The article examines the history of the development of cassation review in Russia and highlights its main stages. The author evaluates the results of each historical period of the formation of cassation courts and identifies the problems specific to each stage, which allows for a number of scientifically based conclusions and predictions that, according to the author, can contribute to the further improvement of the system of review of court decisions that have entered into force in order to strengthen the guarantees of citizens' right to judicial protection. In particular, the author substantiates the expediency of abolishing Chapter 41.1 of the Civil Procedure Code of the Russian Federation by the need to eliminate the duplicate functions of the courts of cassation and supervision in the consideration of civil cases.

Keywords: cassation proceedings in civil cases, cassation courts of general jurisdiction, formation and development of cassation proceedings, history of judicial reform, and the procedure for cassation appeals.

Масштабное реформирование кассационного производства привело к значительной унификации процессуальных норм. Положения Гражданского процессуального кодекса РФ [1] (далее — ГПК РФ) и Арбитражного процессуального кодекса РФ [2] (далее — АПК РФ) устанавливают единообразные правила инициирования кассационного производства, рассмотрения жалоб и вынесения итоговых постановлений кассационными судами.

Конституционно-правовая роль судебной защиты состоит в ограждении личности от противоправных посягательств. Демократически устроенное государство предполагает, что судебная власть функционирует как инструмент защиты граждан — как от неправомерных действий частных лиц, так и от злоупотреблений со стороны государственных органов. Именно эти принципы составляют один из признаков правового государства.

Понимание их содержания и практическая реализация во многом определяются историческим контекстом — прежде всего тем, как складывалось кассационное судопроизводство в России и каковы были условия его формирования.

Своими корнями кассационное производство уходит во французскую правовую традицию семнадцатого века. Указом 1667 года судебный департамент монарха получил право отменять судебные решения, противоречащие закону, с передачей соответствующих дел на новое рассмотрение парламентом. При этом Королевскому Совету Сторон тем же ордонансом запрещалось входить в существо споров. Таким образом, французская система обжалования пополнилась самостоятельным механизмом контроля над законностью судебных актов. Разграничение между этим механизмом и апелляционным пересмотром фактических обстоятельств дела было нормативно закреплено регламентом 1738 года [8].

Высказывание Наполеона I, относящееся к 15 августа 1801 года, принято рассматривать как свидетельство становления нового процессуального института в рамках французского законодательства той эпохи. Монарх указывал, что кассационный суд, оставляя судебным инстанциям установление обстоятельств дела и уяснение договорных условий, подчиняет эти составляющие судебного решения требованиям закона. Тем самым исключалась возможность отступления судьи от установленных правил под видом соображений справедливости, нередко носящих произвольный характер. Допустить, чтобы суды преступали закон или уклонялись от его исполнения, означало бы, по существу, упразднить законодательную власть как таковую. Из этого следовал вывод о кассационном суде как об институциональной опоре законодателя. Поскольку точное соблюдение закона составляет необходимое условие поддержания государственного порядка, данное учреждение выступало, согласно позиции Наполеона, инструментом укрепления государственной власти и обеспечения устойчивости самого государства. Приведённое суждение принято считать классическим примером осмысления правовых реформ начала XIX столетия, во многом определивших вектор развития европейской юриспруденции последующего периода [9].

Российский кассационный суд сформировался на основе французской процессуальной модели, а своё окончательное институциональное оформление получил в результате судебной реформы 1864 года. Изначально данная форма пересмотра судебных актов отличалась жёсткой формализованностью: поводы для обжалования были строго регламентированы, а содержательная сторона дела оставалась за пределами проверки. Компетенция вышестоящей инстанции распространялась исключительно на оценку правомерности вынесенного решения.

Унификацию судебной практики обеспечивал единый орган кассационного контроля, располагавший чётко очерченным перечнем оснований для отмены приговора. Круг процессуальных полномочий при этом был весьма узким: инстанция могла либо оставить обжалуемый акт в силе, либо отменить его с передачей материалов на новое рассмотрение. Каких-либо промежуточных или самостоятельных решений по существу спора не предусматривалось. Судебный акт оценивался через соответствие как материальным, так и процессуальным нормам действовавшего законодательства — иных критериев пересмотра система не допускала [20].

Механизм обжалования судебных постановлений складывался на протяжении нескольких столетий — каждый исторический период привносил в российскую правовую систему черты, обусловленные конкретными политическими и социальными условиями своего времени [18].

Согласно исследованиям И. В. Пастуховой, период становления кассационного производства до реформенных преобразований охватывает время с IX века по середину XIX столетия.

Судебные органы Древней Руси располагали полной самостоятельностью при вынесении окончательных решений — обжалование таких актов не предусматривалось. Ситуация изменилась с принятием Судебника 1497 года, а затем Судебника Ивана Великого 1550 года: оба документа заложили иерархическое устройство судебной системы, при котором дела могли передаваться на повторное рассмотрение в вышестоящие инстанции [15; 16].

Соборное Уложение 1649 года внесло существенные новации, разделив процедуру обжалования на две категории — частную и апелляционную. Последующие преобразования апелляционного механизма происходили под эгидой монархов — Петра I, Екатерины II и других правителей [17].

Волна реформаторских преобразований породила разветвлённую многоуровневую систему апелляционного обжалования, внутренняя сложность которой к середине XIX столетия потребовала коренного пересмотра как судоустройства, так и норм процессуального права.

Период, предшествовавший революционным потрясениям, стал временем складывания отечественного гражданского судопроизводства: принятый в 1864 году Устав радикально преобразовал действовавшую процессуальную систему [19]. Масштабные преобразования затронули фундаментальные аспекты судебного процесса, включая механизмы пересмотра вынесенных решений [10]. Российский Устав воспринял логику французского процессуального законодательства наполеоновской эпохи и на этой основе выстроил самостоятельную модель кассационного производства. Предметом рассмотрения служила исключительно правовая сторона актов нижестоящих инстанций: соответствие решения нормам материального права проверялось без обращения к существу спора. Поводом для отмены могли выступать либо существенные нарушения процессуального характера, либо ошибочное применение правовых норм. Обнаружив такие отступления, кассационная инстанция возвращала дело на новое рассмотрение, поскольку полномочий для самостоятельного устранения выявленных погрешностей у неё не было. Именно эту особенность профессор К. Малышев передал формулой, согласно которой речь шла о суде над решением, но не над делом как таковым [13]. Кассационный порядок обжалования распространялся лишь на акты съездов мировых судей, получившие силу окончательного решения, а также на приговоры присяжных заседателей — подход, унаследованный от французской правовой системы.

Октябрьские события 1917 года повлекли за собой коренную ломку судебного устройства. Декретом о суде, изданным в декабре того же года, прежний механизм пересмотра судебных решений был упразднён, а вместо него выстроена принципиально иная организационная модель судопроизводства [5]: суд второй инстанции рассматривал обжалованные акты в порядке, формально именовавшемся кассационным. Между тем реальное содержание этой процедуры выходило за рамки классической кассации: проверке подлежали как законность, так и обоснованность решений нижестоящего суда. Сложившаяся после 1917 г. система пересмотра не вступивших в силу судебных актов представляла собой конструкцию, не имевшую прямых соответствий в мировой юридической практике того времени. По существу речь шла об усечённой версии буржуазной апелляции, лишённой ряда её принципиальных черт, но сохранявшей проверку дела по существу. Сосредоточение полномочий по рассмотрению гражданских дел в руках единственной судебной инстанции повлекло за собой ликвидацию апелляционного производства как такового. Обжалование принятых решений допускалось лишь в кассационном порядке — через разветвлённую сеть уездных и столичных съездов местных судей, организованных по децентрализованному принципу [8]. Принятый в 1923 году Гражданский процессуальный кодекс РСФСР закрепил детальную регламентацию кассационного пересмотра судебных актов. Процедура включала подачу жалобы в Губернский либо Верховный суд РСФСР, после чего возбуждалось соответствующее производство, в рамках которого изучались все материалы дела. Если выявлялись нарушения, неправильное толкование норм закона или очевидное расхождение между вынесенным решением и установленными по делу обстоятельствами, ранее принятый судебный акт подлежал отмене [6].

