Подстрекательство как самостоятельное преступление | Статья в сборнике международной научной конференции

Автор:

Рубрика: 17. Уголовное право и процесс

Опубликовано в

IV международная научная конференция «Актуальные вопросы юридических наук» (Чита, апрель 2018)

Дата публикации: 15.03.2018

Статья просмотрена: 52 раза

Библиографическое описание:

Некоз А. С. Подстрекательство как самостоятельное преступление [Текст] // Актуальные вопросы юридических наук: материалы IV Междунар. науч. конф. (г. Чита, апрель 2018 г.). — Чита: Издательство Молодой ученый, 2018. — С. 55-58. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/284/13988/ (дата обращения: 14.08.2018).



Подстрекательство как элемент института соучастия в преступлении имеет в каждой правовой системе вполне определенные границы, заданные функциональным назначением и правовой природой этого института. В России эти границы определены, прежде всего, объективными и субъективными признаками соучастия и его лимитированной акцессорностью, в своей совокупности и по отдельности устанавливающими пределы, за которыми применение ст. 32 и ч. 4 ст. 33 УК РФ становится невозможным.

Между тем, не требует специальных доказательств тезис о том, что даже самая совершенная правовая конструкция не в состоянии охватить всех возможных жизненных ситуаций и отреагировать на все возможные угрозы криминологической безопасности личности, общества или государства [1]. Недостаточность и ограниченность норм об ответственности за подстрекательство как проявление соучастия ощущалась специалистами в области теории и практики правоприменения всегда. При этом стремление ее преодолеть приводило либо к отрицанию акцессорности и построению соучастия на началах самостоятельной ответственности подстрекателей, либо к конструированию отдельных уголовно-правовых норм, охватывающих в качестве самостоятельного преступления деяния, не укладывающиеся в рамки конструкции соучастия, либо к совмещению этих подходов. Принимая во внимание, что российская практика осталась при решении вопроса об основаниях ответственности и квалификации действий подстрекателей в русле лимитированной акцессорности, недостаточность конструкции подстрекательства восполняется у нас созданием специальных составов преступлений в Особенной части УК РФ — соучастие suigeneris.

В науке предпринят ряд серьезных исследований подобных составов преступлений, особенно актуализировавшихся в последние годы в свете криминализации действий, связанных с публичными призывами к совершению преступлений террористического и экстремистского толка. Однако важно подчеркнуть, что эти исследования были посвящены решению относительно частных задач толкования признаков соответствующих составов преступлений, квалификации деяний и оптимизации уголовного закона в части обеспечения государственной и общественной безопасности. Не умаляя нисколько их значимости, напротив, используя накопленный опыт и достижения в качестве основы, посвятим дальнейшее изложение анализу проблематики соучастия suigeneris с обобщающих, и от того новых позиций. Постараемся проследить, какие именно «пробелы» акцессороного подстрекательства, как и в какой степени, восполняются практикой самостоятельной криминализации отдельных проявлений подстрекательства, какие проблемы возникают при криминализации и квалификации таких деяний, и как можно их минимизировать.

Анализ показывает, что предписания уголовного закона, «компенсирующие» лимитированную акцессорность подстрекательства, могут быть сведены в пять основных групп:

1) Общие положения закона, призванные определить правовые последствия безрезультатного подстрекательства, то есть склонения, по итогам которого лицо не согласилось на участие в совершении преступления. К таковым следует отнести, прежде всего, предписание ч. 5 ст. 34 УК РФ о том, что лицо, которому не удалось склонить иное лицо к совершению преступления, подлежит ответственности за приготовление к преступлению.

2) Нормы Особенной части, устанавливающие ответственность за подстрекательство к участию в преступных группах (4 ст. 150– «Вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу», ч. 1 ст. 2051 — «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в деятельность незаконного вооруженного формирования», ч. 1.1 ст. 2051 — «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в деятельность террористического сообщества», ч. 1.1 ст. 2822 — «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в деятельность экстремистского сообщества», ст. 208 — «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем», ст. 209 — «Бандитизм», ст. 210 — «Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)», ч. 1.1 ст. 2822 — «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в деятельность экстремистской организации»).

3) Нормы, определяющие ответственность за подстрекательские действия, которые направлены на склонение лица или группы лиц не к какому-либо конкретному преступлению, а к преступной деятельности, к любому из составляющих эту деятельность преступлений. Таковыми, в нашем представлении, выступают положения ст. 2052 «Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности, публичное оправдание терроризма или пропаганда терроризма», ст. 280 «Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности», 2801 «Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации», ч. 3 ст. 212 «Призывы к массовым беспорядкам или к участию в них, а равно призывы к насилию над гражданами», ст. 354 «Публичные призывы к развязыванию агрессивной войны».

4) Нормы, устанавливающие ответственность за подстрекательство лица к участию в непреступных, но противоправных, опасных или аморальных действиях. К ним, полагаем, следует причислить ст. 1101 «Склонение к совершению самоубийства или содействие совершению самоубийства», ст. 135 «Развратные действия»[1], ст. 151 «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий», ст. 1512 «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение действий, представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего», ст. 230 «Склонение к потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов», 2301 «Склонение спортсмена к использованию субстанций и (или) методов, запрещенных для использования в спорте», ст. 240 «Вовлечение в занятие проституцией», ст. 239 «Создание некоммерческой организации, посягающей на личность и права граждан».

5) Нормы, устанавливающие специальные положения об ответственности за склонение к совершению отдельных видов преступлений. Это: ст. 150 «Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления», ч. 1 ст. 184 «Склонение участников, судей и организаторов официального спортивного соревнования или зрелищного коммерческого конкурса к оказанию влияния на его результаты, либо предварительный сговор с такими лицами в тех же целях», ч. 1.1 ст. 212 «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в совершение действий, составляющих массовые беспорядки», ст. 2051 «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в совершение преступлений террористического характера», ч. 2 ст. 242 «Вовлечение несовершеннолетнего в оборот порнографической продукции», ч. 2 ст. 361 «Вовлечение в акт международного терроризма».

В нашу задачу, разумеется, не входит детальный юридический анализ каждой из этих норм и каждого состава преступления. Этому посвящен значительный объем научной литературы. Ограничимся лишь некоторыми комментариями, акцентируя внимание на наиболее проблемных аспектах толкования и квалификации.

В первую очередь, стоит обратиться к вопросу об основании уголовной ответственности за отдельные, специальные проявления подстрекательских действий.

Дело в том, что активная нормотворческая практика криминализации таких действий неоднократно встречала в литературе критическую оценку. Некоторые авторы, например, утверждают, анализируя ст. 2051 УК РФ, что отличить публичный призыв к осуществлению террористической (и экстремистской) деятельности от подстрекательства к совершению преступлений практически невозможно [2]. Другие, ссылаясь на то, что предусмотренные в этой статье действия и ранее получали уголовно-правовую оценку как проявление соучастия в совершении преступлений террористического характера, прямо утверждают об избыточности нормы [3]. Специалисты заявляют также о тождестве конструкции подстрекательства к преступлению и вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления [4].

Представляется, однако, что подобная критика специалистов в данном случае не является в полной мере оправданной. Общая линия криминализации отдельных соучастных действий (это касается не только различных видов подстрекательской, но также пособнической и организаторской деятельности) вызвана тремя основными причинами: недостаточностью существующей модели оснований ответственности для лиц, непосредственно причастных к преступной деятельности; разнообразием форм самой общественно опасной деятельности, в последнее время не сводимой только к совершению конкретных преступлений; насущной потребностью в уголовно-правовой охране ценных социальных объектов.

Применительно к такому преступлению, как публичные призывы к терроризму эти факторы подтвердил и Конституционный Суд РФ. В одном из своих определений, он указал: «В соответствии с законом, публичные призывы к терроризму — это деятельность, обращенная к неопределенно широкому кругу лиц и выходящая за рамки классического соучастия в тех его формах и видах, которые закреплены в статьях 32–35 УК Российской Федерации и предполагают индивидуализированную субъективную связь между лицами, совместно участвующими в совершении конкретного умышленного преступления в качестве исполнителя, организатора, подстрекателя и пособника. Тем не менее, будучи адресованной массовому сознанию либо вниманию отдельных слоев общества, сегментированных по религиозным, этническим и другим признакам, и направленной на формирование обстановки приемлемости идеологии терроризма и даже желательности ее претворения в общественную практику, такая деятельность также вызывает потребность в адекватных и эффективных мерах превентивного характера» [5].

Думается, что сказанное будет справедливо и в отношении иных выделенных нами преступлений подстрекательства suigeneris. Исходя из оснований криминализации, их можно условно объединить в две группы. Первая связана с восполнением пробелов, обусловленных акцессорностью, в тех случаях, когда деятельность подстрекателя даже вне рамок классического соучастия обладает столь высокой степенью общественной опасности, что законодатель не может не реагировать на нее установлением мер публично-правовой ответственности (это все случаи склонения к совершению аморальных и опасных непреступных деяний, а равно случаи призывов к совершению преступлений). Между этими преступлениями и подстрекательством не возникает конкуренции, поскольку соответствующие нормы направлены на регулирование отношений, вызванных различными юридическими фактами. Вторая группа преступлений — это деяния, предусмотренные специальными по отношению к подстрекательству предписаниями уголовного закона (случаи вовлечения или склонения конкретных лиц к конкретным преступлениям). Их наличие в УК РФ порождает конкуренцию норм, которая, по общему правилу, должна рассматриваться с позиций конкуренции общей и специальной норм и преодолеваться, исходя из предписания ч. 3 ст. 17 УК РФ.

В любом случае, основание ответственности за подстрекательство suigeneris не связано с идеей солидарной ответственности нескольких лиц за то или иное совершенное преступление. Подстрекатель наказывается не за участие в «чужом деянии», не за самостоятельное участие в совершении преступления, выполненного исполнителем. Он наказывается за сам факт склонения или вовлечения лица в то или иное деяние, за интеллектуальную, информационную (в большинстве случаев) деятельность, которая направлена на то, чтобы привить неодобряемые ценности, склонить к нарушению социальных норм отдельных людей или их группы, и тем самым создать условия для последующей антиобщественной деятельности этих лиц. Такое подстрекательское действие признается законодателем настолько общественно опасным, настолько нетерпимым в современном российском обществе, что бороться с ним он полагает возможным путем установления уголовно-правового запрета. Сам запрет в данном случае справедливо рассматривать как значимую уголовно-правовую норму с двойной превенцией[2].

Таким образом, на наш взгляд, наличие системы норм об ответственности за подстрекательские действия в Особенной части уголовного закона не является ни ошибкой законодателя, ни формой злоупотребления криминализационными процессами. Эти нормы, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд РФ, не содержат неопределенности в понимании содержания и сути запрещенных действий, и сами по себе не могу рассматриваться как нарушающие конституционные стандарты уголовно-правовых отношений [6]. Необходимость в таких нормах вполне объективна и закономерна, что, однако, не снимает вопроса о качестве криминализации и возможных просчетах в самих этих нормах.

Литература:

  1. Бабаев М. М., Пудовочкин Ю. Е. Российская уголовная политика и уголовный закон: опыт критического анализа. — М.: Юрлитинформ, 2017; Бабаев М. М., Пудовочкин Ю. Е. Неопределенность уголовного права в эпоху неопределенности // Законы России: опыт, анализ, практика. — 2018. — № 2.
  2. См.: Агапов П. В., Михайлов К. В. Уголовная ответственность за содействие террористической деятельности: тенденции современной уголовной политики. — Саратов: Изд-во Сарат. юрид. ин-та МВД России, 2007. — С. 35–36.
  3. См.: Кленова Т. В. К вопросу о конкретизации составов преступлений // Международное и национальное уголовное законодательство: проблемы юридической техники. Материалы III Международ. науч.-практ. конф. — М.: ЛексЭст, 2003. — С. 112–113; Дикаев С. У. Терроризм: феномен, обусловленность и меры противодействия (уголовно-правовое и криминологическое исследование): дис. … д-ра юрид. наук. — СПб., 2004. — С. 259.
  4. См.: Благов Е. В. Квалификация при совершении преступления. — М.: Юрлитинформ, 2009. — С. 56–57.
  5. Определение Конституционного Суда РФ № 1797-О от 21.09.2017 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Дильмухаметова Айрата Ахнафовича на нарушение его конституционных прав частью третьей статьи 47 и частью первой статьи 2052 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision293616.pdf (дата обращения –16.11.2017).
  6. См.: Определение Конституционного Суда РФ № 1494-О от 23.06.2015 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Куваева Леонида Александровича на нарушение его конституционных прав статьей 240 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision202509.pdf (дата обращения –01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 2775-О от 20.12.2016 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Королева Дмитрия Ивановича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 242 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision259284.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 2864-О от 19.12.2017 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Лашова Андрея Леонидовича на нарушение его конституционных прав статьей 230 Уголовного кодекса Российской Федерации». Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision310777.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 865-О от 23.04.2015 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Белова Ярослава Анатольевича на нарушение его конституционных прав статьей 230 Уголовного кодекса Российской Федерации». Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision196283.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 2055-О от 25.09.2014 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Королева Игоря Валерьевича на нарушение его конституционных прав статьей 205.2 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision177145.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 1927-О от 29.09.2016 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Жукова Михаила Александровича на нарушение его конституционных прав положениями статьи 282 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision249429.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 1503-О от 18.07.2017 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Корта Евгения Сергеевича на нарушение его конституционных прав статьей 282 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision290730.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 1018-О-О от 16.07.2009 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Мухина Юрия Игнатьевича на нарушение его конституционных прав статьей 280 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision7575.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 906-О от 20.04.2017 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Сергиенко Владимира Ивановича на нарушение его конституционных прав пунктом 3 части 1 статьи 128 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и статьей 31 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision272322.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 1873-О от 25.09.2014 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Толоконниковой Надежды Андреевны на нарушение ее конституционных прав частью второй статьи 213 Уголовного кодекса Российской Федерации». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision175797.pdf (дата обращения — 01.03.2018); Определение Конституционного Суда РФ № 2450-О от 27.10.2015 г. «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Колпакиди Александра Ивановича и Николаева Сергея Васильевича на нарушение их конституционных прав пунктом 3 статьи 1 и статьей 13 Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности». [Электронный ресурс]: http://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision213968.pdf (дата обращения — 01.03.2018).

[1] Включение статьи в список обусловлено тем, что Российская Федерация, ратифицировав Конвенцию Совета Европы о защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуальных злоупотреблений от 25 октября 2007 года, взяла на себя обязательство принять все необходимые законодательные меры, обеспечивающие установление уголовной ответственности в том числе за умышленное склонение ребенка, не достигшего установленного законом возраста, к наблюдению сексуальных злоупотреблений или деятельности сексуального характера, даже не участвуя в них, в сексуальных целях. Таковые действия как раз требуют квалификации по ст. 135 УК РФ. Некоторые специалисты предлагают криминализировать на уровне самостоятельного состава преступления против нравственности «умышленное склонение несовершеннолетнего к наблюдению сексуального насилия или деятельности сексуального характера в сексуальных целях, без участи в них». См. об этом: Иксатова С.Т. Теоретические проблемы борьбы с преступлениями против нравственности: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. – Бишкек, 2015. – С. 9.

[2] Нормами с двойной превенцией Э.А. Саркисова называла такие предписания, которые направлены на предотвращение других, более опасных преступлений и призваны влиять на причины и условия, способствующие совершению тяжких преступлений. «Предупредительную функцию права они выполняют посредством установления санкций за общественно опасные действия, которые сами, как правило, не представляют большой общественной опасности, но могут привести к совершению деяний, более значимых по степени и характеру опасности, по тяжести наступивших последствий». См.: Саркисова Э.А. Предупредительная роль уголовного закона. – Минск: Наука и техника, 1979. – С. 47.

Основные термины (генерируются автоматически): вовлечение лица, УК РФ, совершение преступлений, совершение преступления, склонение, норма, лицо, деятельность, действие, вовлечение.

Похожие статьи

О некоторых проблемах квалификации вовлечения...

совершение преступления, УК РФ, взрослое лицо, преступление, Верховный Суд РФ, вовлечение, постановление Пленума, уголовная ответственность, действие, научный подход.

совершение преступления, лицо, уголовная ответственность...

вовлечение лица, УК РФ, совершение преступлений, совершение преступления, склонение, норма, лицо, деятельность, действие, вовлечение. Похожие статьи. Правовые особенности ответственности за подстрекательство в...

Отличие эксцесса исполнителя преступления от стечения...

вовлечение лица, УК РФ, совершение преступлений, совершение преступления, склонение, норма, лицо, деятельность, действие, вовлечение. Похожие статьи. Правовые особенности ответственности за подстрекательство в...

Уголовно-правовая оценка деяний по вовлечению...

В отличие от вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления вовлечение его в совершение антиобщественных действий имеет квалифицирующий признак неоднократности.

К вопросу о вовлечении несовершеннолетних в преступную...

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления обладает повышенной опасностью, поскольку увеличивает число несовершеннолетних преступников, оказывает крайне негативное воздействие на их психику...

Совершение преступления группой лиц | Статья в сборнике...

Совершение преступления группой лиц. Автор: Данилов Дмитрий Олегович.

ч. 2 ст. 33 УК РФ также лицо, непосредственно участвовавшее в совершении преступления совместно с другими лицами (соисполнителями).

Соучастие в преступлении: проблемы квалификации...

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ, лицо, вовлекшее в совершение преступления, не достигшего возраста уголовной ответственности или невменяемого, несет уголовную ответственность за данное общественно опасное деяние как исполнитель.

Особенности личности несовершеннолетнего, вовлеченного...

Особенности личности несовершеннолетнего, вовлеченного в совершение преступлений и антиобщественных действий.

И поэтому необходимо осуществлять деятельность по предупреждению вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступлений и...

Актуальные вопросы разработки методики расследования...

совершение преступления, совершение преступлений, вовлечение, судебно-медицинская экспертиза, УК РФ, преступление, предварительное следствие, предварительное расследование, дело, следственное действие.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle

Похожие статьи

О некоторых проблемах квалификации вовлечения...

совершение преступления, УК РФ, взрослое лицо, преступление, Верховный Суд РФ, вовлечение, постановление Пленума, уголовная ответственность, действие, научный подход.

совершение преступления, лицо, уголовная ответственность...

вовлечение лица, УК РФ, совершение преступлений, совершение преступления, склонение, норма, лицо, деятельность, действие, вовлечение. Похожие статьи. Правовые особенности ответственности за подстрекательство в...

Отличие эксцесса исполнителя преступления от стечения...

вовлечение лица, УК РФ, совершение преступлений, совершение преступления, склонение, норма, лицо, деятельность, действие, вовлечение. Похожие статьи. Правовые особенности ответственности за подстрекательство в...

Уголовно-правовая оценка деяний по вовлечению...

В отличие от вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления вовлечение его в совершение антиобщественных действий имеет квалифицирующий признак неоднократности.

К вопросу о вовлечении несовершеннолетних в преступную...

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления обладает повышенной опасностью, поскольку увеличивает число несовершеннолетних преступников, оказывает крайне негативное воздействие на их психику...

Совершение преступления группой лиц | Статья в сборнике...

Совершение преступления группой лиц. Автор: Данилов Дмитрий Олегович.

ч. 2 ст. 33 УК РФ также лицо, непосредственно участвовавшее в совершении преступления совместно с другими лицами (соисполнителями).

Соучастие в преступлении: проблемы квалификации...

В соответствии с ч. 2 ст. 33 УК РФ, лицо, вовлекшее в совершение преступления, не достигшего возраста уголовной ответственности или невменяемого, несет уголовную ответственность за данное общественно опасное деяние как исполнитель.

Особенности личности несовершеннолетнего, вовлеченного...

Особенности личности несовершеннолетнего, вовлеченного в совершение преступлений и антиобщественных действий.

И поэтому необходимо осуществлять деятельность по предупреждению вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступлений и...

Актуальные вопросы разработки методики расследования...

совершение преступления, совершение преступлений, вовлечение, судебно-медицинская экспертиза, УК РФ, преступление, предварительное следствие, предварительное расследование, дело, следственное действие.

Задать вопрос