Within the framework of the scientific article, the modern problems of distinguishing rape from related crimes are analyzed. Based on the conducted research, the most effective ways of resolving these problems are concluded.

Keywords: rape, differentiation, crime, related crime.

Феномен смежных составов преступлений — один из наиболее значимых в доктрине уголовного права. От степени его разрешения во многом зависит современное состояние практики реализации уголовной ответственности, а также может быть оценено состояние уголовного законодательства. Сказанное относится и к процессу отграничения изнасилования от смежных составов преступлений.

Рассматривая данное преступление, в первую очередь, отграничение необходимо проводить от насильственных действий сексуального характера. Отличием в данном случае является потерпевший от преступного деяния. Изнасилование может быть совершено исключительно в отношении женщины, тогда как насильственные действия сексуального характера могут быть совершены и в отношении лица мужского пола. Так, П. и Р. совместно распивали спиртные напитки. В процессе распития, между ними произошел конфликт и, впоследствии, обоюдная драка. В результате, П. нанес Р. несколько ударов по голове, от которых последний потерял сознание. У П. возник умысел совершить в отношении Р. насильственные действия сексуального характера, для чего он вставил в задний проход Р. черенок от швабры, расположенной в квартире Р. Действия Р. были квалифицированы, как насильственные действия сексуального характера [5].

Основные отличия насильственных действий сексуального характера — в объективной стороне преступления. Данный элемент состава преступления раскрыт в ч. 1 ст. 132 УК РФ. Законодатель обеспечил достаточно обширное описание признаков рассматриваемого преступления, предусмотрел раскрытие каждого способа, посредством которого может быть совершено данное общественно опасное деяние. Правоприменитель, при квалификации преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ, обязан обеспечивать полное соответствие своей позиции требованиям законодателя. В частности, возможно указать на следующие основные аспекты соответствия:

1. В основе общественно опасного деяния, квалифицируемого по ч. 1 ст. 132 УК РФ, лежат конкретные активные действия, состав которых определен в соответствующей диспозиции. При этом речь идет об альтернативно возможных действиях, поскольку для квалификации достаточно совершения хотя бы одного из таких действий;
2. Преступление совершается исключительно со способом «применение насилия», либо «угроза применения насилия». При отсутствии указанного способа, преступление может быть совершено только с использованием беспомощного состояния потерпевшего;
3. Сексуальный контакт при насильственных действиях сексуального характера происходит вопреки воле потерпевшего (потерпевшей).

Еще одно отличие — в субъекте совершения преступления. В частности, речь идет о поле преступника. Изнасилование в контексте полового сношения может быть совершено только лицом мужского пола — в отличие от преступления, предусмотренного ст. 132 УК РФ. При этом для случаев, когда и потерпевший, и преступник — лица одного пола, законодатель сформулировал соответствующие формы совершения преступного деяния. Речь идет о мужеложестве и лесбиянстве.

Законодательно закрепленные понятия мужеложества, лесбиянства, а также иных действий сексуального характера отсутствуют. Данный вопрос решается в поле правоприменительной (судебной) практики.

В частности, суды при рассмотрении уголовных дел по факту совершения мужеложества, указывают, что в его основе лежит процесс ввода активным партнером своего полового члена в задний проход пассивного партнера. При этом таким образом происходит удовлетворение половой страсти [8]. Так, П. совершил в отношении К. насильственные действия сексуального характера, путем введения полового члена в задний проход, с применением насилия, с угрозой его применения к потерпевшему, соединенное с угрозой убийством, причинив К. разрыв (по типу трещины) в области слизистой заднего прохода, не повлекшего за собой кратковременного расстройства здоровья или значительной стойкой утраты общей трудоспособности, оценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью [7].

Отметим, что в научной литературе высказывается мнение, что мужеложество следует определять и в других случаях, помимо введения полового органа в задний проход потерпевшего. Например, Я. М. Яковлев указывал, что мужеложством считается оральный половой контакт между мужчинами [9, с. 201]. Тем не менее, на наш взгляд, мужеложество — это, в первую очередь, и одновременно исключительно половое сношение между двумя мужчинами. Рассматриваемый случай может быть разрешен посредством правоприменительной аналогии. В частности, речь идет о соотнесении полового сношения с тем понятием, которое дано для регламентации уголовной ответственности за изнасилование. Соответственно, половым сношением в случае мужеложества будет считаться исключительно процесс ввода полового органа одним мужчиной в задний проход другого. Совершение же иных действий должно подпадать под квалификацию в качестве насильственных действий сексуального характера.

В отношении лесбиянства также следует констатировать двойственность применяемых подходов к определению и квалификации.

Ряд авторов считает, что лесбиянство не следует ограничивать конкретными действиями, а лишь характеризовать, исходя из двух критериев — сексуальной направленности и женского пола партнеров [1, с. 201].

Другие авторы, напротив, считают, что лесбиянство следует ограничить по примеру мужеложества, одним или максимум несколькими действиями. Например, С. Д. Цэнгел считает, что в составе ст. 132 УК РФ лесбиянство может быть квалифицировано только в тех случаях, когда участвует половой орган женщины. Некоторые авторы указывают на орально-генитальный характер совершения рассматриваемого преступления [3, с. 8].

Мы склонны согласиться с авторами первого из представленных мнений. На наш взгляд, целесообразно солидаризироваться с позицией М. А. Горбатовой, которая пишет следующее: «И все же, учитывая многообразие способов удовлетворения половой потребности между женщинами, часть из которых может совершаться вопреки воле и согласию партнерши, следует согласиться с мнением тех авторов, которые не ограничивая спектр совершаемых женщинами действий, уточняют, что в любом случае они должны иметь сексуальную направленность» [4, с. 144].