Эволюция советской кассации представляла собой движение между двумя противоположными тенденциями. С одной стороны, предпринимались попытки придать второй инстанции строго кассационный характер; с другой — прослеживалось стремление превратить её в нечто близкое к апелляционному суду, что фактически воспроизводило буржуазную модель пересмотра. Сам институт складывался постепенно, шаг за шагом приобретая черты, отличавшие его от аналогичных судебных механизмов зарубежных правовых систем. В итоге советская кассация всё более приближалась к усовершенствованной разновидности апелляционного производства [16].

Наконец, современный период, характеризует временной отрезок развития кассационных судов с 1992 г. по настоящее время. Становление современного арбитражного процессуального законодательства Российской Федерации началось с введения первого АПК РФ в 1992 году [7]. Последующее принятие Конституции РФ 12 декабря 1993 года заложило фундаментальные основы для модернизации арбитражного судопроизводства. Значительным этапом развития стало утверждение Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах в РФ» 5 мая 1993 года [3], за которым последовало принятие обновленного АПК РФ 5 апреля 1995 года.

В 2002 году процессуальное законодательство претерпело существенные изменения: были приняты новые редакции АПК РФ (14 июня) и ГПК РФ (23 октября). Через механизм кассационного производства федеральные арбитражные суды округов получили право проверять законность судебных актов арбитражных судов субъектов РФ, вступивших в законную силу.

Примечательно, что нынешняя судебная реформа в Российской Федерации инициирована самим судейским сообществом, что свидетельствует о значительной самостоятельности судебной власти при выборе стратегических ориентиров. Признавая недостаточную эффективность действующей системы, профессиональное сообщество судей последовательно обосновывает необходимость структурных преобразований, направленных на совершенствование правосудия. Роль главного инициатора третьей судебной реформы принадлежит Верховному Суду РФ.

Реформирование охватило взаимосвязанный комплекс мероприятий, объединённых общей концептуальной логикой и едиными задачами развития судебной власти. Новый этап преобразований открылся в 2014 году, когда Высший Арбитражный Суд РФ был упразднён, а его полномочия перешли к Верховному Суду РФ. Структурные изменения в системе судов общей юрисдикции, последовавшие за этим, стали органичным продолжением масштабной реорганизации российского судоустройства.

С начала октября 2019 года в судебной системе Российской Федерации произошло структурное преобразование, ознаменовавшееся введением в действие обновленной системы апелляционных и кассационных судов общей юрисдикции, направленной на повышение эффективности судопроизводства. Одной из предпосылок создания кассационных судов общей юрисдикции стал Федеральный конституционный закон от 29.07.2018 № 1-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» и отдельные федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции» [4]. Принятие Кодекса об административном судопроизводстве повлекло за собой глубокую реорганизацию судебной системы Российской Федерации. Суды общей юрисдикции получили расширенные полномочия по рассмотрению административных дел, что ощутимо увеличило нагрузку на судейский корпус. Среди общественности возникли вопросы относительно качества выносимых решений при единоличном рассмотрении споров — несмотря на то что апелляционные и кассационные жалобы разбирались в коллегиальном составе.

Вопрос о создании специализированных судебных органов для работы с апелляционными и кассационными жалобами стал предметом активного обсуждения в профессиональном сообществе. Существующая практика, при которой председатели судов одновременно курировали обе инстанции, указывала на необходимость разграничения полномочий. Процессуальные затруднения, возникавшие на практике, лишь усиливали аргументы в пользу реформирования сложившейся системы [12].

