Вопрос о равновесии между правовой определенностью и исправлением судебной ошибки возникает тогда, когда судебный акт уже вступил в законную силу, но одна из сторон или иное заинтересованное лицо указывает на его неправильность. В такой ситуации суд сталкивается с двумя разными задачами. Первая задача состоит в сохранении устойчивости судебного решения. Вступивший в силу акт завершает спор, закрепляет права и обязанности сторон, может быть исполнен и влияет на дальнейшее поведение участников отношений. Вторая задача состоит в исправлении существенной ошибки, если ее сохранение приводит к нарушению права на судебную защиту. Поэтому нельзя признать правильным ни полный запрет на пересмотр, ни свободное возвращение к уже рассмотренному делу. Судебный акт должен быть устойчивым, но не должен сохраняться любой ценой.

Существенность обстоятельства является главным условием допустимого пересмотра. Н. М. Голованов обоснованно обращает внимание на то, что при пересмотре судебных актов важно учитывать не только факт появления или обнаружения обстоятельства, но и его способность повлиять на исход дела [3, с. 250]. Это положение позволяет удержать равновесие между исправлением ошибки и устойчивостью судебного акта. Само по себе новое обстоятельство не должно открывать спор заново, если оно не меняет правовую оценку дела.

Судебная практика подтверждает такой подход. В определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.04.2025 № 308-ЭС22–8298(12) по делу № А32–8708/2007 указано, что представление новых доказательств само по себе не является основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам [5]. Это дело показывает одну из распространенных проблем. Сторона, которая не смогла добиться отмены судебного акта обычными способами, пытается использовать исключительный порядок пересмотра как дополнительную возможность обжалования. Такой подход нарушает правовую определенность. Суд должен отличать новое доказательство от нового обстоятельства. Новое доказательство лишь подтверждает факт. Новое обстоятельство является самим юридически значимым фактом, который не был и не мог быть известен ранее либо возник после принятия судебного акта в установленном законом смысле. Без такого разграничения пересмотр будет использоваться не для исправления серьезной ошибки, а для бесконечного продолжения процесса.

Иной аспект проблемы раскрывается в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.01.2025 № 1-П. В этом акте рассматривался вопрос о пересмотре гражданских дел в связи с обстоятельствами, выявленными в ходе уголовного судопроизводства [9]. Значение данного постановления состоит в том, что Конституционный Суд Российской Федерации фактически указал на недопустимость чрезмерно формального подхода. Если обстоятельства, установленные в уголовно-процессуальном порядке, действительно ставят под сомнение правосудность вступившего в силу судебного акта и не могли быть выявлены ранее не по вине заявителя, суд должен иметь возможность оценить их значение. Однако это не означает автоматического пересмотра. Суд обязан проверить, связаны ли такие обстоятельства с предметом первоначального дела, являются ли они существенными и могли ли они повлиять на судебный результат. Данный подход показывает, что исправление ошибки возможно только при наличии убедительной связи между новым обстоятельством и итогом дела.

Значительное место в рассматриваемой теме занимает преюдиция. Она обеспечивает устойчивость ранее установленных судом обстоятельств и не позволяет повторно доказывать то, что уже было разрешено. По мнению В. Д. Балакаева и К. А. Кряжевских, преюдициальность судебных актов имеет свои пределы, а в отдельных случаях может быть абсолютной, ограниченной или отсутствовать вовсе [1, с. 466].

Судебная практика последних лет подтверждает необходимость такого подхода. В кассационном определении Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2024 № 8-КАД24–3-К2 было указано, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого административного дела [7]. В этом случае Верховный Суд Российской Федерации защитил правовую определенность от игнорирования ранее установленного судебного результата. Иной пример содержится в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.02.2025 № 305-ЭС21–926(7) по делу № А40–237648/2018. Суд указал, что преюдициальное значение имеют только факты, действительно установленные прежним судебным актом, а недоказанность позиции стороны не означает установление противоположного факта [8].

Таким образом, баланс правовой определенности и исправления судебной ошибки при пересмотре судебных актов должен строиться на признании повышенной силы вступившего в законную силу судебного акта. Такой акт не может пересматриваться только из-за несогласия стороны с выводами суда, появления новых доказательств или изменения правовой оценки без прямого основания. Вместе с тем его устойчивость не должна сохранять неправосудный результат, если выявлено существенное нарушение, новое значимое обстоятельство или нарушение прав лиц, чье положение не было учтено.

Литература:

1. Балакаев, В. Д. Преюдициальность судебных актов в гражданском процессе и её пределы / В. Д. Балакаев, К. А. Кряжевских. — Текст: непосредственный // Вопросы российской юстиции. — 2024. — № 32. — С. 466–472.
2. Голованов, Н. М. К вопросу о критериях существенности вновь возникших и новых обстоятельств для пересмотра вступивших в законную силу судебных актов / Н. М. Голованов. — Текст: непосредственный // Вопросы российской юстиции. — 2023. — № 26. — С. 250–259.
3. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.04.2025 № 308-ЭС22–8298(12) по делу № А32–8708/2007. — Текст: электронный. — URL: https://vsrf.ru/lk/practice/stor_pdf_ec/2456024 (дата обращения: 01.06.2026).
4. Кассационное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2024 № 8-КАД24–3-К2. — Текст: электронный. — URL: https://vsrf.ru/lk/practice/stor_pdf/2398210 (дата обращения: 01.06.2026).
5. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.02.2025 № 305-ЭС21–926(7) по делу № А40–237648/2018. — Текст: электронный. — URL: https://vsrf.ru/lk/practice/stor_pdf_ec/2442668 (дата обращения: 01.06.2026).
6. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.01.2025 № 1-П «По делу о проверке конституционности статьи 390.14 и части третьей статьи 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан С. В. Вишнякова, Н. М. Волокитиной, М. З. Каримова и Н. Н. Наливайко». — Текст: электронный. — URL: https://publication.pravo.gov.ru/document/0001202501170001 (дата обращения: 01.06.2026).