Библиографическое описание:

Погорелая Т. И. Теоретические и правовые основы осуществления судебной власти в Российской Федерации // Молодой ученый. — 2015. — №6. — С. 511-515.

Генезис судебной власти, ее исторические типы в современных исследованиях общей теории государства и права неизменно связаны с теорией разделения властей [1]. Данной теории более 300 лет и она ассоциируется со ставшими хорошо известными и узнаваемыми древними трибунами, мыслителями, философами, учеными-юристами. Идея разграничения видов деятельности различных государственных органов в самом общем виде высказывалась еще Платоном, Аристотелем, Полибием и др. Однако редко в юридической литературе отмечается роль Джона Лильберна (1618–1657 гг.) в становлении теории разделения властей. Между тем он — то и был одним из первых, кто выдвинул идею разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную с целью гарантии законности и предупреждения возможных злоупотреблений в государстве [2].

В первую очередь, судебная власть — это ветвь государственной власти. И хотя ученые в исследованиях, посвященных судебной власти, по-разному определяют ее сущность, однако отметим, что, прежде чем выразить свою точку зрения о судебной власти, следует предварительно рассмотреть позиции отдельных ученых. Так, одни ученые судебную власть определяют как совокупность судебных органов, а власть государственная, следовательно, есть обоснование. Они включают такие признаки, как характеристика судебной системы, принципы организации и деятельности судов, правовой статус судей, взаимоотношения суда с другими государственными органами [3]. Другие в основу характеризующих признаков судебной власти включают принцип функционирования, то есть выделяют деятельность суда по рассмотрению и разрешению в судебных заседаниях споров о праве [4]. Что касается мнения ученых в современных условиях, то, например, некоторые предлагают объединить эти два понятия и определить тем самым судебную власть как исключительные полномочия суда по разрешению возникших в обществе конфликтов с использованием специальной процедуры [5]. На мой взгляд, последний подход более оправдан.

В словаре С. Ожегова и Н. Шведовой власть определяется как «право и возможность распоряжаться кем-нибудь или чем-нибудь, подчинять своей воле» [6]. Такое грамматическое понимание согласуется с сущностью судебной власти, которая обладает возможностью принудительно воздействовать на поведение различных субъектов (физических и юридических лиц, органов государственной власти и их должностных лиц, и оказывать это не иначе как путем принятия обязательных к исполнению судебных решений посредством конституционного, гражданского и административного и уголовного судопроизводства (ч. 2 ст. 118 Конституции РФ).

Сущность судебной власти раскрывается через три характеризующих ее элемента: во-первых, судебная власть понимается как разновидность власти. Во-вторых, это одна из ветвей государственной власти. И в-третьих, судебная власть квалифицируется именно как судебная, что отличает ее от иных разновидностей государственной власти. Думается, что раскрытие сущностных признаков характеристики судебной власти через наличие исключительно только властных признаков явно будет недостаточным.

Устоявшееся выражение «ветвь власти», пожалуй, более точно характеризует судебную власть, поскольку судебная власть есть одна из ветвей единой неделимой государственной власти, что и будет являться неотъемлемой ее сущностной чертой. Вторую ее черту, возможно увязать исключительно с правом судить, разрешать спор, конфликт о праве. И, наконец, третья: предназначение судебной власти обеспечивать реализацию конституционной функции судебной защиты посредством восстановления нарушенных прав, ограждая при этом конституционные права и свободы личности от незаконных действий и решений.

Судебная власть как одна из ветвей государственной власти является средством управления обществом, в связи с чем, она может быть рассмотрена в различных аспектах. Например, как социально-политический феномен, судебная власть может быть представлена как обязательный атрибут политически организованного общества. В этом будет проявляться характеристика взаимоотношений государства, общества и личности. Если рассматривать судебную власть применительно к ее функционирующим основам, то этот вид государственной деятельности выступает непременно средством разрешения конфликтов правового характера, возникающих в обществе. А если же рассматривать судебную власть как государственно-правовой институт, то здесь налицо обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина, предопределяемое функциональным назначением судебной деятельности органа, наделенного властью по обеспечению защиты прав и свобод. Сегодня о судебной власти можно сказать, что в системе иных ветвей власти это самостоятельная и полновесная ветвь государственной власти в силу своего высокого статуса, компетентности, авторитетности. Именно она должна гарантировать обеспечение конституционных прав и свобод личности.

