Цифровая трансформация образовательной сферы не сводится исключительно к формальному внедрению платформ и электронных ресурсов, а предполагает создание комплексных условий для их реального использования. Для органов государственной власти субъектов Российской Федерации данная задача имеет прикладной характер. Именно на региональном уровне принимаются управленческие решения, от которых напрямую зависят: техническая оснащенность образовательных учреждений, качество интернет-связи, уровень поддержки пользователей, а также успешное объединение региональных систем с федеральными цифровыми сервисами.
Цель статьи — сопоставить актуальные статистические данные о цифровизации образовательных организаций с правовым распределением полномочий между федеральным и региональным уровнями. Методологическую основу составляют анализ нормативных актов и описательное сопоставление статистических показателей ИСИЭЗ НИУ ВШЭ. В статье учитываются данные сборника «Индикаторы образования: 2026», статистика за 2025 год, опубликованная ВШЭ в апреле 2026 года, и сведения Минпросвещения России о цифровых образовательных сервисах.
Правовую основу участия регионов в развитии цифровой образовательной среды составляет Федеральный закон № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации». Согласно ст. 8 указанного закона к полномочиям субъектов РФ относятся: разработка и реализация региональных программ развития образования, организация предоставления общего и среднего профессионального образования, обеспечение государственных гарантий, мониторинг системы образования на региональном уровне и др. [1]. Закон предусматривает возможность учитывать социально-экономические, демографические и иные особенности субъектов при планировании региональной образовательной политики.
В 2026 году действующее законодательство было дополнено прямым указанием на инфраструктурную роль регионов. Федеральный закон от 4 августа 2026 года № 310-ФЗ установил, что органы государственной власти субъектов РФ вправе обеспечивать муниципальные общеобразовательные организации услугами по предоставлению доступа к государственным, муниципальным и иным информационным системам, а также к сети Интернет [2]. Формулировка закрепляет юридическую возможность регионального участия, но не устанавливает безусловную обязанность субъекта обеспечить одинаковый уровень доступа каждой школе. Практическая реализация зависит от регионального финансирования, выбора технических решений и распределения ответственности между органами власти и образовательными организациями.
Изменения коснулись и взаимодействия ФГИС «Моя школа» с региональными государственными информационными системами. Постановлением Правительства РФ от 1 августа 2026 года № 962 уточнены правила такого взаимодействия, в том числе предусмотрено использование витрин данных и типового программного обеспечения для региональных систем. В постановлении также отражены вопросы защиты компонентов региональных информационных систем, взаимодействующих с федеральной платформой [3]. Следовательно, современная модель цифровизации предполагает одновременное развитие федеральной инфраструктуры, региональных систем и механизмов безопасного обмена данными.
Опубликованный ИСИЭЗ НИУ ВШЭ в 2026 году сборник «Индикаторы образования: 2026» содержит подробный раздел о цифровизации образования. В нём представлены, в частности, данные об электронных журналах и дневниках, применении электронного обучения и дистанционных образовательных технологий, компьютерном оснащении и скорости интернет-соединения [4]. При этом показатели цифровой инфраструктуры школ в сборнике в основном относятся к 2024 году или к 2024/2025 учебному году, что необходимо учитывать при их использовании.
Одним из наиболее распространённых цифровых инструментов являются электронные журналы и дневники. По данным ВШЭ, к концу 2024 года их использовали 95,4 % общеобразовательных организаций. Среди государственных и муниципальных организаций показатель достигал 95,8 %, тогда как среди частных- 78 %. Динамика за 2020–2024 годы показывает устойчивый рост охвата: общий показатель увеличился с 88,6 до 95,4 % [4, с. 80]. Эти сведения отражают высокий уровень распространения одного из базовых цифровых сервисов, но не должны трактоваться как свидетельство равного качества цифровой среды. Использование журнала или дневника не сообщает, насколько стабильным является подключение, доступны ли школе другие ресурсы и обеспечено ли сопровождение пользователей. Более того, различие между государственными и муниципальными, с одной стороны, и частными организациями- с другой, указывает на неодинаковый охват даже в рамках одного показателя.
Другой индикатор — применение электронного обучения в общеобразовательных программах. На начало 2024/2025 учебного года электронное обучение применялось для 4,8 млн обучающихся, или 26,7 % их общего числа. Дистанционные образовательные технологии применялись для 3,68 млн обучающихся, или 20,5 %. Исключительно электронное обучение при этом использовалось для 23,7 тыс. обучающихся (0,1 %), а исключительно дистанционные технологии- для 51,6 тыс. (0,3 %) [4, с. 81–82]. Эти показатели не следует складывать: они характеризуют разные формы и могут частично пересекаться.
Наиболее существенное для региональной политики различие выявляется при анализе скорости интернет-соединения. По данным ВШЭ за 2024 год, скорость 100 Мбит/с и выше была зафиксирована у 35 % школьных зданий в целом. В городской местности такой показатель составил 64,5 %, в сельской- 7,6 %. Одновременно в сельской местности у 69,8 % школьных зданий скорость находилась в диапазоне 50–99,9 Мбит/с [4, с. 98]. В таблице ВШЭ показатель рассчитывается для зданий образовательных организаций, подключённых к Интернету. Следовательно, эти значения нельзя автоматически интерпретировать как долю всех школ соответствующей территории. Разница между городской и сельской местностью по доле подключённых школьных зданий со скоростью не ниже 100 Мбит/с составляет 56,9 процентного пункта. Это свидетельствует о том, что формальное наличие интернет-подключения не исчерпывает вопроса цифровой доступности. Для использования платформ и цифрового контента имеют значение также пропускная способность и стабильность сети, особенно при одновременной работе нескольких классов и педагогов. Поэтому показатель факта подключения следует анализировать совместно с распределением соединений по скоростным категориям.
Статистика домохозяйств дополняет картину инфраструктурного неравенства, хотя не является прямой оценкой школьной среды. Согласно опубликованным ИСИЭЗ НИУ ВШЭ данным Росстата за 2025 год, доступ к Интернету имели 92 % домохозяйств России. Вместе с тем в региональном разрезе показатель варьировался: например, он составлял 72 % в Орловской области, 82 % в Псковской области и 100 % в отдельных регионах-лидерах. Таким образом, среднероссийский уровень не отражает различий между субъектами и не позволяет судить о качестве подключения конкретных школ [5].
В официальном сообщении Минпросвещения России от 11 ноября 2026 года указано, что более 12 млн человек пользуются российскими цифровыми образовательными сервисами, включая ФГИС «Моя школа», библиотеку цифрового образовательного контента и «Сферум» [6]. Эта цифра характеризует совокупную аудиторию названных сервисов, а не число пользователей одной ФГИС. Поэтому её корректно использовать как показатель масштаба распространения цифровых образовательных решений, но не как замену статистике по отдельной системе или региону.
Представленные данные указывают на двухуровневую картину цифровизации. С одной стороны, электронные журналы и дневники используются почти во всех общеобразовательных организациях, а электронное обучение охватывает значительную долю учащихся. С другой стороны, сохраняется выраженное различие в скорости доступа к Интернету между городскими и сельскими школьными зданиями. Следовательно, высокий показатель охвата отдельными сервисами не означает, что цифровая образовательная среда имеет одинаковые характеристики во всех регионах и типах местности.
В этой связи целесообразны следующие направления развития региональной политики:
- Конкретизация региональных механизмов обеспечения доступа. Субъектам РФ следует определять в региональных программах и планах, какие школы требуют первоочередного улучшения соединения, каким образом финансируются услуги доступа и техническое обслуживание и кто отвечает за работоспособность инфраструктуры. Приоритетное внимание должно уделяться сельским территориям, где доля школьных зданий с соединением не ниже 100 Мбит/с существенно ниже городского уровня.
- Совершенствование системы мониторинга. Показатели регистрации образовательных организаций и наличия подключения целесообразно дополнять данными о скорости и устойчивости соединения, частоте и продолжительности сбоев, регулярности использования сервисов педагогами и обучающимися, обеспеченности технической поддержкой. Публикация таких показателей в разрезе муниципалитетов и типов местности позволит оценивать не только охват, но и фактическую доступность цифровой среды.
- Согласование региональных систем с федеральными решениями. Развитие ФГИС «Моя школа» и обновлённые правила её взаимодействия с региональными системами предполагают совместимость, корректный обмен данными и применение средств защиты информации. Региональные органы должны учитывать эти требования при модернизации собственных информационных систем, сохраняя при этом непрерывность предоставления образовательных услуг.
- Оценка цифровизации по качественным результатам. Статистика использования электронного журнала или дистанционных технологий показывает распространённость соответствующих инструментов, но сама по себе не позволяет заключить, что они повысили качество обучения. Региональный мониторинг должен учитывать методическую поддержку педагогов, доступность проверенного цифрового контента, возможности использования ресурсов обучающимися с особыми образовательными потребностями и наличие альтернативных способов взаимодействия при сбоях.
Наконец, показатели, опубликованные в 2026 году, целесообразно сопоставлять с дальнейшими ежегодными данными по тем же методикам. Это позволит отделять изменения, связанные с реальным улучшением инфраструктуры, от различий в охвате обследований, определениях показателей и сроках сбора статистики.
Литература:
- Федеральный закон «Об образовании в Российской Федерации» от 29.12.2012 N 273-ФЗ (последняя редакция). — Текст: электронный // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_140174/ (дата обращения: 17.11.2026).
- Федеральный закон «О внесении изменений в Семейный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 14.07.2022 N 310-ФЗ (последняя редакция). — Текст: электронный // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_421888/ (дата обращения: 17.11.2026).
- Постановление Правительства Российской Федерации от 01.08.2026 № 962 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 13.07.2022 № 1241". — Текст: электронный // ГАРАНТ. — URL: https://base.garant.ru/414717559/?ysclid=mwo52yscbq986338842 (дата обращения: 17.11.2026).
- Индикаторы образования: 2026: статистический сборник / Н. В. Бондаренко, Т. А. Варламова, Л. М. Гохберг и др.; Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». — М.: НИУ ВШЭ, 2026.
- Кузина Л. С., Щербаков Р. А. (2026) Интернет стал нормой жизни россиян. Режим доступа: https://issek.hse.ru/news/1143575318.html.
- Сергей Кравцов: более 12 млн человек пользуются российскими цифровыми образовательными сервисами // Министерство просвещения Российской Федерации: официальный сайт. 11.11.2026. URL: edu.gov.ru (дата обращения: 17.11.2026).

