правового регулирования большинства институтов гражданского права. Федеральным законом от 18.03.2019 № 34-ФЗ «О внесении изменений в части первую, вторую и статью 1124 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в гражданский оборот было введено понятие цифровых прав. Данный объект общественных отношений не является новеллой гражданских обязательств, и до принятия вышеуказанного Закона не имел механизма правового регулирования, что, однако, не являлось препятствием для обращения цифровых прав в условиях рыночной экономики.
Понятие цифровых прав охватывает собой цифровые финансовые активы, цифровую валюту и иные цифровые права. Цифровые финансовые активы представляют собой денежные требования, возможность осуществления прав по эмиссионным ценным бумагам, права участия в капитале непубличного акционерного общества, право требовать передачи эмиссионных ценных бумаг, выпуск, учет и обращение которых возможны только путем внесения (изменения) записей в информационные системы. В качестве цифровой валюты законодатель понимает совокупность электронных данных информационной системы, которая может быть принята в качестве средства платежа, но при этом не является расчетной единицей (национальной, иностранной, международной) [2].
В настоящее время цифровые права отнесены к объектам гражданского оборота в составе имущественных прав (обязательственных и иных прав), «содержание и условия осуществления которых определяются в соответствии с правилами информационной системы, отвечающей установленным законом признакам» (статья 141.1 ГК РФ) [1]. Указанное обстоятельство порождает множественность точек зрения по поводу возможности заключения и исполнения договоров займа в отношении цифровых прав.
Согласно ограничительной позиции, цифровые права не могут выступать предметом займа, поскольку прямо не поименованы в статье 807 ГК РФ, содержащей закрытый перечень объектов договора займа, в который не включена даже категория имущественных прав, к которым причислены цифровые права. Кроме того, современные информационные технологии не исключают возможности идентификации каждого цифрового права (например, биткоина, иной криптовалюты), что автоматически свидетельствует о невозможности займа индивидуализированной вещи.
Сторонники расширительной точки зрения полагают, что цифровые права могут выступать предметом договора займа, вследствие отсутствия прямого запрета как в ГК РФ, так и в специальном законодательстве. При этом на заем цифровых прав должен распространяться режим займа вещей, определенных родовыми признаками. Теоретическая возможность индивидуализации каждой криптовалюты не должна являться препятствием для предоставления ее в долг, так как такая возможность присутствует для большинства объектов гражданских прав постольку, поскольку возможность отделения единичного экземпляра. До того момента пока единичные экземпляры отдельно не поименованы и составляют общую массу идентичных вещей такие моменты могут являться предметом займа.
Некоторые авторы отмечают также отсутствие оснований для признания договора займа криптовалюты недействительным, в силу того обстоятельства, что законодательство не содержит запрета или ограничения на какое-либо использование данного объекта гражданских прав. Следовательно, цифровые права могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому, в том числе, по заемному обязательству. Таким образом, при отсутствии в законе конкретного регулирования заемных отношений по поводу цифровых прав возможно применения норм о займе безналичных денежных средств по аналогии закона [5].
При сравнительном анализе существа цифровых прав можно обнаружить некоторые сходства их как экономического явления с бездокументарными ценными бумагами. Однако применение аналогии закона в данном случае возможно лишь с оговорками, поскольку бездокументарные ценные бумаги помимо признания объектом гражданских прав, также подверглись детальной регламентации законодателем, в том числе как объект обязательственного права. Цифровые права, и в первую очередь, цифровая валюта в настоящее время находятся в статусе абстрактного объекта, который не признается законным средством платежа, однако, и прогнозируется к регламентации в будущем. Таким образом, на сегодняшний день запрет на заключение договора займа в отношении цифровых прав как родовых вещей не установлен. В свою очередь, отсутствие четкой правовой позиции законодателя существенно затрудняет данный процесс, в первую очередь, с точки зрения правоприменения.
Подобные проблемы применения аналогии закона возникают и при сравнении цифровых прав с электронными денежными средствами и сходными с ними знаками.
Федеральным законом «О национальной платежной системе» предусмотрена возможность использования при расчетах электронных денежных средств. Данный вид объектов гражданского оборота статусом законного платежного средства не обладает, что влечет за собой ограничение его оборотоспособности. Указанным законом установлен прямой запрет на заключение договора потребительского кредита (займа) электронных денежных средств между оператором электронных денежных средств и клиентом. Однако подобное ограничение отсутствует в отношении юридических лиц, что при расширительном толковании свидетельствует о теоретической возможности заключения и исполнения такого договора займа между юридическими лицами. В то же время в юридической литературе вопрос возможности заключения договора займа в отношении электронных денежных средств характеризуется множественностью мнений, вследствие различного толкования положений ГК РФ о займе и Федерального закона «О национальной платежной системе», а также отсутствия системного понимания порядка применения норм указанных нормативных актов [6].
Еще одним нематериальным объектом гражданских правоотношений и заемных, в том числе, являются, так называемые цифровые титульные права, которые представляют собой виртуальные платежные средства в отдельных системах расчетов, используемые в сети Интернет [6]. Наиболее известным эмитентом таких титульных прав является платежная система Webmoney, выпускающая универсальные цифровые знаки, эквивалентные определенному количеству (объему) имущественных прав. Материалы судебной практики до настоящего времени не признавали титульные права предметом займа, вследствие чего отказывали субъектам заемных правоотношений в судебной защите прав на такие объекты. Судебная практика исходила из буквального толкования положений статьи 807 ГК РФ, которая не предусматривает передачи по договору займа аналогов, удостоверяющих имущественное право. Как отмечали судебные инстанции условные виртуальные единицы «не являются предметом материального мира, не существуют в физически осязаемой форме, не обладают признаками вещи, в том числе денег, ценных бумаг, не являются предметом гражданского оборота, а потому не могут выступать объектом гражданско-правового договора» [4]. Таким образом, поскольку отличия предмета договора займа титульных прав от установленного законом перечня являются существенными, требования, вытекающие из таких договоров займа, удовлетворению не подлежали. Поворотным моментом в разрешении указанной проблемы стала позиция Верховного суда Российской Федерации (далее — ВС РФ), изложенная в определении от 01.06.2021 № 48-КГ21–3-К7 по делу № 2–5227/2019.
Согласно позиции ВС РФ, виртуальные денежные права, как «универсальный титульный знак в цифровом виде, единица исчисления количества (объема) имущественных прав, цена которого (условная сетевая стоимость) устанавливается и поддерживается их владельцами» [4], могут быть обеспечены судебной защитой. Указанное определение является прецедентным не только потому, что признает виртуальные платежные средства объектом гражданских правоотношений, но и тем, что устанавливает определенные критерии для такового признания. В частности, Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ указывает, что в случае, когда цифровые титульные знаки, поддающиеся переводу с установленную законом систему денежных единиц (национальную или иностранную) в соответствующем эквиваленте и при наличии определенного обеспечения, могут быть признаны объектом гражданского оборота. Как отмечает ВС РФ в отмененных им судебных актах отсутствовало указание, «на основании какой нормы действующего гражданского законодательства, основанного на принципе диспозитивности, отношения, связанные с уступкой права (требования) на титульный знак системы интернет-платежей, не могут быть защищены в рамках гражданского судопроизводства» [4]. Исходя из данного вывода, можно предположить тенденцию расширительного толкования норм ГК РФ о предмете договора займа, что подразумевает возможность включения в категорию родовых вещей всего круга неурегулированных действующим законодательством экономических объектов общественных отношений.
Таким образом, в настоящий момент нельзя исключать возможность причисления цифровых и титульных прав к родовым вещам при заключении и исполнении договоров займа. Однако, отсутствие конкретного правового регулирования данных объектов гражданского оборота значительно затрудняет их использование, что является существенным препятствием совершенствования экономических процессов в условиях рыночной экономики.
Литература:
- Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 28.06.2021) // Российская газета, № 238–239. — 08.12.1994.
- Федеральный закон от 31.07.2020 № 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» // Российская газета, № 173. — 06.08.2020
- Федеральный закон от 27.06.2011 № 161-ФЗ (ред. от 02.07.2021) «О национальной платежной системе» // Российская газета, № 139. -30.06.2011.
- Определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.06.2021 № 48-КГ21–3-К7 по делу № 2–5227/2019. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://vsrf.ru/stor_pdf.php?id=2004696 (дата обращения: 21.12.2021).
- Башкатов М. Л. Договор займа: Реформа положений ГК РФ. // СПС КонсультантПлюс. (дата обращения: 21.12.2021).
- Казаченок О. П. Несоответствие действующего законодательства потребностям информационного общества на примере договора займа электронных денежных средств // Законы России: опыт, анализ, практика. 2017. N 10. С. 47–50.
- Савельев А. И. Электронная коммерция в России и за рубежом: правовое регулирование. 2-е изд. М.: Статут, 2016. С. 248.