Ст. 118 Конституции РФ отражает, что судебная власть как одна из ветвей государственной власти осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Это означает, что судебная власть реализует себя посредством судопроизводства, то есть урегулированного процессуальным законом деятельности суда по конкретному делу, состоящей из разрешения дела по существу, а также в решении иных правовых вопросов, возникающих в ходе процессуальной деятельности по конкретному делу.

Как известно, в сферу действия судебной власти, например в уголовном судопроизводстве, вошли значительные по своему объему и последствиям правомочия суда по контролю за законностью действий органов исполнительной власти в досудебном производстве по уголовным делам. Судебный контроль в этом случае осуществляется посредством дачи судом разрешения на производство ряда процессуальных действий, способных нарушить или ограничить конституционные права и свободы граждан (ч. 2 ст. 29 УПК). Судебный контроль может иметь место и при рассмотрении жалоб граждан на незаконные действия (бездействие), о решении должностных лиц в досудебном производстве, если они нарушили предоставленные Конституцией РФ права и свободы граждан (ст. 125 УПК).

Проявление судебной власти в досудебном производстве по уголовным делам свидетельствует об усилении роли суда по защите прав и свобод личности.

Судебная власть — это особая форма государственно-властных отношений в сфере всех видов судопроизводства, а потому обращение в суд с жалобой кого-либо из участников процесса независимо от формы судопроизводства обязывает суд выполнить предусмотренные процессуальным законом соответствующие действия и принять соответственно решение.

Отечественная юридическая наука постоянно обращалась к теме судебной деятельности — правосудию, как к основной деятельности по рассмотрению и разрешению в судебных заседаниях уголовных и гражданских дел. Сегодня, когда развитие научной мысли идет в объеме тех перемен, которые происходят в государстве и обществе, то новым становится и такое понятие, как судебная власть, обладающая статусом самостоятельной и независимой ветви государственной власти. В этой связи принципиально новым является ее назначение: служить средством защиты прав и свобод человека, гражданина, обеспечивать верховенство права при разрешении правовых споров, конфликтов, развивать систему «сдержек и противовесов» во взаимоотношениях с органами законодательной и исполнительной власти и тем самым обеспечивать самоограничение государственной власти с помощью права. Это в равной степени относится также к производству дел любой формы судопроизводства.

С появлением категории «судебная власть» теперь уже в ее современном понимании и значении в правовой науке появилось много таких острых вопросов, которые требуют незамедлительного их изучения и осмысления.

Переосмысление роли суда в системе уголовной юстиции началось практически одновременно с началом судебно-правовой реформы в конце 80-х — начале 90-х гг. XX века. В литературе постоянно подчеркивалось, что в новом уголовно-процессуальном законодательстве должны быть исключены все рудименты обвинительной роли суда: право суда (судьи) возбуждать уголовные дела, обязанность суда, а не прокурора — обвинителя направлять подсудимому копию обвинительного заключения; обязанность суда восполнять пробелы предварительного расследования за счет самостоятельного поиска доказательств; оглашение судом обвинительного заключения; право суда вести первым допрос подсудимого и других участников судебного разбирательства; обязанность продолжать процесс при отказе прокурора и потерпевших от обвинения; обязанность направлять уголовные дела на доследование при неполноте расследования; право председателей вышестоящих судов приносить протесты против интересов осужденного по мотивам необоснованного оправдания, применения закона о менее тяжком преступлении, излишней мягкости наказания.

