Институт воинской обязанности, будучи неотъемлемым составляющим системы национальной безопасности, в своем теоретическом понимании представляет из себя четкую и логическую конструкцию. Однако при переходе от законодательных положений к реалиям правоприменительной практики обнаруживается целый спектр проблем. Высокая идея защиты Отечества, изложенная в Конституции РФ, неизбежно сталкивается с административными барьерами, законодательной волокитой и вызовами текущей обстановки, требуя постоянного анализа и совершенствования.

Можно было бы предположить, что исполнение конституционной обязанности по защите Отечества протекает беспрепятственно и не вызывает затруднений у призывников. Однако, судебная практика свидетельствует об обратном. За последние три десятилетия Верховный Суд Российской Федерации многократно рассматривал проблемы, возникающие в связи с исполнением воинской обязанности, разрешая целый ряд сложных правовых вопросов и формируя правовые позиции, имеющие существенное значение для всех участников соответствующих общественных отношений.

Крайне важны для регулирования правоприменительной практики решения Верховного суда РФ. Верховный Суд РФ (далее — ВС РФ), являясь высшим судебным органом по гражданским, уголовным, административным и иным делам, играет ключевую роль в унификации судебной практики и формировании правовых позиций по вопросам воинской обязанности. Его решения не только разрешают конкретные споры, но и служат важным ориентиром для нижестоящих судов, органов военного управления и граждан. Анализ последних актов ВС РФ позволяет выявить основные тенденции в толковании законодательства о воинской обязанности, особенно в контексте новых вызовов и изменений.

Так, в октябре 2025 года Пленум Верховного Суда РФ внес изменения в свое постановление о воинской обязанности, уточнив круг лиц, подпадающих под действие соответствующего законодательства. Эти изменения коснулись, в частности, добровольцев и резервистов, расширив и детализировав их правовой статус в системе воинской обязанности. Данное постановление отражает эволюцию подходов к формированию Вооруженных Сил и других воинских формирований. В условиях, когда роль добровольческих формирований и мобилизационного резерва возрастает, возникает необходимость в четком правовом регулировании их статуса. Уточнение Пленумом ВС РФ этих аспектов способствует унификации правоприменительной практики, предотвращает возможные споры и гарантирует единообразное понимание прав и обязанностей этих категорий граждан. Это также свидетельствует о стремлении законодателя и судебной власти адаптировать правовую базу к меняющимся реалиям оборонной политики [1].

По мимо этого вопросы, связанные с исполнением воинской обязанности рассматривает и коллегия по административным делам Верховного Суда РФ. Так, Кассационное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 20 ноября 2024 года № 49-КАД24–13-К6 стало важным прецедентом в вопросах оспаривания решений призывных комиссий, особенно в части медицинского освидетельствования. В данном деле Верховный Суд отменил решения нижестоящих судов, которые удовлетворили административный иск гражданина Д. С. Елистратова о признании незаконным решения призывной комиссии и ненадлежащего проведения медицинского освидетельствования.

Это определение подчеркивает фундаментальный принцип административного судопроизводства — активную роль суда в установлении всех фактических обстоятельств дела и необходимость всесторонней оценки доказательств. В данном случае, несмотря на наличие заключения судебной военно-врачебной экспертизы, признавшей гражданина ограниченно годным к военной службе, Суд указал на существенные нарушения норм материального и процессуального права нижестоящими инстанциями. Суд напомнил, что заключение эксперта не является обязательным для суда и должно оцениваться в совокупности с другими доказательствами. Это решение служит важным напоминанием о том, что даже при наличии экспертного заключения, суды обязаны глубоко исследовать все аспекты дела, особенно когда речь идет о столь значимых для гражданина вопросах, как годность к военной службе [2].

Также существует практика рассмотрения вопросов касающихся воинской обязанности и в Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ.

В сентябре 2025 года Верховный Суд РФ выступил с важными разъяснениями относительно применения статьи 328 Уголовного кодекса РФ. Суд указал, что раскаяние обвиняемых в уклонении от военной службы, их положительные характеристики или добровольное возмещение ущерба не могут служить безусловным основанием для прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, таким как судебный штраф. Эта позиция Верховного Суда имеет принципиальное значение для формирования единообразной судебной практики по делам об уклонении от призыва. Верховный Суд подчеркнул, что преступление, предусмотренное статьей 328 УК РФ, направлено против порядка управления и комплектования Вооруженных Сил РФ, что придает ему особую общественную опасность. Возмещение вреда в области общественных отношений, которые непосредственно не связаны с исполнением воинской обязанности не снижает общественную опасность деяния. Таким образом, даже при наличии признаков раскаяния, в данном случае это возмещение вреда, не может автоматически освобождать от уголовной ответственности. Данное разъяснение направлено на усиление неотвратимости наказания за уклонение от воинской обязанности и подчеркивает важность соблюдения конституционного долга по защите Отечества [3].

Практика судов нижестоящих инстанций также разнообразна. Особое внимание при рассмотрении данного вопроса следует уделить категории дел, которые возникают в связи с неисполнением решения суда в разумный срок. Так, в решении Ивановского областного суда от 5 мая 2025 года по делу № 3а-22/2025 по административному исковому заявлению гражданина Тюхтякова о взыскании компенсации за нарушения права на исполнение судебного акта в разумный срок. Рассмотрев дело, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных требований и выделил следующие принципы надлежащего исполнения судебных актов, которые касаются исполнения воинкой обязанности. Принцип обязательности судебного акта — суд определил, что вступившее в силу решение суда не является «предложением к обсуждению» для органов военного управления. Оно обязательно для исполнения всеми должностными лицами. В контексте воинской обязанности это означает, что ведомственные инструкции военкоматов не могут служить оправданием для игнорирования судебного предписания. Законодатель устанавливает не просто обязанность исполнить решение, а исполнить его в разумный срок. В рассматриваемом деле истец указывал на просрочку в 634 дня. Разумность срока — это категория оценочная, однако в делах, связанных с призывом, она четко лимитирована рамками призывных кампаний. Административные ответчики (военкомат и казначейство) пытались обосновать неисполнение решения тем, что истец сам не являлся по повесткам и что срок действия медицинского заключения истек. Однако суд критически оценил подобные доводы. Если решение суда возлагает обязанность на орган власти, именно этот орган должен проявить инициативу и создать условия для исполнения, а не ссылаться на процедурные сложности, возникшие в результате его же первоначального бездействия. Рассматриваемое дело подтверждает, что в сфере воинской обязанности право на исполнение решения суда в разумный срок является ключевым составляющим права на судебную защиту. Игнорирование судебных актов под предлогом сложности процедур или неявки призывника при наличии четкого судебного предписания ведет к нарушению баланса интересов личности и государства, что дает гражданину право на реальную денежную компенсацию [4].

Литература:

1. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 октября 2025 года № 21 «О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих».
2. Кассационное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 20 ноября 2024 года № 49-КАД24–13-К6.
3. Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 1 августа 2025 года № 60-УДП25–8-К9.
4. Решение Ивановского областного суда от 5 мая 2025 года по делу № 3а-22/2025. Архив Ивановского областного суда.