Legal issues of labor discrimination in the Russian Federation are examined. Focus is placed on direct and indirect discrimination forms, gaps in judicial proof, and contemporary manifestations via automated recruitment algorithms. National regulation is compared with ILO standards. Proposals for presumption of discrimination and digital system audits are developed. The material relies on Rostrud statistics for 2024 and Supreme Court of RF decisions.

Keywords : discrimination, labor law, Labor Code of RF, algorithmic discrimination, presumption, trade unions, judicial practice.

Проблема дискриминации в трудовых отношениях закреплена в статье 3 Трудового кодекса Российской Федерации как запрет любых форм ограничения прав работников по признакам, не связанным с их профессиональными качествами. Пол, возраст, национальность, инвалидность, имущественное положение входят в перечень охраняемых характеристик. Статистика Федеральной службы по труду и занятости за 2024 год фиксирует 15 246 жалоб на дискриминационные действия работодателей. Число обращений по сравнению с 2023 годом выросло на 19,8 %.

Данные Росстата за тот же период показывают уровень безработицы по стране на уровне 2,9 %. Среди женщин этот показатель достигает 3,4 %, а среди лиц с инвалидностью — 5,2 %. Лица предпенсионного возраста (50–55 лет для мужчин, 45–50 для женщин) сталкиваются с отказами в трудоустройстве в 2,3 раза чаще. Такие диспропорции отражают системные барьеры на рынке труда.

Судебная практика Верховного Суда РФ иллюстрирует сложности доказывания. В Определении от 15 февраля 2024 г. № 5-КГ23–145 суд отказал в иске работнику 52 лет, сославшись на отсутствие прямых улик мотива дискриминации. Работодатель обосновал отказ «несоответствием квалификации». Аналогичный подход встречается в 68 % дел по возрастному признаку за 2023–2025 годы. Косвенные признаки, такие как формулировки вакансий («молодой коллектив», «активный образ жизни»), редко квалифицируются как дискриминационные без дополнительных доказательств.

Таблица 1

Основные формы дискриминации и примеры из практики (2023–2025 гг.)

Примечание. Источники: обобщение 127 решений ВС РФ и арбитражных судов; данные Роструда.

Гендерная дискриминация проявляется в дифференциации оплаты. Средний разрыв в России составляет 27,8 % по методике расчета Международной организации труда. Женщины в производственных отраслях получают на 15–20 % меньше при равной квалификации. Материнство усиливает риски: отказы в приеме на работу беременным запрещены статьей 64 ТК РФ, но превентивные ограничения остаются вне поля прямого контроля. Суды трактуют такие случаи как «деловые обстоятельства», если нет аудиозаписей собеседования.

Цифровизация подбора кадров вводит новые проблемы. Системы applicant tracking systems (ATS) обрабатывают резюме по ключевым словам и параметрам. Алгоритмы отсеивают кандидатов по предполагаемому возрасту (анализ образования, опыта) или полу (имена, фото). В ООО «Агроторг» (Алтайский край, практика 2025 г.) 34 % резюме женщин с детьми исключились автоматически на этапе скрининга. Исходный код подобных систем недоступен работникам, что исключает доказывание предвзятости. Европейская директива 2019/1152 требует прозрачности алгоритмов; в РФ аналогичное регулирование отсутствует.

Международные стандарты МОТ задают ориентиры. Конвенция № 111 (ратифицирована СССР в 1961 г.) обязывает устранять дискриминацию в занятости. Конвенция № 100 уравнивает оплату за равный труд. Россия занимает 81-е место в Global Gender Gap Report 2025 по равенству на рынке труда. Решения ЕСПЧ по делам против РФ («Рубинштейн и другие v. Россия», 2023) констатируют нарушения статьи 14 Европейской конвенции при отказе в защите от возрастной дискриминации.

Таблица 2

Сравнение регулирования дискриминации (РФ vs международные стандарты)

Пробелы в ТК РФ касаются отсутствия механизма обратной нагрузки доказывания. В странах ЕС (Германия, Франция) истец приводит косвенные факты; работодатель опровергает дискриминацию. В РФ бремя лежит на работнике полностью. Профсоюзы участвуют редко: в 12 % дел за 2024 г. Доказательная база слаба без доступа к внутренним документам предприятия.

Предлагается дополнить статью 3 ТК РФ нормой о презумпции дискриминации. Отказ в найме по косвенным признакам (возраст в объявлении, статистика отсева) трактуется как нарушение до доказательства обратного. Профсоюзы получают право на аудит HR-алгоритмов с представлением отчетов в Роструд. Требуется разработка методических рекомендаций по антидискриминационным тренингам: 16 академических часов, включая кейсы по ATS и стереотипам.

Региональные особенности Алтайского края усиливают актуальность. Доля мигрантов в промышленности — 22 %; жалобы на этническую дискриминацию составляют 17 % от общего числа (данные краевого Роструда, 2025). Предприятия малого бизнеса игнорируют проверки в 40 % случаев. Неопределенность в квалификации косвенной дискриминации сохраняется; статистика Роструда охватывает лишь зарегистрированные обращения.

Научная разработанность темы средняя. Монографии Кузнецовой Н. В. (2024) детализируют гендерные механизмы; диссертация Солдаткина Д. В. (2022) анализирует защиту в суде. Алгоритмическая дискриминация освещена фрагментарно (Сидорова О. П., 2024). Требуется междисциплинарный подход с элементами data science для анализа больших данных по найму.

Литература:

1. Трудовой кодекс Российской Федерации: федер. закон от 30.12.2001 № 197-ФЗ (ред. от 08.08.2024).
2. Кузнецова Н. В. Дискриминация в трудовых отношениях: правовые аспекты. М.: Юристъ, 2024. 248 с.
3. Гришко Д. Е. Дискриминация в трудовом праве // Вестник экономической безопасности. 2021. № 4. С. 45–52.
4. Солдаткин Д. В. Защита от дискриминации в трудовых отношениях: дис.... канд. юрид. наук. СПб., 2022. 180 с.
5. Михайленко А. А. Дискриминация в трудовых отношениях в практике ЕСПЧ // Московский журнал международного права. 2021. № 4. С. 132–140.
6. Определение Верховного Суда РФ от 15.02.2024 № 5-КГ23–145 // Бюллетень ВС РФ. 2024. № 3.
7. Отчет Роструда за 2024 год. М., 2025. 156 с.
8. Росстат. Труд и занятость в России. 2025. 320 с.
9. Конвенция МОТ № 111 от 25.06.1958 // Ведомости СНХ СССР. 1961. № 25. Ст. 146.
10. Global Gender Gap Report 2025. World Economic Forum. 200 с.