Последовательные решения, принятые Конституционным Судом РФ, о роли судебной власти выводят суд из общей системы правоохранительных органов. Суд не должен продолжать обвинительную деятельность (уголовное преследование), продолжая «бороться» с преступностью наряду с органами, предназначенными для этого. Именно в то время в литературе высказывалось и обосновывалось мнение о структурном изменении уголовной юстиции и о возложении задачи осуществления надзора за законностью расследования на суды, право на обжалование в суд действий и решений следователя до окончания расследования уголовных дел, санкционирование и проверку судом законности и обоснованности применения мер процессуального принуждения [7].

Демократический путь развития общества предполагает радикальную реформу судебной системы, повышение уровня правосознания и правовой культуры, совершенствование законодательства в части определения правового положения личности в различных сферах государственной деятельности, включая все формы судопроизводства. И хотя судебная реформа определила контуры разрешения проблем по организации и функционированию судебной власти, однако по мере решения таковых будут возникать и другие проблемы, которые также будут в достаточной степени значимы. Сегодня достаточно много ученых высказывают мнения и суждения относительно сущности судебного контроля. Да, судебный контроль действует как мера защищенного характера, обеспечивающая законность и обоснованность ограничения прав человека, и в этом его огромное предупредительно-охранительное назначение. Понятно, что внимание к нему сегодня достаточно обоснованно. Есть мнение, что судебный контроль за законностью решений следователя — нецелесообразная мера, его надо исключить из уголовного процесса. Наилучшим местом судебного контроля является, по мнению отдельных ученых, конституционный процесс [8].

Говоря о судебной защите как о функции судебной власти, можно отметить, что она может рассматриваться как система процессуальных правоотношений, в которых реализуется право лица на судебную защиту. Здесь возникновение таких правоотношений следует рассматривать через инициативу лица, обратившегося в суд, а именно эта инициатива и предполагает, что появляется обязанность суда рассмотреть такое обращение. Судебная защита — это, по сути, есть система действий судебных органов, связанных с рассмотрением и разрешением судом дел и соответственно последующего исполнения принятых решений, как в досудебном, так и судебном производстве. Поэтому под судебной защитой надлежит рассматривать как отдельное судебное действие — постановление приговора, решение по гражданскому иску, так и принятие мер обеспечения иска, применение или отмена мер пресечения, вынесение частного определения и т. д. В. А. Лазарева правильно пишет: "...выполняя различные процессуальные действия: исследуя доказательства, выслушивая показания и объяснения сторон, вынося решение, разрешая заявленные сторонами ходатайства, суд (судья) защищает права участников судебного разбирательства и обеспечивает им право на личное участие в правосудии, на использование предоставленных для этого полномочий» [9].

Положение ст. 18 Конституции РФ о том, что права и свободы человека и гражданина обеспечиваются правосудием, фактически означает, что они защищаются именно судом. Поэтому понятия правосудия и судебная защита тесно связаны между собой, но отнюдь они не взаимозаменяемы. Верно находит В. А. Лазарева, что правосудие есть способ осуществления судебной защиты, форма ее реализации. Понятие «правосудие» не исчерпывается, конечно же, судебной защитой. Судебная защита — сложное и многофакторное правовое явление. Государство, принявшее на себя обязанности признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, должно проявлять наибольшую заботу о создании достаточно развитой системы гарантий в целях обеспечения и реализации защиты прав и свобод человека и гражданина. В русле обеспечения судебной защиты должна действовать единая функция судебной власти, реализуемая посредством уголовного, гражданского, административного и конституционного судопроизводства, поскольку нарушения прав и свобод человека и гражданина предполагают одинаковые правовые средства защиты, независимо от характера и вида нарушения.

Судебное право в механизме исполнения принятой на себя государственной обязанности защищать права и свободы личности посредством судебной власти способно быть гарантом универсальной правовой защищенности личности.

Основным критерием для разделения права на отдельные отрасли является предмет правового регулирования, то есть регулируемые каждой отдельной отраслью права общественные отношения. Те общественные отношения, которые регулируются судебным правом, возникают в результате осуществления деятельности, связанной с рассмотрением органом судебной власти — судом и разрешением дел. Отсюда концепция судебного права предполагает соединение по существу в себе норм конституционного, гражданского, арбитражного, административного и уголовно-процессуального права. Суть проблемы составляет вопрос о характере связей между уголовно-процессуальным, гражданским процессуальным и судоустройственным правом, которые по мнению М. С. Строговича, являясь отдельными отраслями права, объединяются в более широкую комплексную отрасль права, в которой они, сохраняя самостоятельность и специфические черты и свойства отдельных отраслей права, связываются непосредственным отношением каждой из них к единой отрасли государственной деятельности — правосудию [10].

Во-первых, судебная власть, как можно констатировать, имеет реальное превосходство. В основе ее заложена как функция судебной власти судебная защита, которая имеет превосходную степень в сравнении с другими формами правозащиты; во-вторых, правосудие — это исключительная прерогатива судов; в-третьих, наличествует судебный контроль, который распространяется на акты других властей, обеспечивая конституционную защиту прав и свобод человека и гражданина на протяжении всего судопроизводства.

Судебная власть, будучи одной из основных отраслей государственной власти, осуществляемая самостоятельно и независимо от других форм и отраслей государственной власти посредством специальных органов судов, обладает правом исключительной монополии на эту власть.

Авторы монографии «Проблемы судебного права» писали: «Уголовный и гражданский процессы сближаются предметом правового регулирования, именно общественными отношениями, возникающими в процессе осуществления правосудия, тем самым мы называем общие элементы уголовного и гражданского процессов; там и здесь, как известно, есть суд и стороны, выступающие в качестве судебных процессуальных отношений; там и здесь деятельность протекает в определенных и притом во многих сходных процессуальных формах, в том и другом процессе эта деятельность приводит к основному моменту процесса — к решению» [11]. Сегодня нам предоставляется возможность дополнить еще одним важным элементом: это обеспечение функции судебной власти, судебной защиты прав и свобод человека и гражданина.

Если уголовно-процессуальное право — это совокупность норм, правил поведения, санкционированных государством и предназначенных для регламентации производства по уголовным делам, то сегодня конституционные основы судебной власти принципиально меняют идеологию уголовного судопроизводства и требуют нового подхода к исследованиям всей совокупности правовых норм, регламентирующих возникновение уголовно-процессуальных отношений, а также иных правоотношений, выходящих за эти рамки, но возникающих в сфере данного вида судопроизводства, например при нарушении гарантированных Конституцией РФ прав и свобод граждан.

В настоящее время действующий УПК предусматривает несколько видов судебных производств в досудебном производстве: в порядке ст. 125 УПК РФ «Судебный порядок рассмотрения жалоб», ст. 165 УПК РФ «Судебный порядок получения разрешения на производство следственного действия», ст. 448 УПК РФ. За пределами уголовно-процессуального законодательства остается ряд судебных производств, которые регламентируются, например, административным или гражданско-процессуальным законодательством (по делам лиц, не достигших к моменту совершения деяния возраста, с которого наступает уголовная ответственность, по жалобам на действия оперативно-розыскных служб и других должностных лиц). Эти правоотношения между субъектами права не являются уголовно-процессуальными, они вытекают из сферы функции судебной власти, и в этой связи, как нам представляется, должен быть найден механизм взаимосвязи осуществления судебной власти во всех видах судопроизводства.

Уголовно-процессуальное право в настоящее время должно обеспечивать формы осуществления судебной власти и в досудебном производстве. Судебная власть реализуется, как пишет М. А. Устинов, не только после окончания расследования, но и в досудебных стадиях в форме судебного контроля [12]. Именно конституционный уровень регулирования позволил реально воплотить идею о верховенстве суда как гаранта режима законности и охраны прав граждан в уголовном судопроизводстве, последовательное воплощение провозглашенного Конституцией РФ права граждан на судебную защиту от незаконных действий любых государственных органов, должностных лиц позволило сформулировать запрет на ограничение ряда конституционных прав граждан (ч. 3 ст. 56, ч. 1 ст. 125 УПК РФ). Государство должно создавать такой механизм защиты прав и свобод человека, который мог бы укрепить правовую защищенность граждан. Освобождение суда от несвойственной ему функции обвинения в условиях состязательности явилось важнейшим этапом в реализации судебно-правовой реформы. Решение этих вопросов на уровне конституционного контроля обеспечит судебную защиту прав личности по уголовным делам и исключение из законодательства многих недемократических форм процессуального контроля: возбуждение уголовного дела судом по своему усмотрению; возвращение дела судом на дополнительное расследование; рассмотрение уголовного дела при отказе прокурора от государственного обвинения.

Подведя итог исследованию, относящемуся к механизму реализации судебной власти посредством судебного права, думается, что необходимо сформулировать следующие выводы, имеющие исходные для анализа данные:

1.      Деятельность суда как органа государственной власти должна основываться исключительно на праве, без которого она не может быть правосудием.

2.      Судебной власти принадлежит первостепенная роль в процессе становления, обеспечения, реализации гарантированности права как специфического феномена демократического гражданского общества и правового государства.

3.      Суд как орган самостоятельной и независимой судебной власти подчинен праву, следует ему и укрепляет силу правового государства.

4.      Взаимодействие судебной власти и права должно занимать центральное место в новой, современной правовой концепции.

5.      Правовая судебная власть это необходимый атрибут демократического гражданского общества и правового государства, а потому возрастающая его роль должна формироваться по мере укрепления и выражения подлинных интересов общества и его граждан.

6.      Качество и свойство прав формируются и утверждаются под воздействием судебной власти. Судебная власть, в свою очередь, развивается и функционирует в пределах правового пространства (правового поля).

Современное законодательство о судебной системе, о статусе судей, уголовно-процессуальное и гражданско-процессуальное законодательство, об административной юстиции подтверждает существование совокупности судебно-правовых норм, выраженных в нескольких кодифицированных законах.

 

Литература:

 

1.      Марченко М. Н. Разделение властей в государственном механизме // Теория государств и права: Учебник. Изд. второе, перераб. и доп. М., 2004. С. 362–364; Мурадьян Э. М. Истина как проблема судебного права. М., 2004. С. 26–27; Воскобитова Л. А. Сущностные характеристики судебной власти. Монография. Ставрополь, 2003. С. 30–32; Лазарева В. А. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара, 1999. С. 15.

2.      Лильберн Дж. Памфлеты. Соглашение свободного народа Англии. М., 1937. С. 107–119.

3.      Фойницкий Н. Я. Указ. соч. Т. 1. С. 158; Витрук Н. В. Конституционное правосудие. Судебное конституционное право и процесс. М., 1998. С. 11; Черемных Г. Г. Судебная власть в механизме разделения властей и защите прав и свобод человека и гражданина // Государство и право. 1997. N 8. С. 49.

4.      Общая теория государства и права / Под ред. В. В. Лазарева. М., 1994. 284 с.; Гуценко К. Ф., Коваль М. А. Правоохранительные органы. М.: Бек, 1995. С. 33.

5.      Лазарева В. А. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара, 1999. С. 9.

6.      Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1999. С. 858.

7.      Морщакова Т. Г. Судебная реформа // Сборник обзоров. М., 1990. С. 24.

8.      Свиридов М. К. Соотношение функций разрешения уголовных дел и судебного контроля в деятельности суда // Правовые проблемы укрепления Российской государственности. Выпуск 7. Томск, 2001. С. 5–6.

9.      Лазарева В. А. Теория и практика судебной защиты в уголовном процессе. С. 28.

10.  Строгович М. С. Судебное право: предмет, система, наука // Советское государство и право. 1979. N 12. С. 58.

11.  Полянский Н. Н., Строгович М. С., Савицкий В. М., Мельников А. А. Указ. соч. С. 17–18.

12.  Устинов М. А. Судебный контроль на стадии предварительного расследования. Автореф. дис.. канд. юрид. наук. Саранск, 1999.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle