Библиографическое описание:

Скрипникова А. И. Эколингвистика. Медийный экологический дискурс (на примере казахстанской дву-язычной газеты «Экологический курьер») [Текст] // Филология и лингвистика: проблемы и перспективы: материалы II Междунар. науч. конф. (г. Челябинск, апрель 2013 г.). — Челябинск: Два комсомольца, 2013. — С. 64-67.

Эколингвистика — одно из современных ответвлений лингвистической науки. Ее праотцами по праву считаются: А. Хауген, впервые применивший понятия экологии к языку; М. Халидей, изучавший взаимодействие языка и окружающей среды; М. Кирквуд, доказавший содержание в языке экологической составляющей; А. Филл, разработавший терминологию эколингвистики. Сейчас в данном направлении работают и отечественные ученые.

Казахстан, как регион, где проживают носители разных языков, представляет большой интерес для эколингвистов. Поясним: среди зарубежных исследователей бытует мнение, что именно через слова, относящиеся к природе, легче всего познать менталитет народа. Например, если в современном русском языке достаточно много словосочетаний типа: отвоевать место под солнцем, во всеоружии знаний о действиях при землетрясении, война с сорняками, армия насекомых и т. п. — это, по мнению психологов, свидетельствует о том, что носители языка враждебно настроены по отношению к окружающей их среде. Казахский язык (при рассмотрении его в данном ключе) в процессе становления и развития подвергся гораздо меньшей милитаризации. Смысловые аналоги приведенных выше словосочетаний не столь агрессивны и радикальны. Причина — благоприятные климатические условия жизни, которые не вынуждают «воевать» с природой.

Подтверждение того, что отношение к природе передается на уровне генной памяти, находим в работе Кулясовой А. А.: «Культура общества и культурные установки во многом определяют поведение человека, его взаимоотношения с природной средой. Этническая культура сначала определяет отношения между человеком и природой, а потом уже между людьми» [1].

Так как побочной целью эколингвистики является борьба за сохранение лингвистического разнообразия, — Казахстан мог бы стать отправной точкой ее развития. Согласно статистическим данным, самыми распространенными в стране являются: казахский, русский, уйгурский, украинский, немецкий языки. Как пишет исследователь Иванова Е. В.: «В отличие от исторического языкознания, которое изучает влияние одного языка на другой в процессе их развития или индивидуальное развитие языков, экологическая лингвистика занимается исследованием процессов вытеснения или выживания между конкурирующими языками в определённом пространстве, будь то сознание отдельного человека или какое-либо общество» [2]. Это утверждение приобретает особую важность в обществе полиязычном. Сосуществование языков на территории Казахстана, собственно, и вызвало к жизни полиязычные средства массовой информации — газеты, журналы, программы, которые компонуются из материалов на двух и более языках.

Одним из таких СМИ является «Экологический курьер INT» — республиканская общественно-экологическая газета, которая издается в городе Алматы с января 1991 года. Она выходит два раза в месяц на двух языках: русском и казахском. Материалы на казахском языке даны отдельным вкладышем — «Атамекен KZ — экологическая газета на государственном языке». Здесь стоит заострить внимание на том, что знак «kz» — домен верхнего уровня Казахстана, конечный элемент адресов казахстанских Интернет-сайтов, уже давно фигурирует в названии самых разнообразных продуктов и прочно входит в концепт «Казахстан»…

Говоря о силе воздействия масс-медиа, можно привести утверждение Кравченко А. В.: «Можно и нужно говорить о языковой среде, используя экологические понятия и термины: она может быть благоприятной или неблагоприятной, она может подвергаться загрязнению, над ней можно проводить (часто бездумные и опасные) эксперименты, не отдавая себе отчета о возможных последствиях» [3].

Рассмотрим одну из заметок, размещенную в газете «Экологический курьер»: «В целях реализации соглашения в 2008 году в г. Шымкенте за счет средств Президента Объединенных Арабских Эмиратов Шейха Халифа Бен Заед Аль Нахаяна был построен экспериментальный питомник для воспроизводства дрофы-красотки…» Ни один профессионал в области массовых коммуникаций не разместил бы подобный факт в СМИ в «сыром» виде. Как минимум, здесь необходима информация о том, какое в принципе имеет отношение шейх к городу в южно-казахстанской области, почему он заинтересован и, более того, готов тратить деньги на воспроизводство птиц в чужой стране? Сухие факты должны были послужить поводом к проведению журналистского расследования. Информация, поданная в таком виде, может быть неправильно воспринята рядовыми читателями. Более того, она может вызвать волну недовольств.

Так как в СМИ тексты, так или иначе затрагивающие экологию, публикуются достаточно часто, возникла необходимость в выделении экологического дискурса. В научных кругах принято определение, данное Ивановой Е. В. в 2007 году: «Экологический дискурс представляет собой особый тип дискурса, обусловленный ситуацией общения на экологические темы, в рамках которого выделяются специфические жанры и функционируют специфические метафорические концепты. Медийный экологический дискурс определяется как составная часть экологического дискурса» [4].

В целом экологический медийный дискурс в Республике Казахстан отличается официозностью. Об этом свидетельствуют заголовки газетных материалов: «Гласность государственной экологической экспертизы и доступ населения к принятию решений», «Социально-экономическая модернизация — главный вектор развития Казахстана», «Зеленая» экономика — это успешное социально-экономическое развитие страны, обеспечивающее высокий уровень жизни населения» и т. п. Столь же политизированными являются материалы на казахском языке. В качество примеров приведем несколько заголовков, отражающих основную идею материала: «Қоғамдық экологиялық кеңес отырысы өтті» (прошло заседание Общественного экологического Совета), «2013 жылы «жасылдар» партиясы құрылмақ» (в 2013 году будет создана партия «зеленых») и т. п.

Авторы материалов на казахском языке зачастую в качестве заголовков используют простые устоявшиеся фразы типа: «Экология — ел тағдыры» (экология — судьба народа), «Орман — ел байлығы» (лес — богатство народа), «Табиғатты аялайық — болашақты ойлайық!» (сохраним природу — подумаем о будущем!) и пр. Озаглавленные подобным образом заметки не пользуются спросом среди читателей. Соответственно, заложенная в текстах информация не достигает своей конечной цели.

Достаточно часто на страницах издания встречаются и аббревиатуры. Например, в статье «Современные методы решения проблем гибели птиц на ЛЭП» расшифровка аббревиатуры ЛЭП — линия электропередач — содержится только внутри самого материала. Причем, графически она никак не выделена. Общеизвестно, что подобного рода сокращения (понятные только узкому кругу специалистов) отпугивают аудиторию.

В книге «Экология культуры» находим следующее высказывание: «Для жизни человека важна среда, созданная культурой его предков и им самим. Сохранение культурной среды — задача не менее существенная, чем сохранение окружающей природы [5]. Сохранить уникальную культурную среду может язык, который всецело отражает малейшие изменения, происходящие внутри ментального поля того или иного народа. Поясним на примере названия постоянной рубрики в «Экологическом курьере». В русском варианте она называется «Проблемы и решения», в казахском — «Проблема және шешім» (проблема и решение), т. е. слова употреблены в единственном числе. Эти заголовки — типичные индикаторы национального менталитета. У казахского народа — одна проблема — одно решение, у русского — проблем много и к каждой проблеме существует множество «ключей». Ментальность проявляется и при выборе определенных наименований. В одном из номеров издания размещена заметка «В Усть-Каменогорске поселилась птица счастья». Птицей счастья автор называет розового фламинго, которого приютили сотрудники Усть-Каменогорского зоопарка. Казахстан не является ареалом естественного обитания этого вида, поэтому употреблять словосочетание «птица счастья» по отношению к фламинго в прессе некорректно. Ни для русского, ни для казахского народа розовые фламинго не являются символом счастья. Здесь можно наблюдать отрыв от традиций, и попытку вестернизации языка.

По мнению Кислицыной Н. Н., экологический подход к языку предполагает трактовку последнего как неотъемлемого компонента целой цепи взаимоотношений, существующих между человеком, обществом и природой. Соответственно, одним из важнейших критериев экологичности и неэкологичности языковых единиц является соотнесенность с антропоцентризмом [6]. На наш взгляд, можно говорить и о «загрязнении» языка. Речь может идти не только о неоправданных заимствованиях, но и о логических, стилистических, орфографических ошибках.

Для филологов и лингвистов интересным будет материал, опубликованный в № 5 (479) от 15 марта 2012 г. «Нимфейник щитолистный обитают Сырдарьи». Дословно приведем одно из предложений: На сегодняшний день одной из наиболее актуальных вопросов в стране является спасение Арала. В связи с чем была Кок-Аральская плотина и гидросооружение Аклак». Это типичный пример некачественного машинного перевода. Изначально данная статья была написана на казахском языке (в языке отсутствуют категории рода), а затем с помощью компьютерных он-лайн программ переведена на русский язык. Отсюда — огромное количество ошибок: несогласование времен, неправильные окончания у прилагательных, нарушение смысловой структуры предложений и т. д. На русском языке прочесть и адекватно воспринять эту статью невозможно. После процедуры машинного перевода все журналистские материалы должны обрабатываться пост-редактором.

В № 2 (500) от 31 января 2013 года в рубрике «Событие» размещена статья профессора М. Е. Бельгибаева «2013 — Год экологической культуры и охраны окружающей среды». Во введении автор сообщает о том, что был создан Межгосударственный экологический Совет государств — участников СНГ для координации действий в области экологии и охраны окружающей среды. Далее он пишет: «Эта актуальная экологическая проблема необходима не только для Казахстана и СНГ, но и для всего мирового сообщества». Из предложения можно сделать логическое заключение, что экологические проблемы просто необходимы Казахстану!

В том же номере содержится материал «Отходы и проблемы ее утилизации», причем, что конкретно (женского рода!) собираются утилизировать, так и осталось загадкой. Здесь же следующий материал «Проблема Березовки прозвучала в стенах ООН». В заголовке явно не хватает слова — как вариант более правильного написания — проблема Березовки прозвучала в стенах офиса ООН.

В № 1 (499) от 15 января 2013 г. на обложке размещено обращение (поздравление с Новым годом) к читателям от лица редакции. Приведем одно из предложений: «Желаем счастья Вам и Вашим детям в этой замечательной стране, которая стала для нас вторым домом…» Если учесть, что издание является казахстанским, то есть работают в нем казахстанцы, и соответственно, покупают и читают его тоже граждане Казахстана, то наименование «второй дом» здесь употреблено некорректно.

Огромное количество ошибок на страницах газеты — свидетельство того, что уровень грамотности работающих в издании журналистов оставляет желать лучшего. Вопросы экологии не являются на данный момент приоритетными для решения, отсюда остаточное внимание, нежелание лучших журналистов страны писать на данную тематику. Как следствие — наислабейший экологический дискурс. Отсутствие журналистов вынуждает редакцию идти на крайние меры для того, чтобы замостить чем-то газетные полосы. Например, на повтор одного и того же абзаца дважды или трижды. В № 4 (502) от 28 февраля 2013 г в рубрике «Официально» в статье «Балхаш может обмелеть почти на 90 процентов» отрывок «В настоящее время Китай и Узбекистан являются основными поставщиками водных ресурсов в нашу страну. Но есть ожидание, что спрос на воду в этих странах резко возрастет к 2030 году, что создаст значительные риски для водоснабжения Казахстана» повторен слово в слово дважды. Причем, вначале он оформлен как прямая речь советника Министра охраны окружающей среды Айнур Куатовой, а затем как мысль автора статьи.