Изнасилование необходимо отграничивать от понуждения к действиям сексуального характера. Ответственность за данное преступление предусмотрена ст. 133 УК РФ. Помимо объекта преступления, два общественно опасных деяния объединяет форма их совершения (половой акт), а также цель, которую преследует преступник — удовлетворение своего сексуального желания. Так, основным отличием в данном случае выступает способ воздействия на потерпевшую. Если при изнасиловании речь идет исключительно о насилии, угрозе его применения, а равно использовании беспомощного состояния потерпевшей, то деяние, предусмотренное ст. 133 УК РФ, может быть совершено посредством таких действий, как шантаж, угроза уничтожением, повреждением или изъятием имущества либо использование материальной или иной зависимости потерпевшего лица.

Отметим, что в научной литературе долгое время идет дискуссия относительно правильности определения рассматриваемого преступления в системе уголовного законодательства. Основным «камнем преткновения» является вопрос о насильственной или ненасильственной сущности данного преступного деяния. На наш взгляд, более корректной является вторая из озвученных точек зрения. На ненасильственный характер понуждения к действиям сексуального характера указывает, в первую очередь, позиция законодателя. Анализ содержания ст. 133 УК РФ показывает, что насилие, как способ совершения данного преступления, его применение или угроза применения исключены из соответствующих диспозиций. Это означает, что в случае наличия указанного признака квалификация понуждения к действиям сексуального характера невозможна.

Таким образом, можем указать, что понуждение к действиям сексуального характера относится к разряду ненасильственных преступлений против половой свободы личности. Это главное отличие рассматриваемых преступных деяний. В частности, понуждение к половому сношению осуществляется исключительно ненасильственными способами. Это могут быть уговоры, обман, шантаж. Однако применение насилия в данном случае исключает возможность квалификации преступления по ст. 133 УК РФ. В этом видится главное и фундаментальное различие рассматриваемых преступных деяний.

Также, в отличие от изнасилования, потерпевшими от понуждения к действиям сексуального характера могут быть как женщины, так и мужчины. Во-первых, на это прямо указано в ч. 1 ст. 133 УК РФ. Во-вторых, это подтверждается анализом материалов судебной практики. Так, ФИО2 был осужден за понуждение потерпевшего к мужеложству и иным действиям сексуального характера путем шантажа. Преследуя цель мужеложства и иных действий сексуального характера путем шантажа в виде угроз распространения общественности порочащих и позорящих ФИО1 сведений о его сексуальной ориентации, понуждал последнего к мужеложству и совершению иных действий сексуального характера [6].

Наконец, изнасилование следует отличать от развратных действий, ответственность за которые предусмотрена ст. 135 УК РФ. Основополагающим отличием в данном случае является признак насилия. В случае, если деяние сопровождает применение насилия, тогда речи о квалификации развратных действий быть не может. Не может быть квалифицировано в качестве развратного деяние, по своей объективной стороне совпадающее с изнасилованием.

Отличие рассматриваемых преступлений также заключается в потерпевшем от указанных общественно опасных деяний. Жертвой развратных действий в соответствии с позицией законодателя может выступать только лицо, достигшее возраста 12 лет и не достигшее возраста 16 лет. В свою очередь, при совершении развратных действий по отношению к лицу, не достигшему 12-летнего возраста, необходимо руководствоваться положениями Примечания к ст. 131 УК РФ.

Таким образом, в завершение исследования можем сделать вывод о значимости вопроса формулирования правильных и четких критериев отграничения изнасилования от смежных составов преступлений. В рамках проведенного исследования такие критерии были нами определены и сформулированы. Основываясь на них возможно решать вопрос отграничения с должной, необходимой степенью эффективности.

Литература:

1. Бимбинов, А. А. Некоторые проблемы квалификации насильственных преступлений против сексуальной свободы личности (статьи 131–132 УК РФ) / А. А. Бимбинов, В. Н. Воронин // Вопросы безопасности. — 2018. — № 6. — С. 9–16.
2. Богунова, Г. В. Нормативное закрепление уточнения квалификации половых преступлений в отношении несовершеннолетних / Г. В. Богунова // Юридическая наука. — 2023. — № 6. — С. 133–136.
3. Квалификация изнасилований: учеб. пособие / Л. А. Андреева, С. Д. Цэнгэл; С.-Петерб. юрид. ин-т Генер. прокуратуры Рос. Федерации. — 2-е изд., перераб. и доп. — СПб.: РИО С.-Петерб. юрид. ин-та, 2004 (С.-Петерб. юрид. ин-т). 291 с.
4. Преступления против половой свободы и половой неприкосновенности: уголовно-правовая и криминологическая характеристика / Д. А. Гарбатович, И. М. Беляева, М. С. Кириенко [и др.]. — Москва: Издательство «Юрлитинформ», 2016. 199 с.
5. Приговор Дзержинского районного суда г. Нижнего Тагила № 1–278/2020 от 30 июля 2020 г. по делу № 1–278/2020 // СПС «Консультант Плюс».
6. Приговор Мирового судьи судебного участка № 105 города Кизляра Республики Дагестан // СПС «Консультант Плюс».
7. Приговор Новосибирского районного суда Новосибирской области по делу № 1–80–10 // СПС «Консультант Плюс».
8. Справка Судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда «О результатах обобщения судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 134 УК РФ» // СПС «Консультант Плюс».
9. Яковлев Я. М. Половые преступления [Текст] / Я. М. Яковлев; Таджик. гос. ун-т им. В. И. Ленина. — Душанбе: Ирфон, 1969. — 452 с.