Пункт «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ объединяет два самостоятельных квалифицированных признака: убийство с целью скрыть другое преступление и убийство, сопряженное с изнасилованием либо насильственными действиями сексуального характера (НДСХ). Такая конструкция порождает конкуренцию норм и требует четких критериев квалификации.

Согласно п. 13 Постановления Пленума ВС РФ от 27.01.1999 № 1, убийство признается сопряженным с изнасилованием или НДСХ в трех случаях: в процессе совершения этих преступлений, после их окончания с целью сокрытия, а также по мотивам мести за оказанное сопротивление [1, п. 13]. Пленум избрал значительно более широкий подход по сравнению с трактовкой сопряженности для п. «з» (разбой, вымогательство, бандитизм), где временные рамки ограничены «процессом». Такая разница, как отмечает Н. В. Тыдыкова, не имеет рационального обоснования и ведет к неединообразию практики [2, с. 29].

Особую сложность представляет установление связи между убийством и половым преступлением при возникновении умысла после окончания изнасилования. В Обзоре судебной практики ВС РФ № 4 (2018) описан случай М., который убил потерпевшую с целью сокрытия изнасилования. Суд первой инстанции квалифицировал действия по п. «б» ч. 2 ст. 131, п. «б» ч. 2 ст. 132 и п. «к» ч. 2 ст. 105 с указанием на цель сокрытия. Судебная коллегия изменила приговор, исключив ссылку на цель сокрытия, указав, что содеянное полностью охватывается признаком сопряженности с изнасилованием [5, п. 49]. Решение обосновано конкуренцией общей и специальной нормы (ч. 3 ст. 17 УК РФ): сопряженность с изнасилованием — специальная норма.

Принципиальное значение имеет вопрос о квалификации по совокупности ст. 105 и ст. 131 или 132 УК РФ. Сторонники единого состава (Б. В. Волженкин, В. П. Коняхин) полагали, что изнасилование уже учтено в диспозиции п. «к» [3, с. 523]. Однако Пленум в п. 13 предписал квалифицировать по совокупности, а Конституционный Суд РФ в Определении от 24.09.2012 № 1663-О подтвердил это, указав, что жизнь и половая неприкосновенность — разные объекты охраны [4]. Совокупность отражает реальную множественность посягательств.

Вместе с тем убийство после окончания изнасилования признается сопряженным только при условии, что оно обусловлено именно этим преступлением (сокрытие, месть) и не вызвано иными мотивами. В Постановлении Президиума ВС РФ от 10.11.1999 № 1093-П99ПР признак сопряженности был исключен, поскольку убийство совершалось из корыстных побуждений, а связь с покушением на изнасилование отсутствовала [2, с. 30]. Наличие факта изнасилования само по себе недостаточно — необходима причинно-следственная связь.

Сложности возникают и при групповом совершении изнасилования, когда убийство осуществляет только один из соучастников. Согласно п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 04.12.2014 № 16, изнасилование признается совершенным группой лиц не только при непосредственном совершении сексуальных действий несколькими лицами, но и когда другие участники применяют насилие, обеспечивая преступление [6, п. 10]. Однако если у одного соучастника возникает умысел на убийство, не охватывавшийся предварительным сговором, налицо эксцесс исполнителя (ст. 36 УК РФ). В Определении ВС РФ от 25.07.2001 № 11-о01–67 указано, что соучастник, удерживавший потерпевшую и не знавший о намерении другого совершить убийство, несет ответственность только за изнасилование [7].

Возможна ли квалификация по п. «к», когда убийство совершено лицом, не участвовавшим в изнасиловании? В доктрине обоснованно указывается, что связь убийства с половым преступлением не требует единства субъекта [8, с. 410]. Судебная практика подтверждает это. В Определении ВС РФ от 17.09.2009 № 45-О09–85 лицо, не принимавшее непосредственного участия в изнасиловании, но обеспечивавшее безопасность соучастников, было осуждено за убийство, сопряженное с изнасилованием, как пособник [9].

Проведенный анализ позволяет сформулировать следующие предложения по совершенствованию законодательства и судебной практики:

1. Уточнение понятия сопряжённости в постановлении Пленума № 1 для п. «к». Действующая трактовка (в процессе, с целью сокрытия, по мотивам мести) в целом верна, но нуждается в уточнении: убийство после окончания изнасилования должно быть обусловлено именно им, а не иными мотивами. Предлагается дополнить п. 13 Постановления № 1 следующим абзацем: «Убийство, совершённое после окончания изнасилования или насильственных действий сексуального характера, признаётся сопряжённым с ними только в том случае, если оно обусловлено этими преступлениями (сокрытие, месть за сопротивление) и не вызвано иными, самостоятельно возникшими мотивами (например, корыстью или личной неприязнью, не связанной с половым преступлением)».
2. Квалификация убийства, совершённого лицом, не участвовавшим в изнасиловании. В целях устранения пробела и обеспечения единообразия предлагается дополнить п. 13 Постановления № 1 разъяснением: «Убийство, сопряжённое с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, может быть совершено как лицом, участвовавшим в совершении указанных преступлений, так и иным лицом, если убийство совершено в связи с этими преступлениями (например, с целью их сокрытия). В таких случаях действия виновного квалифицируются по пункту «к«части 2 статьи 105 УК РФ. При этом, если иное лицо каким-либо образом содействовало совершению полового преступления (например, обеспечивало его сокрытие или способствовало его совершению), оно также подлежит ответственности за соучастие в изнасиловании по соответствующей части статьи 33 и статьи 131 или 132 УК РФ».

Таким образом, квалификация по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ требует тщательного анализа субъективной связи между деяниями, момента возникновения умысла и степени участия лица в половом преступлении. Реализация предложенных изменений в разъяснениях Пленума позволит устранить выявленные пробелы и обеспечить единообразие судебной практики, что является необходимым условием законности и справедливости.

Литература:

1. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 № 1 (ред. от 03.03.2015) «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» // СПС «КонсультантПлюс». — URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 31.03.2026).
2. Тыдыкова Н. В. О понимании сопряженности при квалификации насильственных преступлений // Российско-Азиатский правовой журнал. — 2023. — № 2. — С. 27–32.
3. Волженкин Б. В. Принцип справедливости и проблемы множественности преступлений по УК РФ. — СПб.: Юридический центр Пресс, 2008. — 623 с.
4. Определение Конституционного Суда РФ от 24.09.2012 № 1663-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Глушкова Дмитрия Анатольевича» // СПС «КонсультантПлюс». — URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 31.03.2026).
5. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2018): утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018 // СПС «КонсультантПлюс». — URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 31.03.2026).
6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 04.12.2014 № 16 (ред. от 01.06.2022) «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» // СПС «КонсультантПлюс». — URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 31.03.2026).
7. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 25.07.2001 № 11-о01–67 // СПС «КонсультантПлюс». — URL: http://www.consultant.ru (дата обращения: 31.03.2026).
8. Лопашенко Н. А. Убийства: монография. — М.: Юрлитинформ, 2013. — 512 с.
9. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 17.09.2009 № 45-О09–85 // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2010. — № 3. — С. 18–19.