Образование кассационных судов общей юрисдикции как обособленного звена судебной системы оказалось тесно связано с введением режима «сплошной кассации». Суть этого режима состоит в том, что любая жалоба, поданная с соблюдением установленных требований к оформлению, подлежит рассмотрению по существу — вне зависимости от того, насколько перспективной она представляется на предварительном этапе [12].

Реформирование кассационного производства, рассмотренное В. В. Ярковым, принесло ряд значимых результатов. Унификация судебной практики в рамках каждого округа стала возможной после того, как число кассационных судов общей юрисдикции было сведено к девяти. Судебная защита граждан приобрела большую действенность за счёт расширения доступности правосудия. Что касается арбитражной системы, накопленный ею опыт работы десяти кассационных судов сформировал условия, при которых взаимодействие между различными ветвями судебной власти получило дополнительную основу для укрепления [23]. Коллегиальное рассмотрение кассационных жалоб способствует повышению эффективности выявления судебных ошибок, обеспечивая надежную защиту прав граждан и предпринимательских структур [15].

Кассационный институт в гражданском судопроизводстве России прошёл длительный путь нормативных преобразований. Современное кассационное производство направлено на проверку законности вступивших в силу судебных актов — за исключением постановлений Верховного Суда Российской Федерации. Именно в этом состоит его процессуальная специфика, отличающая данную стадию от иных форм судебного контроля.

Реформа 2018–2019 годов повлекла появление в судах общей юрисдикции так называемой «сплошной» кассации, по своей природе не совпадающей с надзорным производством. Кассационные процедуры в арбитражном и гражданском процессе были приведены к единообразию. Применительно к судам общей юрисдикции порядок кассационного обжалования приобрёл самостоятельные черты. Верховный Суд РФ при этом рассматривает дела исключительно в рамках выборочной кассации — и лишь при условии предварительного прохождения кассационного обжалования в кассационном суде общей юрисдикции. Вместе с тем от традиционной модели кассации, по существу сближавшейся с надзором, в деятельности Верховного Суда полностью не отказались.

Данное обстоятельство даёт основания согласиться с позицией Л. Ф. Лесницкой: кассационное производство в его нынешнем виде по содержанию воспроизводит надзорное производство, которое прежде осуществлялось президиумами областных и приравненных к ним судов, а также судебными коллегиями Верховного Суда РФ. Недостатки, характерные для той стадии надзора и зафиксированные в правовой литературе, при этом сохранились [13].

Ретроспективный анализ становления кассационного производства способствует выработке единообразного подхода к пониманию роли кассационной инстанции в системе пересмотра судебных актов. По нашему мнению, целесообразность упразднения главы 41.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обусловлена необходимостью устранения дублирующих функций судов кассационной и надзорной инстанций при рассмотрении гражданских дел.

Институт сплошной кассации складывался в российской судебной системе постепенно, и его утверждение отражает устойчивую тенденцию к ограничению судейского усмотрения при проверке вынесенных актов. Доступность пересмотра, которая обеспечивается данной моделью, расширяет процессуальные гарантии судебной защиты: ошибки нижестоящих инстанций получают реальную возможность быть устранёнными вне зависимости от усмотрения проверяющего суда.

Положения Федерального закона от 09.04.2026 № 79-ФЗ, передавшие рассмотрение жалоб на акты мировых судей президиумам судов субъектов Российской Федерации, вписываются в ту же логику. Мировая юстиция по своему конституционно-правовому статусу, закреплённому в Федеральном конституционном законе «О судебной системе», относится к судам субъектов Федерации, а значит, пересмотр её решений на региональном уровне соответствует природе этого звена судоустройства. Территориальная близость контролирующей инстанции к участникам спора обеспечивает доступность обжалования и сокращает сроки проверки. Одновременно кассационные суды общей юрисдикции освобождаются от соответствующей категории дел, что позволяет рационализировать распределение нагрузки в системе и согласуется с требованиями процессуальной эффективности.

Литература:

1. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 28.12.2025, с изм. от 16.01.2026) // Российская газета. № 220. 20.11.2002.
2. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ (ред. от 28.12.2025) // Российская газета. № 137. 27.07.2002.
3. Федеральный конституционный закон от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» (ред. от 31.07.2023) // Собрание законодательства РФ. 01.05.1995. № 18. Ст. 1589.
4. Федеральный конституционный закон от 29.07.2018 № 1-ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» и отдельные федеральные конституционные законы в связи с созданием кассационных судов общей юрисдикции и апелляционных судов общей юрисдикции» // Официальный интернет-портал правовой информации http://www.pravo.gov.ru, 30.07.2018.
5. Декрет «О Суде» от 7 декабря 1917 г. № 1 // Собрание узаконений и распоряжений Рабочего и Крестьянского правительства РСФСР. 1917. № 4. Ст. 50.
6. Постановление ВЦИК от 10.07.1923 «О введении в действие Гражданского Процессуального Кодекса Р. С. Ф.С.Р». (вместе с «Гражданским Процессуальным Кодексом Р. С. Ф.С.Р».) // СУ РСФСР. 1923. № 46–47. Ст. 478.
7. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации (утв. ВС РФ 05.03.1992 № 2447–1) (с изм. от 07.07.1993) // Ведомости СНД и ВС РФ. 16.04.1992. № 16. Ст. 836. — Утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 05.05.1995 № 71-ФЗ.
8. Боннер А. Т., Гурвич М. А., Курылев С. В. и др. Советский гражданский процесс. Учебник. — М.: Юрид. лит., 1985.
9. Борисова Е. А. Апелляция в гражданском и арбитражном процессе. М., 1997.
10. Кейлин А. Д. Судопроизводство и гражданский процесс капиталистических государств. М., 1950. Ч. 1. С. 77–78.
11. Коротких М. Г. Самодержавие и судебная реформа 1864 года. — Воронеж: Издательство Воронежского университета, 1989.
12. Коршунов, Ю. А. Создание апелляционных и кассационных судов общей юрисдикции / Ю. А. Коршунов. — URL: https://pravo.ru/news/209031 (дата обращения: 22.02.2026).
13. Лесницкая, Л. Ф. Апелляционное производство по гражданским делам в системе судов общей юрисдикции / Л. Ф. Лесницкая. — URL: http://www.consultant.ru/ (дата обращения: 27.02.2026).
14. Малышев К. Курс гражданского судопроизводства. СПб., 1876. Т. 1. С. 248.
15. Новые суды и процессуальная революция — URL: https://pravo.ru/news/214979/ (дата обращения: 22.02.2026).
16. Олейник И. И., Олейник О. Ю. Становление института кассации в советском судопроизводстве: историография проблемы / И. И. Олейник, О. Ю. Олейник // Российский юридический журнал. — 2015. — № 6. — 222 -237 с.
17. Памятники русского права. Вып. 3. М., 1955.
18. Памятники русского права. Вып. 4. М., 1956.
19. Памятники русского права. Вып. 6. М., 1957.
20. Пастухова, И. В. История возникновения и становления кассационного производства в арбитражном судопроизводстве России / И. В. Пастухова. — Текст: непосредственный // Актуальные проблемы права: материалы V Междунар. науч. конф. (г. Москва, декабрь 2016 г.). — Москва: Буки-Веди, 2016. — С. 106–108.
21. Судебные уставы Российской империи (в сфере гражданской юрисдикции): Устав гражданского судопроизводства. Учреждение Коммерческих судов и Устав их судопроизводства. Устав гражданского судопроизводства губерний Царства Польского, Волостной судебный устав Прибалтийских губерний. М.: Статут, 2018. С. 56–220.
22. Червоткин А. С. Апелляция и кассация: Пособие для судей. М.: Проспект, 2013.
23. Ярков, В. В. Осенние изменения в работе судов: новая процессуальная революция? / В. В. Ярков // Закон. — 2019. — № 10. — С. 19–29. С.21.