Судебный контроль на досудебном производстве по уголовным делам | Статья в сборнике международной научной конференции

Библиографическое описание:

Яценко С. С., Иванченко Е. А. Судебный контроль на досудебном производстве по уголовным делам [Текст] // Право: современные тенденции: материалы IV Междунар. науч. конф. (г. Краснодар, февраль 2017 г.). — Краснодар: Новация, 2017. — С. 98-101. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/225/11650/ (дата обращения: 25.06.2018).



Судебныйконтрольнадосудебномпроизводствепоуголовнымделам

Яценко Софья Сергеевна, студент;

Иванченко Елена Анатольевна, кандидат юридических наук, доцент

Северо-Кавказский федеральный университет (г. Ставрополь)

Исследование особенностей и выяснение перспектив совершенствования судебного контроля за деятельностью в контексте решения задач по утверждению принципов законности и верховенства права в правоприменении является чрезвычайно актуальным. В России продолжает осуществляться судебная реформа, одним из главных направлений которой по сей день остается определение места и роли суда в уголовном судопроизводстве. Пересмотр процессуального положения данного участника уголовного судопроизводства, наделение его функцией независимого, беспристрастного арбитра в споре между двумя противоборствующими сторонами, исключение обвинительного уклона в его деятельности, введение в отечественное уголовное судопроизводство полномасштабного института судебного контроля поспособствовали превращению законодателем суда в главную фигуру уголовного процесса (в том числе и на досудебном производстве), что повлекло за собой основательное изменение функциональной модели деятельности всех участников. Кроме того, осуществленное законодателем преобразование полномочий суда явилось весомой гарантией охраны прав личности, вовлеченной в уголовный процесс, и обеспечило надежный и эффективный механизм защиты предоставленных прав и свобод и их действительное реальное осуществление.

Суд дает оценку фактическим материалам, полученным органом предварительного расследования. Предварительное расследование проводится до суда и для суда. Выводы органов обвинения, изложенные в обвинительном заключении, должны иметь для суда значение одной из версий совершенного преступления. В связи с этим деятельность по расследованию преступлений или должна осуществляться от имени судебной власти, или суд должен обладать правом осуществления контроля за ней.

Уголовно-процессуальная деятельность суда в функциональном отношении сегодня, на наш взгляд, представлена двумя этапами: 1) реализацией судебного контроля на досудебном производстве и 2) осуществлением функций разрешения уголовного дела и судебного контроля в судебных стадиях российского уголовного процесса. Вместе с тем, вопрос соотношения функций разрешения уголовного дела и судебного контроля на досудебном производстве главного участника уголовного процесса остается открытым [1].

Функция разрешения уголовного дела, представляющая собой деятельность суда по проверке и оценке собранных по делу доказательств и принятию решения по вопросу о виновности и ответственности лица, предполагает независимость и беспристрастность. Вынести справедливое, основанное на законе решение, руководствуясь внутренним убеждением о виновности или невиновности лица, совершившего преступление, и назначить справедливое наказание или принять меры к реабилитации невиновного, суд может только будучи независимым и беспристрастным.

Одновременно с этим суд сегодня участвует в досудебном производстве для того, чтобы обеспечить конституционные права участников процесса, защитить их от необоснованных действий и решений внесудебных органов и незамедлительно восстановить нарушенные права и свободы. Данное направление деятельности суда именуется судебным контролем и уже не вызывает практически ни у кого сомнений в том, что это самостоятельная функция, однако ее реализация, как представляется, не вполне согласуется с независимостью и беспристрастностью суда при вынесении им приговора.

Положение, при котором досудебная подготовка дела проводится органами исполнительной власти, самостоятельными и действующими независимо от власти судебной, не способствует реализации на этой стадии основных принципов правосудия, в частности такого, как принципы состязательности, непосредственности и пр. [4].

Некоторые следственные действия, проводимые органами предварительного расследования (обыск, осмотр места происшествия и пр.), не могут быть воспроизведены в ходе судебного следствия, что делает их уникальными и неповторимыми. оценка судом доказательств, полученных в результате проведения таких действий в виде протоколов следственных действий, производится с учетом их свойств: относи-мости, допустимости, достоверности и достаточности. В идеале же судебная власть в лице судебного следователя (следственного судьи) должна сама проводить эти следственные действия. Именно судебная процедура (в рамках судебного контроля) позволяет сведениям, собранным в ходе досудебного производства, получить судебную форму, то есть сделать их судебным фактом (еще до начала судебного разбирательства).

Расширение сферы судебного контроля необходимо в целях обеспечения законности расследования, развития состязательности предварительного следствия, предоставления участникам процесса реальных возможностей по отстаиванию своих интересов. В связи с расширением сферы судебного контроля в предварительном следствии возникает вопрос о соответствии контрольных полномочий суда функции правосудия.

Судебный контроль за досудебным производством в российском уголовном процессе осуществляется в нескольких формах (направлениях):

– принятие судом решений, связанных с ограничением свободы лица (п.п. 1–3 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

– принятие судом решений о производстве отдельных следственных действий (п.п. 4–12 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

– обжалование действий и решений органов предварительного расследования и прокурора (ч. 3 ст. 29 УПК РФ).

В теории уголовного процесса учеными выделяются и другие направления, в частности:

– производство в отношении отдельных категорий лиц (ст. 448–450 УПК РФ);

– проверка законности и обоснованности решения о выдаче лица при осуществлении международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства (ст. 463 УПК РФ).

По мнению многих авторитетных ученых-процессуалистов, существо судебного контроля состоит в собирании, проверке и оценке совокупности доказательств [2, c. 162, 164]. Любая из форм «судебного контроля так или иначе связана с разрешением правового спора сторон. Необходимость законного и обоснованного разрешения возникающего конфликта как специфической формы защиты нарушенных или оспариваемых прав является не только необходимым, но и существенным признаком как правосудия в суде первой инстанции, так и судебного контроля [1].

Большинство современных авторитетных исследователей также уверены, что включенность судьи в оценку доказательств, собранных стороной обвинения, представляет серьезную опасность, ставящую под сомнение беспристрастность рассмотрения и разрешения им уголовного дела, так как судья, устанавливающий основания для ареста подозреваемого, обвиняемого не может не предрешать вопроса о его виновности.

Таким образом, осуществляя судебный контроль, путем принятия решений, связанных с ограничением свободы лица, судья неизбежно формирует свое убеждение в вопросе виновности (невиновности) последнего. «Судья должен удовлетворять ходатайство об аресте или продление срока содержания под стражей только при твердом убеждении в виновности подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления. Это убеждение должно базироваться на достаточных доказательствах его виновности в представленных органом предварительного следствия материалах», — утверждает практикующий судья. Единственное, что не вправе делать суд, так это излагать свои суждения по этому поводу устно или письменно (т. е. «входить в обсуждение» данного вопроса)4. Вместе с тем, не решив для себя этот важный вопрос, судья не сможет объективно оценить законность и обоснованность состоявшегося (как и предстоящего) решения об избрании данной меры пресечения [2].

Вместе с тем, представители судейского корпуса утверждают, что проблема совместимости судебного контроля в досудебном производстве с независимостью, беспристрастностью судей в последующих стадиях уголовного процесса носит теоретический характер, является гипотетической и реально не представляет серьезной «угрозы» для уголовного правосудия. Суд оценивает представленные ему доказательства через призму их достаточности для ответа на вопросы: 1) имело ли место преступление; 2) имеются ли в материалах уголовного дела доказательства, подтверждающие факт, что оно совершено лицом, о необходимости ареста которого говорится в ходатайстве. Заключение подозреваемого, обвиняемого под стражу не является основанием для высказывания суждений об их виновности в совершении конкретного преступления.

Однако, представляется, что проблема столь некритичного отношения со стороны судей к совместимости контрольных полномочий суда и разрешения им дела в дальнейшем кроется в том, что непосредственного исследования материалов уголовного дела и иных представленных сторонами сведений для установления причастности лица к преступлению, как правило, не происходит.

В ходе осуществления судебной реформы предлагалось установить прямой судебный контроль за законностью и обоснованностью реально осуществляемых действий и решений органов предварительного расследования, создающих возможность ограничения прав и свобод граждан, но при этом Концепция судебной реформы разграничивала полномочия судов. В частности, предполагалось, что контрольные функции там, где под угрозу ставятся свободы и права человека, возьмут на себя специализированные мировые суды, во всех остальных случаях правосудие будет осуществляться в «чистом виде» [3]. Законодатель несколько отошел от данной идеи и на суд оказалась возложена реализация во многом дисгармонирующих между собой уголовно-процессуальных функций — судебного контроля на досудебном производстве и разрешения уголовного дела в судебных стадиях процесса.

Вместе с тем, необходимо отметить, что законодатель изначально указал правоприменителю на невозможность принятия судом диаметрально противоположных, порой даже взаимоисключающих, несовместимых решений в рамках двух основных производств. В ст. 63 УПК РФ присутствовал прямой запрет судье рассматривать дело по существу при условии, что он принимал решение в порядке контрольной деятельности на досудебном производстве. Впоследствии же данный запрет (2002 г.) был снят. Что заставило законодателя отказаться от совершенно справедливого нормативного закрепления положения об устранении суда от участия в рассмотрении дела, независимо от характера и объема действий, которые совершались, вполне понятно. Одна из причин этого — существование в России так называемых одно-, и двухсоставных судов, в которых работают по 1–2 судьи (в стране более 1/3 таких судов) и они будут парализованы в случае восстановления данной нормы, тогда как необходимость ее присутствия среди норм УПК РФ очевидна. В сложившейся ситуации председатели судов общей юрисдикции вынуждены организовывать работу судей таким образом, чтобы ограничить рассмотрение одними и теми же судьями вопросов в порядке ст. ст. 108–109, 125, 165 УПК РФ и уголовных дел по существу.

Практика Европейского Суда относительно возможности судей рассматривать уголовные дела по существу, если они принимали какие-либо решения на досудебных стадиях, показывает, что устранение судьи от дела зависит от двух обстоятельств: 1) степени участия судьи в досудебном производстве и 2) доверии в этих случаях к суду сторон. Главным критерием оценки выступает то, насколько его (суда) предыдущие действия и решения могут повлиять на объективность и беспристрастность при разрешении уголовного дела по существу.

В перспективе ввести должность следственного судьи для реализации функции судебного контроля по таким направлениям, как: принятие решений, связанных с ограничением свободы лица; обжалование действий и решений органов предварительного расследования и прокурора; производство в отношении отдельных категорий лиц.

Таким образом, осуществление функции судебного контроля за досудебным производством следственным судьей путем обеспечения конституционных прав и свобод участников процесса, защиты их от необоснованных действий и решений внесудебных органов, незамедлительного восстановления нарушенных прав и свобод, а также придания юридической силы правомерным решениям и действиям органов уголовного преследования создаст условия для беспрепятственного и беспристрастного разрешения уголовного дела судом.

В заключении хотелось бы акцентировать внимание на то, что судебный контроль в досудебном расследовании является формой осуществления правосудия с применением всех правовых норм и актов, направленных на защиту конституционных прав граждан. Суд, рассматривая жалобы, обеспечивает защиту интересов каждого участника уголовного процесса, даёт доступ к материалам предоставленного дела, позволяет независимо от своего статуса пользоваться юридической защитой, быть выслушанным, обжаловать принятые решения, вступившие и не вступившие в законную силу.

Литература:

  1. Бабенко А., Яблоков В. Судебный контроль за предварительным расследованием необходимо расширить // Российская юстиция. — 2014. — № 6.
  2. Багаутдинов Ф. Н. О содержании судебного контроля на предварительном следствии // Журнал российского права. — 2013. — № 12.
  3. Багаутдинов Ф. Н. Состояние и перспективы судебного контроля // Российская юстиция. — 2015. — № 3.
  4. Маркова А. Ю. Контроль органов судебной власти в Российской Федерации // Молодой ученый. — 2016. — № 8. — С. 756–759.
Основные термины (генерируются автоматически): судебный контроль, досудебное производство, РФ, предварительное расследование, суд, уголовный процесс, решение, судебная реформа, предварительное следствие, следственный судья.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос