Социальная обусловленность уголовно-правового запрета — это фундаментальная категория уголовного права, выражающая соответствие криминализации деяния потребностям общества на определенном историческом этапе развития. Социальная природа определенного деяния выражает значимость тех общественных отношений, которые защищаются уголовным законом на данном этапе исторического развития. Несмотря на то, что похищение человека входит в разряд древнейших преступных деяний, которые были известны человечеству издревле, его социальная природа претерпела глубокую эволюцию.
Проблема социальной природы уголовной ответственности за похищение человека имеет не только теоретическое, но и важное практическое значение, поскольку именно социальная структура и традиционная составляющая общественного строя определяют правовую регламентацию преступлений против личности. А похищение человека — это, безусловно, преступление против личности.
Понимание исторических закономерностей развития института социализации уголовной ответственности за похищение человека позволяет принимать решения о совершенствовании действующего законодательства.
Цель статьи — раскрыть социальную природу уголовной ответственности за похищение человека на основе исследования трансформации социальных предпосылок криминализации данного деяния на различных этапах развития общества.
Социальная обусловленность уголовно-правовой нормы –это объективная необходимость ее существования в соответствии с потребностями общества. Обобщив теоретические источники, можно сделать вывод, что социальная обусловленность уголовно-правовой охраны общественных отношений, интересов и благ –это совокупность социальных, криминологически значимых факторов, которые и делают необходимым установление уголовной ответственности за определенные деяния. По мнению ряда авторов, социальная обусловленность в уголовном праве-это категория, выражающая совокупность уголовно-правового запрета, уголовно-правового положения и уголовной ответственности [6, с. 278].
Можно выделить несколько аспектов социальной обусловленности уголовного наказания применительно к похищению человека, а именно: общественную опасность деяния, распространенность деяния, социальные ожидания и соответствие системы социальных ценностей [3, с. 16]. Так, общественная опасность деяния –похищение человека выражается в нанесении существенного вреда охраняемым общественным отношениям, а потребность общества в защите его ценностей выражена в общественном правосознании.
Похищение человека, безусловно, относится к опасным деяниям, и квалифицируется уголовным законодательством Российской Федерации, как преступление против свободы. Однако социальная природа данного деяния не одинакова на разных этапах исторического развития общества.
В период Древней Руси похищение человека упоминалось в контексте защиты имущественных интересов, при этом наказание за похищение холопа было выше, чем за его убийство [1, с. 104]. Такое соотношение санкций выражает социальную природу ответственности на данном историческом этапе, когда свободы личности как самостоятельной социальной ценности еще не сформировалось, а именно: холоп –это объект собственности, а его похищение наносит ущерб прежде всего владельцу, а не ему самому.
На историческом этапе существования Московского государства произошло усиление ответственности и постепенная персонализация защиты. Так, судебник Ивана III 1497 года устанавливал в качестве ответственности за похищение человека с целью его последующей продажи в холопы, а Судебник Ивана IV 1550 года уже вводил смертную казнь за то же деяние [1, с. 105]. Основной причиной усиления наказания было предотвращение роста таких деяний, так как предыдущие меры не достигали требуемого эффекта.
Соборное уложение Алексея Михайловича 1649 года впервые устанавливало ответственность за похищение человека, выражая именно защиту его физической свободы и свободы передвижения [1, с. 105]. Но норма распространялась не на все население, а только на свободных женщин, поэтому можно сделать вывод, что социальная защита оставалась ограниченной сословным делением общества.
В эпоху правления Петра I был издан Артикул Воинский (1715 год), который впервые устанавливал ответственность за похищение человека с целью его продажи, независимо от пола [5, с. 15]. С точки зрения трансформации социальной обусловленности уголовного наказания за похищение человека это означает универсализацию защиты физической свободы человека в независимости его пола и сословной принадлежности.
Изменение уголовного законодательства после 1861 года, в связи с отменой крепостного права привело к существенным сдвигам в социальной обусловленности уголовно-правовой охраны общественных интересов. Так, любое похищение человека перестало рассматриваться как преступление против собственности. Одной из основных причин столь масштабных изменений в уголовном праве стала не менее масштабная социальная трансформация. В составе преступлений значительно выросло число похищений, особенно детей с корыстной целью. И уже в Уложении о наказаниях 1866 года, а затем и 1885 года похищение свободного человека и его продажа трактовались как нарушение личных и семейных прав [1, с. 106]. Ключевым событием этой трансформации стало принятие Уголовного уложения 1903 года, в котором была самостоятельная глава о преступных деяниях против личной свободы. Тем самым, к концу XIX столетия социальная природа ответственности за похищение человека окончательно трансформировалась в направлении охраны личной свободы человека как самостоятельной общественной ценности.
Уголовный кодекс РСФСР 1922 года, как первый кодифицированный уголовно-правовой акт, закрепил ответственность только за похищение детей. Уголовный кодекс РСФСР 1926 года предусматривал уже состав похищения ребенка и женщин, что было связано прежде всего, с искоренением национально-религиозных обычаев.
Даже в Уголовном кодексе РСФСР 1960 года нормы о похищении человека не было, но была ответственность за незаконное лишение свободы. Как самостоятельное преступление данный кодекс предусматривал только похищение женщины с целью вступления с нею в брак [4, с. 376]. Необходимо отметить, что причиной отсутствия нормы о похищении человека в уголовном праве в советский период было вызвано скорее идеологическими факторами.
Распад СССР сопровождался ростом криминализации, в том числе и количества похищений человека с корыстной целью, что потребовало принятия незамедлительных мер. В этой связи в 1993 году в Уголовный кодекс РСФСР 1960 года были внесены изменения, а именно: статья 125.1, предусматривающая уголовную ответственность за похищение человека [6, с.279].
Впоследствии в 1996 году уголовная ответственность за похищение человека получила развитие в новом Уголовном кодексе РФ. Статья 126 Уголовного кодекса 1996 года установила, что непосредственным объектом похищения человека выступает личная свобода похищенного лица. При этом возраст, социальный статус, пол, дееспособность похищаемого лица правового значения для квалификации деяния не имеют [2, с. 115].
Таким образом, проведенный ретроспективно-правовой анализ позволяет выделить ряд ключевых тенденций эволюции социальной природы уголовной ответственности за похищение человека:
– переход от охраны имущественных интересов к защите личной свободы;
– универсализация защиты, то есть независимость защиты от социального статуса;
– социальная обусловленность криминализации похищения человека определяется конкретными историческими условиями;
– социальная природа является выразителем системы ценностей общества на каждом историческом этапе.
Современная социальная обусловленность уголовной ответственности за похищение человека основана на признании Конституцией РФ наивысшей ценностью человека и его жизнь. В этой связи уголовно-правовая охрана личной свободы является механизмом реализации конституционных гарантий прав и свобод человека.
Литература:
- Алексеева, Е. П. История развития отечественного законодательства об ответственности за похищение человека / Е. П. Алексеева. — Текст: непосредственный // Актуальные проблемы современной науки: Сборник статей. — Хабаровск: Хабаровский гос. ун-т экономики и права, 2021. — С. 103–107.
- Крюков, А. В. К вопросу об обоснованности квалификации преступлений по ст. 126 УК РФ / А. В. Крюков. — Текст: непосредственный // Юридическая наука. — 2022. — № 11. — С. 113–116.
- Павлик, М. Ю. Уголовная ответственность за похищение человека и захват заложника: монография / М. Ю. Павлик. — СПб.: ЛГУ им. А. С. Пушкина, 2024. — 167 с. — Текст: непосредственный.
- Симоненко, С. С. Уголовная ответственность за похищение человека по действующему российскому законодательству / С. С. Симоненко. — Текст: непосредственный // Вестник науки. — 2023. — № 10(67). — С. 376–380.
- Шумляев, Д. В. История развития законодательства об уголовной ответственности за похищение человека / Д. В. Шумляев. — Текст: непосредственный // Научный лидер. — 2024. — № 28 (178).
- Шутова, А. А. Социальная обусловленность в уголовном праве: теоретические основы / А. А. Шутова. — Текст: непосредственный // Виктимология. — 2025. — Т.12. -№ 2. — С. 274–284.
