Приговор по делу о террористическом акте (ст. 205 УК РФ) [3] затрагивает доверие общества к правосудию, а обвинение в таком процессе поддерживает государственный обвинитель. Актуальность темы подтвердили решения Верховного Суда РФ 2026 года о правиле, по которому обвинитель докладывает прокурору о расхождении своей позиции с обвинительным заключением [10; 11]. Научная проблема в том, что УПК РФ дает обвинителю единые для всех дел полномочия, хотя дела о террористических актах отличаются особой подсудностью (п. 2 ч. 6 ст. 31 УПК РФ) [2] и спецификой доказывания. Цель исследования — установить особенности статуса государственного обвинителя по таким делам и наметить пути его совершенствования. Задачи — разграничить смежные понятия, определить нормативную основу и полномочия обвинителя, выявить проблемы их реализации. Новизна работы — в анализе решений Верховного Суда РФ 2026 года применительно к делам о террористических актах и в предложениях на его основе.

Государственный обвинитель в системе прокурорской деятельности

Конституция РФ относит уголовное преследование к функциям прокуратуры (ч. 1 ст. 129) и закрепляет состязательность сторон (ч. 3 ст. 123) [1]. Прокурор по УПК РФ осуществляет уголовное преследование и надзор за процессуальной деятельностью органов расследования (ч. 1 ст. 37). Государственный обвинитель — должностное лицо прокуратуры, поддерживающее от имени государства обвинение в суде (п. 6 ст. 5) [2]. Этот статус прокурор получает лишь в суде (п. 2 ст. 35 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», далее — Закон о прокуратуре) [4; 13, с. 441]. Специальную основу образует Федеральный закон «О противодействии терроризму»: среди принципов он называет защиту прав человека и неотвратимость наказания (пп. 1, 4 ст. 2) [5]. Организационные правила содержит приказ Генпрокуратуры России от 30.06.2021 № 376 (далее — приказ № 376) [6], разъяснения о квалификации — постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.02.2012 № 1 [8].

По делам о террористических актах обязательно предварительное следствие (ч. 2 ст. 150 УПК РФ), и процессуальное руководство им осуществляет руководитель следственного органа (ст. 39 УПК РФ). Прокурор лишь надзирает: требует устранить нарушения, утверждает обвинительное заключение или возвращает дело (пп. 3, 14, 15 ч. 2 ст. 37 УПК РФ). Задача обвинителя иная — доказать обвинение перед судом на равных с защитой (ч. 4 ст. 15 УПК РФ) [2]. Он заново оценивает собранные под чужим руководством доказательства по внутреннему убеждению (ст. 17 УПК РФ).

Полномочия обвинителя по делам о террористических актах

Обвинитель представляет доказательства, участвует в их исследовании, излагает мнение по существу обвинения и предложения о наказании (ч. 5 ст. 246 УПК РФ). Если доказательства не подтверждают обвинение, он мотивированно отказывается от обвинения или изменяет его в сторону смягчения (ч. 7, 8 ст. 246 УПК РФ) [2]. По делам о террористических актах он доказывает специальную цель — дестабилизацию деятельности органов власти или международных организаций либо воздействие на принятие ими решений [3; 8, п. 1]. Э. С. Намазов пишет: при отказе обвиняемого от показаний вменить ст. 205 УК РФ труднее, и обвинение опирается на технические данные [14, с. 197]. Он же приводит бездоказательные, по его оценке, заявления обвиняемых о недозволенных методах допроса и называет такие методы недопустимыми [14, с. 198]. Отсюда роль ч. 2 ст. 77 УПК РФ: признание вины требует подтверждения совокупностью доказательств.

УПК РФ запрещает использовать в доказывании результаты оперативно-розыскной деятельности, не отвечающие требованиям к доказательствам (ст. 89). Свидетеля в целях безопасности можно допросить без оглашения подлинных данных о личности (ч. 5 ст. 278), а разбирательство сделать закрытым (п. 4 ч. 2 ст. 241) [2]. Защита вправе ходатайствовать о раскрытии подлинных сведений о свидетеле (ч. 6 ст. 278 УПК РФ), поэтому обвинителю следует заранее проверить, не основано ли обвинение лишь на засекреченных показаниях и оперативных материалах.

В прениях обвинитель вправе ссылаться лишь на доказательства, исследованные в суде и не признанные недопустимыми (ч. 4 ст. 292 УПК РФ) [2]. С органами расследования обвинитель взаимодействует через надзирающего прокурора (п. 3.12 приказа № 376) [6]. Приказ также требует обеспечивать участие прокуроров в разбирательстве дел, за расследованием которых они надзирали, заблаговременно назначать обвинителей и создавать группы по сложным делам (пп. 1.1, 1.4). Прямых средств влияния на следователя у обвинителя нет: при выявлении оснований для более тяжкой квалификации он может лишь ходатайствовать о возвращении дела прокурору (п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ). При необходимости охраны прав граждан, общественных и государственных интересов обвинитель предъявляет или поддерживает гражданский иск (ч. 6 ст. 246 УПК РФ) [2].

