Актуальность исследования обусловлена уязвимостью студенческого возраста к проявлениям социальной тревожности. Образовательная среда вуза, несмотря на возможности для развития социальных навыков, часто сама становится источником стресса из-за высокой нагрузки, необходимости адаптации и ситуаций постоянного оценивания. Социальная тревожность у студентов проявляется в снижении академической успеваемости, трудностях публичных выступлений, избегании групповых проектов, а в долгосрочной перспективе ограничивает профессиональную самореализацию. Своевременная диагностика и коррекция социальной тревожности необходима для предотвращения перерастания ситуативных страхов в хроническое состояние.

Несмотря на наличие исследований в этой области, комплексных программ, целенаправленно укрепляющих личностные ресурсы студентов в условиях вуза, недостаточно.

Цель исследования — выявить взаимосвязь социальной тревожности с самооценкой и самоотношением у студентов, а также апробировать авторскую программу психолого-педагогической поддержки, снижающую уровень тревожности и укрепляющую личностные ресурсы.

В когнитивно-поведенческом подходе тревожность рассматривается как результат иррациональных мыслей, когнитивных искажений и дезадаптивных поведенческих паттернов, которые закрепляются по механизму условно-рефлекторной связи между нейтральным стимулом и реакцией, а также через отрицательное подкрепление избегания. К основным когнитивным искажениям относятся: катастрофизация, черно-белое мышление, ожидание негативной оценки и перфекционистские требования к себе и собственной деятельности [1].

С позиций психологии отношений (В. Н. Мясищев), устойчивая тревожность отражает нарушения в системе субъективных отношений личности — к себе, к другим и к социальной деятельности [3]. Истоки социальной тревожности чаще всего берут своё начало в проживании негативного опыта в детстве и (или) подростковом возрасте: систематическая критика, эмоциональная депривация, наличие травли или буллинга в прошлом. Как показывают данные Т. М. Харламовой и М. К. Секериной, у студентов, переживших школьный буллинг, снижена самоценность, они менее уверены в себе и испытывают трудности с защитой собственной личности от негативного влияния социума [4].

К моменту обучения в вузе подобные реакции трансформируются из ситуативных в устойчивый автоматизированный паттерн реагирования на широкий круг социальных взаимодействий. Тревога закрепляется по принципу замкнутого круга. Негативные мысли вызывают телесные реакции, которые воспринимаются как знак опасности или стыда, заставляя избегать контактов и тем самым только укрепляя иррациональные убеждения и дезадаптивные поведенческие паттерны [2].

Также важно провести границу между социальной тревожностью и интроверсией. Различие заключается в том, что интроверсия предполагает предпочтение уединения без сопутствующего страха. Социальная тревожность, напротив, характеризуется интенсивным напряжением, которое может возникать даже при мысленном проигрывании предстоящего контакта.

Для эмпирического исследования данной проблемы на базе АНОО ВО «Воронежский экономико-правовой институт», была сформирована выборка из 90 респондентов. В качестве диагностических средств были использованы валидные методики: опросник для выявления страха в социальных ситуациях (LSAS, Либовиц), шкала для изучения уровня самооценки со шкалами уверенности в себе (Дембо-Рубинштейн в адаптации Прихожан), а также тест самоотношения (МИС), разработанный В. В. Столиным и С. Р. Пантелеевым. Участие в исследовании являлось добровольным. Каждый респондент был предварительно ознакомлен с его целями и задачами, после чего дал согласие на обработку персональных данных.

Первичная диагностика показала, что социальная тревожность среди студентов встречается довольно часто. Умеренный уровень (55–65 баллов LSAS) обнаружился у 33 человек (36,7 % от общей выборки), выраженный (66–80 баллов) — у 19 (21,1 %), а тяжелый (81 и выше) — у 9 (10 %). Лишь 29 студентов (32,2 %) показали низкие значения, не мешающие нормальному общению.

Сравнивая данные по группам с разным уровнем тревожности, была замечена связь с самоотношением и уровнем уверенности. В группе с высокой тревожностью (более 66 баллов) показатели уверенности в себе, самоуважения и аутосимпатии оказались заметно ниже (29,8, 41,9 и 40,2 балла соответственно), чем в группе с низкой и умеренной тревожностью (52,8, 57,3 и 56,0 балла). Разрыв составил от 15 до 23 баллов, что говорит о наличии взаимосвязи.

Наиболее показательной стала шкала «внутренняя конфликтность» МИС: у тревожных студентов она была выше на 42 %, что указывает на выраженное внутреннее напряжение и склонность к самокритике. Критически значимые различия выявлены по шкале «внутренняя конфликтность» МИС: в группе высокой тревожности показатель оказался выше на 42 %, что говорит о сильном внутриличностном напряжении и склонности к самокритике.

Это подтверждает, что именно негативное самоотношение является центральным психологическим предиктором. Результаты подтверждают гипотезу, что негативное самоотношение и низкий уровень уверенности в себе являются факторами влияния на развитие и устойчивость социальной тревожности.

На основе полученных данных из числа респондентов с умеренным, выраженным и тяжёлым уровнем тревожности (n=61) методом попарного отбора были сформированы две сопоставимые по исходным характеристикам группы: экспериментальная (ЭГ, n=30) и контрольная (КГ, n=30). Критериями отбора выступали пол, возраст и исходные диагностические параметры. Один респондент с умеренным уровнем тревожности не был включён в экспериментальную выборку в связи с отсутствием полностью совпадающей диагностической пары, что позволило сохранить строгость процедуры уравнивания групп.

Авторская программа «Снижение уровня социальной тревожности в студенческом возрасте», апробированная в экспериментальной группе, была нацелена на преодоление самоподдерживающегося механизма тревоги. Воздействие носило комплексный характер и затрагивало когнитивный, эмоциональный и поведенческий уровни функционирования личности.

Ожидалось, что в результате произойдет не только ослабление тревожных реакций, но и активизация личностных ресурсов. Методологической базой послужило объединение положений концепции отношений В. Н. Мясищева с инструментарием когнитивно-поведенческого подхода. Программа состояла из трех модулей. Первый был нацелен на развитие самопринятия через психообразование, дневники мыслей и технику «Внутренний поддерживающий диалог» с целью замещения самокритичных установок на поддерживающие.

Второй модуль фокусировался на отношениях с окружающими, где страх оценки прорабатывался с помощью поведенческих экспериментов и тренинга общения. Третий модуль, включал составление личных «планов смелости» и освоение приемов саморегуляции. Контрольная группа тем временем занималась в обычном режиме.

По завершении программы была проведена повторная диагностика. С целью установления достоверности различий между результатами первичного и повторного тестирования был использован t-критерий Стьюдента для зависимых выборок. Данный метод позволяет определить, насколько статистически значимыми являются установленные изменения, и исключить влияние случайных факторов. В экспериментальной группе зафиксирована выраженная положительная динамика по всем ключевым параметрам. Средний балл социальной тревожности по шкале LSAS снизился с 68,2 до 54,8 (p меньше 0,001), что свидетельствует о качественном уменьшении страха и тревоги в социальных ситуациях, а также снижении тенденции к их избеганию.

Показатели уверенности в себе по методике Дембо-Рубинштейн возросли с 35,2 до 48,6 балла (p меньше 0,001). По методике МИС зафиксирован рост самоуважения с 44,3 до 53,5 балла (p меньше 0,001) и аутосимпатии с 42,8 до 51,6 балла (балла, p меньше 0,001). Особенно важно отметить снижение показателя внутренней конфликтности в экспериментальной группе на 31 % (p меньше 0,001), что указывает на уменьшение внутриличностной напряжённости и самокритики.

В контрольной группе, не подвергавшейся воздействию, статистически значимых изменений не произошло. Отсутствие динамики в КГ подтверждает, что зафиксированные положительные изменения в экспериментальной группе являются прямым следствием реализации разработанной программы, а не влияние сторонних факторов или эффектом повторного тестирования.

Таким образом, социальная тревожность в студенческом возрасте имеет связь с нарушениями в системе самоотношения, проявляющимися в низкой самооценке, дефиците самоуважения и аутосимпатии, а также в высокой внутренней конфликтности. Разработанная интегративная программа психолого-педагогической поддержки доказала свою высокую эффективность. Полученные результаты вносят вклад в понимание психологических механизмов социальной тревожности, подтверждая теоретические положения концепции отношений о единстве личности и среды. Разработанная в ходе исследования программа может быть адаптирована к условиям не только высших учебных заведений, но и учреждений, реализующих программы среднего профессионального образования, что определяет её практическую значимость.

Литература:

1. Бек Д. С. Когнитивная терапия: полное руководство / Д. С. Бек. — М.: ООО «И. Д. Вильямс», 2006. — 400 с.
2. Залевский Г. В. Когнитивно-поведенческая психотерапия: учебник для вузов / Г. В. Залевский, Ю. В. Кузьмина, В. Г. Залевский. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Издательство Юрайт, 2026. — 194 с.
3. Мясищев В. Н. Психология отношений: Избранные психологические труды / В. Н. Мясищев. — М.: Модэк МПСИ, 2004. — 158 с
4. Харламова Т. М. Специфика самоотношения студентов с разным опытом школьного буллинга / Т. М. Харламова, М. К. Секерина // Социальные и гуманитарные науки: теория и практика. — 2023. — № 1(7). — С. 155–161.