This article examines the current issue of subsidiary liability in legal entity bankruptcy proceedings, emphasizing the importance of developing clear criteria for its implementation and improving the effectiveness of creditor protection. The legal grounds for the emergence of subsidiary liability for participants in business entities and managers of debtor organizations are analyzed. Potential improvements to current legislation aimed at eliminating gaps in the legal regulation of subsidiary liability are substantiated. The study concludes that it is necessary to monitor the actions of the person in control of the debtor.
Keywords: subsidiary liability, bankruptcy, economics, Civil Code, debtor, creditor, transaction.
В условиях стремительно развивающейся экономики процедуры банкротства стали неотъемлемой частью делового оборота. Зачастую объема имущества несостоятельного должника оказывается недостаточно для удовлетворения всех требований кредиторов. В таком случае должники активно прибегают к использованию института субсидиарной ответственности — механизма, призванного обеспечить дополнительную защиту кредиторов путем привлечения к имущественной ответственности лиц, фактически контролировавших должника и чьи действия, либо же бездействия, привели к его банкротству.
В соответствии со статьей 399 Гражданского кодекса Российской Федерации — «до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность» [1].
Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в статье 61.11 предусматривает субсидиарную ответственность за невозможность полного погашения требований кредиторов когда «полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица» [3].
Под «контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий» [3]. Данными лицами признаются учредители, руководители, члены органов управления и другие лица, оказывающие влияние на принятие решений юридическим лицом.
На практике возникает проблема подтверждения непосредственного влияния конкретных управленческих решений на ухудшение финансового состояния должника. Например, в случае заключения контролирующим должника лицом заведомо невыгодной сделки — требуется установить, послужило ли данное действие непосредственной причиной ухудшения платежеспособности и последующего объявления его несостоятельным.
По данному вопросу Пленум Верховного суда Российской Федерации в постановлении 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» [2] дал разъяснение- в пунктах 18 и 19 разъяснил, что:
— Пункт 18 — контролирующее должника лицо не несет субсидиарную ответственность, если его действия, которые привели к негативным последствиям для компании, были в пределах нормального, разумного делового риска (то есть это были обычные бизнес-решения, которые могли оказаться неудачными) и не были направлены на умышленное причинение вреда кредиторам.
— Пункт 19 — если есть определенные признаки, которые указывают, что действия контролирующего должника лицо довело компанию до банкротства. Однако контролирующее должника лицо может защищаться и доказать иное, утверждая, что банкротство вызвано внешними, независящими от него причинами (например, экономическим кризисом, стихийным бедствием, резким изменением рыночных условий). Если же банкротство произошло и по вине контролирующего должника лица, а также из-за внешних факторов, то размер его субсидиарной ответственности может быть уменьшен, так как оно не должно отвечать за ту часть ущерба, которая вызвана внешними обстоятельствами.
С одной стороны, Пленум Верховного суда Российской Федерации защищает предпринимательскую инициативу и говорит про право на разумную ошибку в бизнесе, но с другой стороны закон устанавливает ряд признаков, указывающих на доведение компании до банкротства- то действует презумпция вины контролирующего лица.
Для установления причинно-следственной связи между действиями и (или) бездействия контролирующего должника лица необходимо проведение финансово-экономической экспертизы- это «узкоспециализированная и законодательно регламентированная процедура, играющая ключевую роль в установлении истинных причин неплатежеспособности» [4], но и она не всегда с полной точностью сможет определить, поскольку данный анализ всегда сопряжен с определенной степенью интерпретации.
Российское законодательство в данном аспекте нуждается в доработке. В частности, необходимо разработать и закрепить в статье 61.11 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» критерии квалификации противоправных действий контролирующих должников лиц. Такой дифференцированный подход позволит судам более гибко и ясно оценивать вклад контролирующих должна лиц в общий ущерб, обеспечивая не только защиту прав кредиторов, но и справедливость по отношению к предпринимателям, чьи действия не всегда являются единственной причиной банкротства.
Таким образом, можно сделать вывод, что верное определение причинно-следственной связи в действиях контролирующего должника лица и приведение данных действий до банкротства- актуальный вопрос, который требует решения. Закрепление критериев квалификации противоправных действий контролирующих должников лиц, а также больший контроль за действиями контролирующего должника лица позволит на практике разрешать данные споры более эффективно.
Литература:
- «Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая)» от 30.11.1994 г. № 51-ФЗ (ред. от 31.07.2025) // СЗ РФ, 1994, № 32, ст. 3301.
- Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» // «Российская газета», № 297, 29.12.2017.
- Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 31.07.2025) «О несостоятельности (банкротстве)» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2025) // «Российская газета», № 209–210, 02.11.2002
- Экспертиза по делу о банкротстве [Электронный ресурс] — URL: https://mosekspertiza.ru/services/ekonomicheskaya-ekspertiza/ekspertiza-po-delu-o-bankrotstve/ (дата обращения- 20.11.2025).