Для иностранных читателей материалы «Экологического курьера» не представляют какой-либо ценности. Причин тому несколько. Одна из самых распространенных — ошибки журналистов. В материале «Казахстанские экологи хотят запретить рыбалку» сказано: «Особенно острая ситуация возникла на реках и озерах вблизи крупных городов: на Балхаше, Зайсане и Алаколе». Тому, кто не знаком с географией Казахстана сложно будет определить, к чему относятся перечисленные географические названия. Это либо крупные города, либо реки и озера.

В целом, казахоязычные материалы более информативны именно за счет названий географических объектов. В Казахстане существует Барсакельмесский государственный природный заповедник, расположенный на острове Барсакельмес. Дословно с казахского языка «барсакельмес» переводится как «если пойдешь — то не вернешься» — «барса — келмес». Те, кто владеет казахским языком, уже имеют представление, что речь пойдет о непроходимых территориях. Название озера Жасылколь также не переводится на русский язык. Хотя даже дословный перевод мог бы многое прояснить (жасыл — зеленый, көл — озеро; жасылкөл — зеленое озеро). Каратау — черная гора и т. п.

Отметим также, что использование глагола «защищать» в казахо- и русскоязычных материалах различается. В русскоязычном дискурсе данный глагол носит значение — не совершать какое-либо действие (не сорить, не выбрасывать, не срубать елку и т. п.) во имя сохранения природы. В казахоязычных текстах глагол «защищать» чаще имеет значение «предотвращать последствия тех или иных действий».

Редко можно встретить на страницах «Экологического курьера» метафоры, которые, по мнению российских исследователей, как нельзя лучше вписываются в медийный экологический дискурс. Хотя, игра слов — излюбленный журналистский прием, лишь в № 2 (246) от 31 января 2012 года находим пример: «Геннадий Дукравец: Гидробиологию надо выводить на чистую воду…». Пример из вкладки «Атамекен KZ» № 3 (144) от 15 января 2012 г. — «Ұлу жылы — ұлы болсын!» (да будет великим наступающий год Улитки (дракона)!). Данная фраза построена на сходности по звучанию двух слов: «ұлу» — «улитка» и «ұлы» — «великий». Либо «Көктемнің сәні — құс әні» (красота весны — песнь птицы). Здесь противопоставлены слова «сәні» — «красота» и «әні» — «песня».

Подводя небольшой итог, можно сделать вывод о том, что выпуск экологической газеты на двух языках неоправдан из-за значительной разницы в менталитете носителей языков, а экологический дискурс в республике развит слабо.


Литература:

  1. Кулясова А. А. Пример этноэколического подхода в обучении // О-Мега форум. III международный полярный год. СПб.: РГТМУ, 2008. С. 195–197.

  2. Иванова Е. В. Цели, задачи и проблемы эколингвистики. Прагматический аспект коммуникативной лингвистики и стилистики: сборник научных трудов. — Челябинск: Образование, 2007. — С. 41–47.

  3. Кравченко А. В. Бытие человека и экология языка. Лингвистические парадигмы и лингводидактика. Материалы 10-й международной научно-практической конференции. — Иркутск, 2005. — С. 59–63.
  4. Иванова Е. В. Метафорическое моделирование в медийном экологическом дискурсе // Актуальные проблемы лингводидактики и лингвистики: сущность, концепции, перспективы. — Волгоград, 2009.
  5. Лихачев Д. С. Экология культуры. Прошлое — будущему. М.: Наука, 1985.
  6. Кислицына Н. Н. Эколингвистика — новое направление в языкознании. http://ecolinguistics.ru/index.php?sel=mat&id=32.

Основные термины: экологический дискурс, казахском языке, Медийный экологический дискурс, окружающей среды, казахского народа, охраны окружающей среды, экологический медийный дискурс, русском языке, наислабейший экологический дискурс, медийный экологический дискурс, «Экологический курьер», Похожая статья, «Экологического курьера», казахского народа розовые, газеты «Экологический курьер», современном русском языке, языке экологической составляющей, «Экологический дискурс, Межгосударственный экологический Совет, верхнего уровня Казахстана

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle