Работа с детьми, у которых есть психические отклонения, — одно из самых сложных направлений в педагогике и медицине. По данным главного детского психиатра Кировской области Ирины Бочаровой, около 70 % всех расстройств в детской психиатрии — это так называемые пограничные состояния: эмоциональные, тревожные, поведенческие нарушения. Многие из них, если вовремя обратиться к специалисту, успешно поддаются коррекции [4]. Ключевой фактор здесь — раннее выявление и правильная организация помощи.

Сегодня специалисты всё чаще отходят от узкой, «диагноз-центричной» модели в пользу комплексного, междисциплинарного подхода. В его основе — несколько методов, которые доказали свою эффективность. Рассмотрим их более подробно.

Доказательные методы: что действительно работает

Прикладной анализ поведения (ABA-терапия) остаётся одним из самых востребованных и исследованных методов. Как отмечается в материалах Центра развития детей с аутизмом «Подсолнухи», ABA-терапия активно применяется для коррекции поведения и развития навыков у детей с расстройствами аутистического спектра [9].

Сенсорная интеграция — ещё один метод, который всё чаще используется в комплексе с поведенческими подходами. Исследования показывают, что занятия по этой методике помогают детям лучше справляться с повседневными задачами и улучшают их участие в различных видах деятельности.

Функциональная коммуникация и тренинги на основе ПФА/ТОН (процедуры функционального анализа поведения / тренинг ответной реакции) зарекомендовали себя в работе с подростками с аутизмом. В одном из исследований, опубликованном в журнале «Клиническая и специальная психология», описывается случай трёх подростков 11–12 лет, у которых в пубертатном периоде резко усилилось проблемное поведение. Вместо привычных методов коррекции специалисты использовали программу, обучающую подростков социально приемлемым способам коммуникации. Результаты показали значительное снижение проблемного поведения и улучшение взаимодействия со сверстниками [8].

Трудовые мастерские

Один из наиболее показательных примеров — проект «Сундучок: мастерская полезных навыков», реализованный в г. Жуковский. За год работы мастерской 14 подростков с ментальными нарушениями, включая расстройства аутистического спектра, не только освоили трудовые навыки, но и показали значительный прогресс в развитии ключевых компетенций. Согласно отчёту, опубликованному на платформе АСИ, подростки стали лучше концентрироваться, запоминать инструкции и выполнять последовательные действия. В сфере коммуникации произошли заметные сдвиги: многие участники начали чаще инициировать контакт, смотреть в глаза, использовать речь для выражения своих потребностей. Они учились управлять эмоциями, соблюдать правила и работать в группе [2].

Руководитель проекта Наталия Великовская подчёркивает: «Ребята раскрываются, свободнее говорят, развиваются не только навыки мелкой моторики, но и социальные навыки. Первые ростки дружбы уже дали плоды: они выбирают, с кем сидеть за столом, работают в паре, на мероприятиях держатся вместе. Для человека с аутизмом это огромный скачок» [2].

Ещё один важный пример — опыт Мастерской «Дом синего слона» в Иркутске. На конференции «Аутизм. Доказательные методы помощи детям с РАС и другими нарушениями развития», прошедшей в Грозном в августе 2026 года, врач и поведенческий аналитик Екатерина Родыгина представила работу с подростками по формированию навыков, необходимых для большей самостоятельности и будущей трудовой занятости [5].

Почему это так важно? У детей и подростков с РАС есть много поведенческих, сенсорных и коммуникационных трудностей, которые существенно влияют на их самостоятельность и личную реализацию, а также на формирование профессиональных навыков. В конечном итоге это может приводить не только к социальной изоляции, депрессии и фрустрации, но и к невозможности самостоятельно зарабатывать себе на жизнь.

Для оценки и обучения навыкам в «Доме синего слона» применяют инструмент FISH (Functional Independence Skills Handbook). Он состоит из опросника и образцов уроков. Опросник предназначен для определения уровня самостоятельности в повседневной жизни. Оцениваются конкретные умения, что позволяет выяснить «пробелы» и отслеживать прогресс при последующей оценке.

В опросник входят:

— навыки, необходимые для самостоятельной жизни и самообслуживания;

— способность управлять своими эмоциями и поведением, понимать чувства;

— когнитивные навыки (мышление, память, внимание и базовые академические навыки);

— сенсомоторные навыки;

— социальные навыки;

— речевые навыки;

— профессиональные навыки.

Особенно хотелось бы обратить внимание на профессиональные навыки. В данном инструменте оценивается 80 навыков: от подготовки к выходу на работу и выполнения инструкций до использования таких инструментов, как отвёртка, молоток и ножницы. А также навыки, необходимые для трудоустройства: заполнение заявления и прохождение собеседования.

В «Доме синего слона» реализуется обучение навыкам:

— швейное дело и вязание;

— работа с глиной и бетоном;

— свечеварение и мыловарение;

— работа с кожей на прессе.

Специалисты ведут учет своих достижений и неудач при использовании того или иного метода, фиксируют плюсы и минусы каждого из этих направлений. Такой подход помогает специалистам и родителям видеть не только привлекательные стороны мастерской, но и реальные ограничения, риски и зоны роста.

Например, для шитья плюсом будут ритмичные повторяющиеся успокаивающие движения, приятные тактильные ощущения от ткани, быстрый результат — может быть залогом хорошего подкрепления, возможность усложнения и выстраивания освоения навыков от простого к сложному, развитие моторных функций и внимания. Минусом для шитья может стать сложная работа с настройкой машины, достаточно сильный шум от машины, сложность исправления ошибок и риск травм при использовании острых игл и ножниц.

И так рассматривается каждое направление. Таким образом формируется база знаний и опыта работы с разными детьми с учётом их особенностей. Для каждого направления разрабатывается список необходимых навыков и методы их достижения. Дети с разными особенностями и при использовании разных подходов могут достичь существенного прогресса при точечной работе и определённом методе обучения.

В этом центре уделяется большое внимание методам обучения и необходимым подсказкам. Подсказки нужны не только самим людям с РАС, но и тем тьюторам и волонтёрам, которые помогают своим подопечным на пути овладения профессиональными навыками. Составление таких маршрутов освоения профессии особенно важно для людей с особенностями развития. Это помогает видеть путь и понимать, как его реализовать, как специалистам, так и родителям.

Ошибки применения ABA: почему метод иногда дискредитируют

Однако у любого доказательного метода есть обратная сторона: он работает только в руках квалифицированного специалиста. Там, где АВА-терапия применяется формально, без супервизии, анализа мотивации и внимания к коммуникации, она может не помогать, а вредить. Именно такие случаи нередко дискредитируют саму идею поведенческого анализа и термин «АВА».

PECS: буква E важнее P, или Как не вырастить «немого тирана»

Аббревиатура PECS (Picture Exchange Communication System) — это ловушка для многих. Все слышат P (Picture) и думают: «Ага, сейчас распечатаю картинки, заламинирую — и ребёнок заговорит». Но PECS — это не «кнопочный аппарат по выдаче зефира» и не альтернативная коммуникация в виде простого тыканья пальцем в планшет.

Клиническая ошибка начинается там, где PECS превращают в инструмент обслуживания проблемного поведения. Это не коммуникация, а её имитация, которая на дистанции может усиливать нежелательное поведение.

PECS — это прежде всего коммуникативная инициатива. Это про E — Exchange (обмен) и S — System (система). Шестая фаза, комментарий «Я вижу…» — это высший пилотаж, доступный единицам терапевтов. Если ребёнок не прошёл фазу разрыва дистанции и поиска коммуникативного партнёра по всей комнате, а просто тычет пальцем в планшет на столе — это не PECS, это «дай». Это даже не поведенческая терапия, это обслуживание в ресторане быстрого питания.

«Более эффективный тиран» и стеклянный колпак кабинета

Вторая частая ошибка — отсутствие генерализации [6]. Специалист, часто молодой и без супервизии, выстраивает управляемость в стерильных условиях: стул, стол, инструкция, жетон. Его эмоциональная новизна для ребёнка, его настойчивость и подкрепление дают результат. У него получается. Он снимает видео для мамы, чтобы доказать: «Видите, Ваня может сидеть 20 минут!»

Что видит мама дома? Ваня сидит 5 секунд, а потом разносит кухню. Что получает Ваня? Он выучил дискриминативный стимул. Он знает: в этом кабинете с этой тётей надо сидеть и получать конфеты. А в остальной Вселенной мама всё равно сломается на третьей минуте истерики и даст планшет. Так формируется не самостоятельность, а «более эффективный тиран» — ребёнок, который научился управлять взрослыми в одних условиях и не переносит навык в другие.

Неправильный выбор вознаграждения

Ошибка новичков: «Он любит печенье». Всё. Сессия строится на печенье. Но есть разница между C (Consequence) — последствием и R (Reinforcer) — тем, что действительно усиливает поведение. Часто специалист использует предмет, который приятен ребёнку, но не усиливает учебное поведение. Ребёнок съел печенье, и ему стало всё равно, потому что сенсорная потребность сейчас в прыжках на фитболе, а не в сладком.

Вознаграждение должно быть:

1. Индивидуальным — с опорой на анализ MO (мотивационных операций).
2. Конкурирующим с автоматическим подкреплением. Если ребёнок кайфует от верчения колеса машинки, печенька — слабый соперник [3].

Опасное вознаграждение

Это уже не ошибка, а ятрогения — вред, нанесённый лечением. Мясные снеки и солёные палочки — отдельная боль многих специалистов. В США коллеги давно бьют тревогу по поводу пищевой избирательности и соматических последствий интенсивной терапии. Но у нас это цветёт пышным цветом.

Ребёнок с РАС часто имеет сниженную чувствительность вкусовых рецепторов и не чувствует насыщения солью. Использовать копчёные колбаски или чипсы как поощрение за каждый взгляд в глаза — это прямой путь к таким заболеваниям, как:

— артериальной гипертензии в детстве;

— перегрузке почек, особенно при сопутствующей дегидратации, типичной для аутистов;

— формированию условного рефлекса на солёное, который потом ломает всю диетологию.

ABA-терапия — это ювелирная нейрохирургия поведения. У нас в руках скальпель. Многие «специалисты» с визгом бегают с бензопилой, отрезая ребёнку возможность научиться коммуникации, подменяя её дрессировкой морского котика в бассейне, который потом на берегу гибнет от обезвоживания и гипертонии, потому что его кормили солёной рыбой за трюки.

Семья как часть системы

Кстати, практика показывает, что успех коррекционной работы во многом зависит от активного участия семьи. Как отмечает детский психоневролог Марс Халитов, работа с родителями, а иногда и с бабушками, бывает сложнее, чем постановка диагноза. Случается, что родители детей-инвалидов появляются на приёме лишь перед очередным визитом в МСЭ для подтверждения инвалидности, что, по словам врача, вызывает горечь и обиду за ребёнка [7].

В то же время Ирина Бочарова подчёркивает важность условий, создаваемых в семье: «Психическое здоровье ребёнка, особенно в возрасте до 10 лет, очень связано с психическим состоянием родителей, и условиями, которые создаются для детского благополучия в семье» [4].

Профессиональные альянсы и сообщества

Важным трендом последних лет стало создание профессиональных альянсов и сообществ. В 2019 году три организации — Центр лечебной педагогики «Особое детство», СПб БОО «Перспективы» и АНО ДЦ «Прикосновение» — объявили о создании Альянса профессиональных организаций, поддерживающих детей и взрослых с психическими нарушениями.

В манифесте Альянса, опубликованном на его сайте, сформулированы ключевые цели: помогать людям с психическими нарушениями реализовывать право на обычное детство и взрослость, добиваться доступности передовых лечебно-педагогических практик на всей территории России, противодействовать дискриминации и содействовать распространению уважительного отношения к особенным детям и взрослым [1].

Заключение

Современный подход к помощи детям с психическими отклонениями — это не отдельные методики, а комплексная система, объединяющая усилия врачей, педагогов, психологов и семьи. Раннее выявление нарушений, использование доказательных методов (ABA-терапия, сенсорная интеграция, функциональная коммуникация), вовлечение родителей и создание поддерживающей среды — вот те принципы, которые сегодня признаются наиболее эффективными.

И, что важно, эти принципы находят подтверждение в конкретных проектах, меняющих жизни детей и их семей к лучшему. Но не менее важно помнить: метод — это инструмент. Скальпель в руках хирурга спасает, а бензопила в руках дилетанта калечит. Поэтому так нужны супервизия, честный разбор ошибок, уважение к ребёнку и внимание к его коммуникации, а не только к удобству взрослых.

Литература:

1. Альянс профессиональных организаций, поддерживающих детей и взрослых с психическими нарушениями. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://mental-alliance.ru/ (дата обращения: 05.10.2026).
2. В Жуковском 14 особенных подростков освоили навыки работы в мастерской. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://asi.org.ru/report/2026/04/01/v-zhukovskom-14-osobennyh-podrostkov-osvoili-navyki-raboty-v-masterskoi/#content#1 (дата обращения: 05.10.2026).
3. Ваниева В. Ю., Титаренко А. В. АВА-терапия как средство повышения учебной мотивации у детей с расстройством аутистического спектра // Вестник ГГНТУ. Гуманитарные и социально-экономические науки. — 2022. — Т. 18. — № 1 (27). — С. 67–73.
4. Главный детский психиатр Кировской области: хотите заинтересовать ребенка учебой — разрешите ему ошибаться. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://www.medkirov.ru/news/docid/FF1460–2021.html (дата обращения: 05.10.2026).
5. Екатерина Родыгина: «Школа закончится, все разрушится, вообще ничего не будет — родители так ощущают». [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://autismjournal.help/articles/ekaterina-rodygina-shkola-zakonchitsya-vse-razrushitsya-voobsche-nichego-ne-budet-roditeli-tak-oschuschayut#1 (дата обращения: 05.10.2026).
6. Жулина Е. В., Ежова И. А. Применение методики АВА в активизации речи детей дошкольного возраста с расстройством аутистического спектра // Проблемы современного педагогического образования. — 2023. — № 81–3. — С. 102–104.
7. Золотое сердце доктора Халитова. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://baymak03.ru/about/news/1834/?special=Y (дата обращения: 05.10.2026).
8. Попова О. А., Бутузова Н. Г., Доброва О. Н., Савенкова Е. В. Гибкость вместо упрямства — тренинг функциональной коммуникации подростков с аутизмом. Исследование случаев в школьной среде // Клиническая и специальная психология. — 2025. — Том 14. № 2. — С. 164–178. https://doi.org/10.17759/cpse.2025140210.
9. Центр АВА-терапии и нейропсихологии. [Электронный ресурс]. Режим доступа: https://podsolnuhi.org/ (дата обращения: 05.10.2026).