Проблемы реализации полномочий и пути совершенствования

Главная проблема — процессуальная самостоятельность обвинителя. Часть 7 ст. 246 УПК РФ связывает отказ от обвинения с убеждением обвинителя [2], а прокуратура построена на подчинении нижестоящих прокуроров вышестоящим (п. 1 ст. 4 Закона о прокуратуре) [4]. По п. 3.3 приказа № 376 обвинитель докладывает о расхождении своей позиции с обвинительным заключением прокурору, поручившему поддерживать обвинение. Утвердивший заключение прокурор при принципиальном несогласии вправе сам поддержать обвинение или поручить это другим [6]. Верховный Суд РФ признал правило законным: обвинитель руководствуется не личным мнением, а позицией прокуратуры в целом, и самостоятельности не лишается [10; 11]. Со ссылкой на постановление Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П [7] суд вывел право вышестоящего прокурора исправлять решения нижестоящего из публичного характера обвинения [11]. С этим можно согласиться при условии: расхождение разрешается заменой обвинителя, а не указанием поддерживать обвинение, которое он считает недоказанным. Однако ч. 4 ст. 246 УПК РФ допускает замену лишь при невозможности дальнейшего участия прокурора. В. А. Ефанова предупреждала, что обязательное согласование позиции поставит обвинителя в полную зависимость от утвердившего обвинение прокурора [13, с. 443–444]. Такую гарантию дает лишь приказ (пп. 1.6, 3.3) [6], и ее стоит закрепить в ст. 246 УПК РФ. По делам о террористических актах это особенно важно: санкция ч. 3 ст. 205 УК РФ включает пожизненное лишение свободы [3].

Вторая проблема — организационная. Приказ № 376 прямо не выделяет дела террористической направленности, хотя именно по ним особенно остро стоят проблемы защиты свидетелей, в том числе допроса под псевдонимом [12, с. 75–76]. Н. В. Ткачева отмечает: закон не уточняет оснований замены обвинителя, а новый обвинитель не получает полного представления о ходе процесса [15, с. 131]. Предлагаем назначать обвинителя по таким делам не позднее утверждения обвинительного заключения из прокуроров, надзиравших за следствием или специализирующихся на делах этой категории. Такой срок конкретнее требования назначать обвинителя «заблаговременно» (п. 1.4 приказа № 376). Участие прокурора в расследовании не препятствует его участию в суде (ч. 2 ст. 66 УПК РФ) и не мешает оценивать доказательства по внутреннему убеждению. В. А. Ефанова сомневалась, что раннюю подготовку обвинителя можно обеспечить без увеличения штата [13, с. 442], но предложение касается одной категории дел, а не всех.

Третья проблема — баланс безопасности и прав обвиняемого. Закон «О противодействии терроризму» ставит защиту прав человека и неотвратимость наказания в один ряд [5], а обвинитель не вправе ни отказываться от доказанного обвинения, ни поддерживать недоказанное [10; 11]. Постановление Пленума № 1 почти не касается процессуальных вопросов, а о специальной цели дает лишь общие критерии (абз. 2–3 п. 1) [8]. Его стоит дополнить разъяснениями о проверке показаний засекреченных свидетелей, допустимости оперативных материалов (общие правила о них дает лишь п. 9 постановления Пленума «О судебном приговоре» [9]) и доказывании специальной цели.

Заключение

Статус государственного обвинителя — процессуальное положение прокурора в суде, отличное и от надзора, и от руководства расследованием. Его особенности по делам о террористических актах вытекают из предмета доказывания, состава доказательств и подсудности, но в законе не отражены. Автор предлагает закрепить в ст. 246 УПК РФ замену обвинителя при его разногласии с вышестоящим прокурором. Приказ № 376 стоит дополнить правилами о назначении обвинителей, постановление Пленума № 1 — процессуальными разъяснениями.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // Официальный интернет-портал правовой информации. — 2020. — 4 июля.
2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 26.07.2026) // СЗ РФ. — 2001. — № 52 (ч. I). — Ст. 4921.
3. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 04.08.2026) // СЗ РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
4. Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202–1 «О прокуратуре Российской Федерации» (ред. от 04.08.2026) // СЗ РФ. — 1995. — № 47. — Ст. 4472.
5. Федеральный закон от 06.03.2006 № 35-ФЗ «О противодействии терроризму» (ред. от 25.05.2026) // СЗ РФ. — 2006. — № 11. — Ст. 1146.
6. Приказ Генпрокуратуры России от 30.06.2021 № 376 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» (ред. от 16.04.2026) // СПС «КонсультантПлюс».
7. Постановление Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // СПС «КонсультантПлюс».
8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.02.2012 № 1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности» (ред. от 03.11.2016) // Российская газета. — 2012. — 17 февр.
9. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» (ред. от 09.12.2025). — URL: https://vsrf.ru/documents/own/8528/ (дата обращения: 09.10.2026).
10. Решение Верховного Суда РФ от 05.03.2026 № АКПИ26–10. — URL: https://www.vsrf.ru/lk/practice/stor_pdf/2526150 (дата обращения: 09.10.2026).
11. Апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного Суда РФ от 09.06.2026 № АПЛ26–94. — URL: https://www.vsrf.ru/lk/practice/stor_pdf/2548272 (дата обращения: 09.10.2026).
12. Ахмедов А. Г. Вопросы применения мер безопасности к участникам уголовного процесса по делам о преступлениях террористического характера // Научный портал МВД России. — 2016. — № 1. — С. 74–78.
13. Ефанова В. А. Прокурор как субъект государственного обвинения // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. — 2012. — № 1. — С. 437–444.
14. Намазов Э. С. Поджоги военкоматов и административных зданий, совершенные на территории Российской Федерации: уголовно-правовая квалификация террористических актов // Правопорядок: история, теория, практика. — 2024. — № 4 (43). — С. 191–200.
15. Ткачева Н. В. Государственный обвинитель как участник производства в суде первой инстанции // Журнал юридических исследований. — 2022. — Т. 7, № 2. — С. 126–134.