Библиографическое описание:

Трифонова И. В. Оффшоры в наши дни: проблема оттока капитала из России [Текст] // Экономика, управление, финансы: материалы IV Междунар. науч. конф. (г. Пермь, апрель 2015 г.). — Пермь: Зебра, 2015. — С. 61-64.

Первые оффшоры появились еще в XVIII веке в Великобритании, но бум их развития пришелся на середину прошлого века, когда британские островные колонии, лишенные серьезных источников заработка, начали завлекать компании низкими налогами. И как это очень часто бывает, предложение породило значительный спрос. К настоящему времени оффшорами пользуется подавляющее большинство крупных компаний во всех странах мира. Так, из 100 компаний, входящих в индекс FTSE 100 (акции которых торгуются на Лондонской бирже и имеют наибольшую капитализацию), только две не имеют оффшорных «дочек».

Об оффшоризации экономики сегодня говорится и пишется как о глобальной проблеме, при этом схема оффшоризации российской экономики принципиально отличается от схем США, Великобритании, других стран Запада. Западные компании выводят в оффшоры прибыль, т. е. в оффшорах создаются, как правило, дочерние структуры материнских компаний, имеющих «прописку» в метрополии (США, Великобритания и др.). Дочерние оффшорные структуры являются центрами аккумуляции прибыли. Западные схемы нацелены на минимизацию налогов, уплачиваемых материнской компанией в казну метрополии [1, с. 36–37].

Наши компании выводят бизнес по следующей схеме: выстраивается цепочка оффшорных компаний, на верхнем конце которой находится материнская компания — конечный бенефициар. А в российской юрисдикции находятся дочки, в капитале которых участвуют вышестоящие оффшорные компании. Российская схема нацелена на защиту собственности, на эффективный контроль конечного бенефициара над активами, расположенными в России. При сохранении анонимности конечного бенефициара. Утечка капитала оказывает существенное влияние на развитие экономики страны. Ведь вместо того, чтобы инвестировать в собственную экономику, предприниматели стараются вывезти свои доходы в оффшорные зоны, тем самым стимулируя экономическое развитие стран, в которые уходят средства. По подобным схемам из России с 2000 по 2014 гг. было выведено более 400 млрд долл. (рис.    1.) [2]

Рис. 1. Чистый ввоз/вывоз капитала из России в 2000–2014 гг., млрд. долл.

 

Из графика видно, что приток капитала наблюдался в 2006- 20007 гг, это было связано с тем, что с 2006 г., в расчете на приток иностранных инвестиций, в России были сняты последние ограничения на движение капитала, произошла полная либерализация валютного регулирования, характерная для стран с развитой экономикой в некризисные периоды. Однако, в 2008 году отток капитала из страны возобновился из-за мирового финансового кризиса и составил 133 млрд долл. за 2014 год вывоз капитала превысил прогнозы и составил составил 151,5 млрд долл. Такое ухудшение было вызвано введением санкций против России фактически и ограничением доступа на внешние рынки капитала.

Невозможно определить какую-либо одну причину настолько сильной утечки капитала в оффшоры, они все взаимосвязаны между собой (рис. 2) [3, с. 6]

Рис. 2. Причины использования оффшоров российскими компаниями

 

В большинстве оффшоров налог на прибыль значительно ниже, чем в России, а в ряде стран его вообще нет. Таким образом, собственники крупных компаний предпочитают выводить часть своих средств за пределы России, не желая инвестировать в страну, где они не находят достаточно интересные и перспективные по их мнению проекты.. К нелегально заработанным деньгам чаще всего относят расчет за импортные товары, услуги и покупку финансовых активов, который совершается посредством фирм-однодневок. Такая маскировка и составляет так называемый серый импорт, это «сомнительные операции», по которым проходит около 30–40 млрд. долл. США ежегодно. Основная проблема в том, что приток капитала меньше по сравнению с его оттоком, а значит, мы наблюдаем инвестиционный дефицит, основные причины которого лежат внутри страны — это и конкурентная среда, и бюрократия, и уровень коррупции, и вся бизнес-атмосфера в целом [3, с. 8–10].

Доля крупных и средних компаний, работающих в России, но управляемых из оффшорных юрисдикций, превышает 90 %, в то время как в США и Евросоюзе не более 10 %. Однако, оффшоризованным у нас оказывается не только средний и крупный частный бизнес. Оффшорами также активно пользуются компании, имеющие государственный статус — госкорпорации, акционерные общества с преобладающей долей государства. Госкомпании 90 % сделок совершают в иностранной юрисдикции. У государственной «Роснефти» только по официальной отчетности зарегистрированы одиннадцать «дочек» в оффшорах и юрисдикциях с льготным режимом налогообложения: пять на Кипре, по одной в Голландии, Ирландии, Великобритании, Люксембурге и две — на острове Джерси. За границей и часть активов «Ростехнологий», которые перепродали кипрской компании Nordcom 45,42 % акций единственного в России производителя титана — корпорации «ВСМПО-Ависма» [4, с. 14–16].

Очевидно, оффшоризация бизнеса с наши дни является серьезной угрозой эффективного функционирования экономики стран. Борьба с оффшорами перешла в активную фазу в 2013 году. Главный способ ведения борьбы — ликвидация оффшоров или, по крайней мере, изменение их статуса и повышение «прозрачности» [5, с. 45].

Объявленный в России «курс на деоффшоризацию» — часть общемирового тренда по стремлению властей вернуть деньги на родину. Однако, главной движущей силой деоффшоризации у нас является так называемая «национализация элит», т. к. независимость российского бизнеса, основные активы которого находятся за рубежом, сильно снижает управляемость страной. Ширмой для «национализации элит» стали рекомендации международных организаций в области противодействия уклонению от уплаты налогов. Так, Россия входит в Группу разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ), которая разработала рекомендации по противодействию отмыванию доходов. Следуя им, Росфинмониторинг разработал законопроект № 196666–6 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты РФ в части противодействия незаконным финансовым операциям», который уже принят в третьем чтении Госдумой. Законопроект серьезно расширяет доступ налоговиков к банковской тайне. В частности, он вводит понятие «бенефициарный владелец» и обязывает банки устанавливать конечного собственника денег. Требование вступило в силу с 1 июля 2014 года [6, с. 5, 9–11].

После вступления в ВТО усилия российских властей активизировались по присоединению к ОЭСР, которая кооперирует действия развитых стран в борьбе с уходом от налогов. Интересно, что организация не оказывает давления на оффшоры с целью заставить их поднять налоги или ужесточить регулирование. ОЭСР лишь добивается цивилизованными методами (путем подписания двусторонних соглашений) раскрытия информации о компаниях, ведущих деятельность в налоговых гаванях. На данный момент уже более 50 государств подписали конвенцию ОЭСР по раскрытию информации, Россия — среди них [7, с. 58].

Таким образом, налоговые гавани — одна из важнейших составляющих современной глобальной финансовой системы, во многом благодаря оффшорам капитал имеет возможность свободно перемещаться по миру, что, в свою очередь, было одним из главных факторов глобализации вообще. Однако, формы выведения российского и западного бизнеса в оффшоры значительно отличаются. Западные компании выводят прибыль, российские же — прибыль и активы. Дезоффшоризация только набирает свои обороты, и далеко не все оффшорные юрисдикции пойдут на подписание двусторонних соглашений, так как западные финансовые институты, в которых размещена значительная часть вывезенных из России капиталов, не заинтересованы в их репатриации. К тому же отсутствие защищенности бизнеса внутри страны, а также ухудшающиеся внешнеполитические отношения лишь подталкивают к выводу капиталов из нашей страны осРоРолввжхв более надежные иностранные юрисдикции. Преодолеть тенденцию вывоза капитала возможно лишь путем разработки действенной государственной стратегии, направленной на совершенствование мер регулирования движения капитала.

 

Литература:

 

1.      Обухова Е., Огородников Е.. Пора возвращаться с островов / Е. Обухова, Е. Огородников // Эксперт. 2013. № 4. С. 35–41

2.      Чистый ввоз/вывоз капитала частным сектором. [Электронный ресурс] Банк России — Режим доступа: http://www.gradient-alpha.ru/analitika/2013/06/20/offshoryi-novyie-pravila-igryi-v-rossii-i-v-mire/ — Загл. с экрана

3.      Катасонов В. Ю. Российская экономика под оффшорным колпаком / В. Ю. Катасонов // Институт высокого коммунитаризма. 2013. № 4. С. 4–15

4.      Гладунов О. У России фактически нет своей экономики / О. Гладунов // Свободная пресса. 2012. № 2. С. 12–21

5.      Васильева А. Офшорная тревога / А. Васильева // Коммерсантъ Деньги. 2013. № 4. С. 42–48

6.      Гагарин П. А. Деоффшоризация по-русски / П. А. Гагарин // Деловой фарватер. 2013. № 9. С. 3–17

7.      Ларионова В. А. Финансово-правовой механизм оффшорных зон / В. А. Ларионова // Право и экономика. 2012. № 11. С.51–60.

Основные термины (генерируются автоматически): приток капитала, проблема оттока капитала, утечки капитала в оффшоры, конечного бенефициара, внешние рынки капитала, тенденцию вывоза капитала, регулирования движения капитала, отток капитала, Утечка капитала, вывоз капитала, движение капитала, Западные компании, крупных компаний, двусторонних соглашений, анонимности конечного бенефициара, цепочка оффшорных компаний, А в российской юрисдикции, оффшоризации российской экономики, контроль конечного бенефициара, функционирования экономики стран.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle