Библиографическое описание:

Яценко С. С., Иванченко Е. А. Судебный контроль на досудебном производстве по уголовным делам [Текст] // Право: современные тенденции: материалы IV Междунар. науч. конф. (г. Краснодар, февраль 2017 г.). — Краснодар: Новация, 2017. — С. 98-101. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/225/11650/ (дата обращения: 17.12.2017).



Судебныйконтрольнадосудебномпроизводствепоуголовнымделам

Яценко Софья Сергеевна, студент;

Иванченко Елена Анатольевна, кандидат юридических наук, доцент

Северо-Кавказский федеральный университет (г. Ставрополь)

Исследование особенностей и выяснение перспектив совершенствования судебного контроля за деятельностью в контексте решения задач по утверждению принципов законности и верховенства права в правоприменении является чрезвычайно актуальным. В России продолжает осуществляться судебная реформа, одним из главных направлений которой по сей день остается определение места и роли суда в уголовном судопроизводстве. Пересмотр процессуального положения данного участника уголовного судопроизводства, наделение его функцией независимого, беспристрастного арбитра в споре между двумя противоборствующими сторонами, исключение обвинительного уклона в его деятельности, введение в отечественное уголовное судопроизводство полномасштабного института судебного контроля поспособствовали превращению законодателем суда в главную фигуру уголовного процесса (в том числе и на досудебном производстве), что повлекло за собой основательное изменение функциональной модели деятельности всех участников. Кроме того, осуществленное законодателем преобразование полномочий суда явилось весомой гарантией охраны прав личности, вовлеченной в уголовный процесс, и обеспечило надежный и эффективный механизм защиты предоставленных прав и свобод и их действительное реальное осуществление.

Суд дает оценку фактическим материалам, полученным органом предварительного расследования. Предварительное расследование проводится до суда и для суда. Выводы органов обвинения, изложенные в обвинительном заключении, должны иметь для суда значение одной из версий совершенного преступления. В связи с этим деятельность по расследованию преступлений или должна осуществляться от имени судебной власти, или суд должен обладать правом осуществления контроля за ней.

Уголовно-процессуальная деятельность суда в функциональном отношении сегодня, на наш взгляд, представлена двумя этапами: 1) реализацией судебного контроля на досудебном производстве и 2) осуществлением функций разрешения уголовного дела и судебного контроля в судебных стадиях российского уголовного процесса. Вместе с тем, вопрос соотношения функций разрешения уголовного дела и судебного контроля на досудебном производстве главного участника уголовного процесса остается открытым [1].

Функция разрешения уголовного дела, представляющая собой деятельность суда по проверке и оценке собранных по делу доказательств и принятию решения по вопросу о виновности и ответственности лица, предполагает независимость и беспристрастность. Вынести справедливое, основанное на законе решение, руководствуясь внутренним убеждением о виновности или невиновности лица, совершившего преступление, и назначить справедливое наказание или принять меры к реабилитации невиновного, суд может только будучи независимым и беспристрастным.

Одновременно с этим суд сегодня участвует в досудебном производстве для того, чтобы обеспечить конституционные права участников процесса, защитить их от необоснованных действий и решений внесудебных органов и незамедлительно восстановить нарушенные права и свободы. Данное направление деятельности суда именуется судебным контролем и уже не вызывает практически ни у кого сомнений в том, что это самостоятельная функция, однако ее реализация, как представляется, не вполне согласуется с независимостью и беспристрастностью суда при вынесении им приговора.

Положение, при котором досудебная подготовка дела проводится органами исполнительной власти, самостоятельными и действующими независимо от власти судебной, не способствует реализации на этой стадии основных принципов правосудия, в частности такого, как принципы состязательности, непосредственности и пр. [4].

Некоторые следственные действия, проводимые органами предварительного расследования (обыск, осмотр места происшествия и пр.), не могут быть воспроизведены в ходе судебного следствия, что делает их уникальными и неповторимыми. оценка судом доказательств, полученных в результате проведения таких действий в виде протоколов следственных действий, производится с учетом их свойств: относи-мости, допустимости, достоверности и достаточности. В идеале же судебная власть в лице судебного следователя (следственного судьи) должна сама проводить эти следственные действия. Именно судебная процедура (в рамках судебного контроля) позволяет сведениям, собранным в ходе досудебного производства, получить судебную форму, то есть сделать их судебным фактом (еще до начала судебного разбирательства).

Расширение сферы судебного контроля необходимо в целях обеспечения законности расследования, развития состязательности предварительного следствия, предоставления участникам процесса реальных возможностей по отстаиванию своих интересов. В связи с расширением сферы судебного контроля в предварительном следствии возникает вопрос о соответствии контрольных полномочий суда функции правосудия.

Судебный контроль за досудебным производством в российском уголовном процессе осуществляется в нескольких формах (направлениях):

– принятие судом решений, связанных с ограничением свободы лица (п.п. 1–3 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

– принятие судом решений о производстве отдельных следственных действий (п.п. 4–12 ч. 2 ст. 29 УПК РФ);

– обжалование действий и решений органов предварительного расследования и прокурора (ч. 3 ст. 29 УПК РФ).

В теории уголовного процесса учеными выделяются и другие направления, в частности:

– производство в отношении отдельных категорий лиц (ст. 448–450 УПК РФ);

– проверка законности и обоснованности решения о выдаче лица при осуществлении международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства (ст. 463 УПК РФ).

По мнению многих авторитетных ученых-процессуалистов, существо судебного контроля состоит в собирании, проверке и оценке совокупности доказательств [2, c. 162, 164]. Любая из форм «судебного контроля так или иначе связана с разрешением правового спора сторон. Необходимость законного и обоснованного разрешения возникающего конфликта как специфической формы защиты нарушенных или оспариваемых прав является не только необходимым, но и существенным признаком как правосудия в суде первой инстанции, так и судебного контроля [1].

Большинство современных авторитетных исследователей также уверены, что включенность судьи в оценку доказательств, собранных стороной обвинения, представляет серьезную опасность, ставящую под сомнение беспристрастность рассмотрения и разрешения им уголовного дела, так как судья, устанавливающий основания для ареста подозреваемого, обвиняемого не может не предрешать вопроса о его виновности.

Таким образом, осуществляя судебный контроль, путем принятия решений, связанных с ограничением свободы лица, судья неизбежно формирует свое убеждение в вопросе виновности (невиновности) последнего. «Судья должен удовлетворять ходатайство об аресте или продление срока содержания под стражей только при твердом убеждении в виновности подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления. Это убеждение должно базироваться на достаточных доказательствах его виновности в представленных органом предварительного следствия материалах», — утверждает практикующий судья. Единственное, что не вправе делать суд, так это излагать свои суждения по этому поводу устно или письменно (т. е. «входить в обсуждение» данного вопроса)4. Вместе с тем, не решив для себя этот важный вопрос, судья не сможет объективно оценить законность и обоснованность состоявшегося (как и предстоящего) решения об избрании данной меры пресечения [2].

Вместе с тем, представители судейского корпуса утверждают, что проблема совместимости судебного контроля в досудебном производстве с независимостью, беспристрастностью судей в последующих стадиях уголовного процесса носит теоретический характер, является гипотетической и реально не представляет серьезной «угрозы» для уголовного правосудия. Суд оценивает представленные ему доказательства через призму их достаточности для ответа на вопросы: 1) имело ли место преступление; 2) имеются ли в материалах уголовного дела доказательства, подтверждающие факт, что оно совершено лицом, о необходимости ареста которого говорится в ходатайстве. Заключение подозреваемого, обвиняемого под стражу не является основанием для высказывания суждений об их виновности в совершении конкретного преступления.

Однако, представляется, что проблема столь некритичного отношения со стороны судей к совместимости контрольных полномочий суда и разрешения им дела в дальнейшем кроется в том, что непосредственного исследования материалов уголовного дела и иных представленных сторонами сведений для установления причастности лица к преступлению, как правило, не происходит.

В ходе осуществления судебной реформы предлагалось установить прямой судебный контроль за законностью и обоснованностью реально осуществляемых действий и решений органов предварительного расследования, создающих возможность ограничения прав и свобод граждан, но при этом Концепция судебной реформы разграничивала полномочия судов. В частности, предполагалось, что контрольные функции там, где под угрозу ставятся свободы и права человека, возьмут на себя специализированные мировые суды, во всех остальных случаях правосудие будет осуществляться в «чистом виде» [3]. Законодатель несколько отошел от данной идеи и на суд оказалась возложена реализация во многом дисгармонирующих между собой уголовно-процессуальных функций — судебного контроля на досудебном производстве и разрешения уголовного дела в судебных стадиях процесса.

Вместе с тем, необходимо отметить, что законодатель изначально указал правоприменителю на невозможность принятия судом диаметрально противоположных, порой даже взаимоисключающих, несовместимых решений в рамках двух основных производств. В ст. 63 УПК РФ присутствовал прямой запрет судье рассматривать дело по существу при условии, что он принимал решение в порядке контрольной деятельности на досудебном производстве. Впоследствии же данный запрет (2002 г.) был снят. Что заставило законодателя отказаться от совершенно справедливого нормативного закрепления положения об устранении суда от участия в рассмотрении дела, независимо от характера и объема действий, которые совершались, вполне понятно. Одна из причин этого — существование в России так называемых одно-, и двухсоставных судов, в которых работают по 1–2 судьи (в стране более 1/3 таких судов) и они будут парализованы в случае восстановления данной нормы, тогда как необходимость ее присутствия среди норм УПК РФ очевидна. В сложившейся ситуации председатели судов общей юрисдикции вынуждены организовывать работу судей таким образом, чтобы ограничить рассмотрение одними и теми же судьями вопросов в порядке ст. ст. 108–109, 125, 165 УПК РФ и уголовных дел по существу.

Практика Европейского Суда относительно возможности судей рассматривать уголовные дела по существу, если они принимали какие-либо решения на досудебных стадиях, показывает, что устранение судьи от дела зависит от двух обстоятельств: 1) степени участия судьи в досудебном производстве и 2) доверии в этих случаях к суду сторон. Главным критерием оценки выступает то, насколько его (суда) предыдущие действия и решения могут повлиять на объективность и беспристрастность при разрешении уголовного дела по существу.

В перспективе ввести должность следственного судьи для реализации функции судебного контроля по таким направлениям, как: принятие решений, связанных с ограничением свободы лица; обжалование действий и решений органов предварительного расследования и прокурора; производство в отношении отдельных категорий лиц.

Таким образом, осуществление функции судебного контроля за досудебным производством следственным судьей путем обеспечения конституционных прав и свобод участников процесса, защиты их от необоснованных действий и решений внесудебных органов, незамедлительного восстановления нарушенных прав и свобод, а также придания юридической силы правомерным решениям и действиям органов уголовного преследования создаст условия для беспрепятственного и беспристрастного разрешения уголовного дела судом.

В заключении хотелось бы акцентировать внимание на то, что судебный контроль в досудебном расследовании является формой осуществления правосудия с применением всех правовых норм и актов, направленных на защиту конституционных прав граждан. Суд, рассматривая жалобы, обеспечивает защиту интересов каждого участника уголовного процесса, даёт доступ к материалам предоставленного дела, позволяет независимо от своего статуса пользоваться юридической защитой, быть выслушанным, обжаловать принятые решения, вступившие и не вступившие в законную силу.

Литература:

  1. Бабенко А., Яблоков В. Судебный контроль за предварительным расследованием необходимо расширить // Российская юстиция. — 2014. — № 6.
  2. Багаутдинов Ф. Н. О содержании судебного контроля на предварительном следствии // Журнал российского права. — 2013. — № 12.
  3. Багаутдинов Ф. Н. Состояние и перспективы судебного контроля // Российская юстиция. — 2015. — № 3.
  4. Маркова А. Ю. Контроль органов судебной власти в Российской Федерации // Молодой ученый. — 2016. — № 8. — С. 756–759.
Основные термины (генерируются автоматически): судебного контроля, уголовного дела, досудебном производстве, УПК РФ, разрешения уголовного дела, уголовного процесса, предварительного расследования, органов предварительного расследования, решений органов предварительного, ограничением свободы лица, участника уголовного, сферы судебного контроля, участника уголовного процесса, функции судебного контроля, функций разрешения уголовного, полномочий суда, контрольных полномочий суда, уголовного судопроизводства, уголовного дела судом, совершенствования судебного контроля.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос