Злоупотребление договорным преимуществом в кредитных и заемных отношениях представляет собой особую форму недобросовестного поведения. Ее сущность состоит в использовании экономического, информационного или организационного превосходства одной стороны для формирования условий, существенно ухудшающих положение контрагента. При этом само наличие более сильной стороны не является противоправным. Банк, микрофинансовая организация или профессиональный займодавец закономерно обладают большими возможностями для подготовки договора и оценки финансовых рисков.
Граница между свободой договора и злоупотреблением в подобных отношениях является особенно сложной. Формально заемщик выражает согласие посредством подписания договора, однако фактически он нередко не участвует в определении его содержания [14, с. 192].
Конституционные пределы договорной свободы в рассматриваемой сфере определяются необходимостью соблюдения баланса частных интересов. Часть 1 ст. 34 Конституции РФ [1] гарантирует свободу экономической деятельности, а ч. 1 и 2 ст. 35 охраняют частную собственность. Однако экономическая свобода не предполагает возможности использовать ее в ущерб правам другой стороны. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 3 апреля 2023 г. № 14-П [7] подчеркнул, что законодатель не может ограничиваться формальным признанием юридического равенства участников договора. Экономически слабой и зависимой стороне должны предоставляться дополнительные гарантии. В отношениях с профессиональными участниками рынка такой стороной прежде всего является потребитель. Конституционный Суд также отметил, что отсутствие у гражданина реальной возможности влиять на содержание договора фактически ограничивает свободу договора.
Основным ориентиром квалификации выступают ст. 421, 428 и 10 ГК РФ [2]. Свобода договора ограничивается запретом недобросовестного осуществления прав. Особое значение имеет ст. 428 ГК РФ, защищающая сторону, лишенную реальной возможности влиять на условия договора. Как отмечает К. С. Казанцева, заемщик зачастую вынужден принимать условия банка. При наличии явно обременительных условий договор может быть изменен или расторгнут, в том числе при неравенстве переговорных возможностей сторон [13, с. 141].
Именно п. 3 ст. 428 ГК РФ позволяет точнее раскрыть природу злоупотребления договорным преимуществом. Для его установления недостаточно доказать, что условие оказалось невыгодным заемщику. Необходимо оценивать обстоятельства заключения сделки, возможность обсуждения спорных положений, профессиональный статус сторон и экономический смысл условия. Существенное значение имеет и прозрачность распределения рисков. По нашему мнению, юридически значимое договорное преимущество возникает тогда, когда сильная сторона не просто предлагает более выгодные для себя условия, а фактически лишает контрагента разумной возможности участвовать в их формировании и использует эту ситуацию для существенного нарушения баланса интересов.
При этом злоупотребление договорным преимуществом необходимо отличать от кабальной сделки. Согласно п. 3 ст. 179 ГК РФ сделка является кабальной, если лицо было вынуждено совершить ее на крайне невыгодных условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась.
Следовательно, высокая процентная ставка или срочная потребность гражданина в денежных средствах сами по себе еще не образуют состава кабальной сделки. Необходимо доказать одновременно наличие тяжелых обстоятельств, вынужденность заключения договора на крайне невыгодных условиях и сознательное использование этой ситуации контрагентом.
Специальный механизм предусмотрен и п. 5 ст. 809 ГК РФ [2]. Если договор займа заключен между гражданами либо между гражданином-заемщиком и юридическим лицом, которое профессионально не занимается предоставлением потребительских займов, чрезмерные проценты могут быть признаны ростовщическими. Для этого их размер должен в два и более раза превышать обычно взимаемые при сравнимых обстоятельствах проценты и одновременно быть чрезмерно обременительным для должника. Суд вправе уменьшить их до обычного уровня. Конституционный Суд РФ в Постановлении от 25 декабря 2023 г. № 60-П [8] подтвердил, что договорная свобода при определении процентов не является безграничной. Суд должен оценивать соответствующее условие с позиций разумности и справедливости.
В сфере профессионального потребительского кредитования действует более детальная система ограничений. Части 7 и 9 ст. 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» [5] имеют принципиальное значение. Общие условия договора не могут возлагать на заемщика обязанность заключить иной договор или приобрести за плату дополнительные услуги. Кредитор также не вправе требовать платежи, не предусмотренные индивидуальными условиями. При этом сами индивидуальные условия должны согласовываться кредитором и заемщиком.
Однако обозначение условия как «индивидуального» еще не доказывает наличие реальных переговоров. Формально подписанный стандартный бланк может сохранять признаки договора присоединения. Именно поэтому оценка должна производиться с учетом фактического характера взаимодействия сторон, а не только названия соответствующего документа.
Дополнительной гарантией служит ст. 6 Закона № 353-ФЗ. Она обязывает раскрывать полную стоимость потребительского кредита как в процентах годовых, так и в денежном выражении. В расчет включаются и платежи за дополнительные услуги, если их приобретение фактически влияет на условия предоставления кредита.
Такое регулирование препятствует сокрытию действительной стоимости финансирования за внешне низкой процентной ставкой и множеством сопутствующих платежей.
Особенно распространенной формой использования договорного преимущества остается навязывание страхования и иных дополнительных услуг. Часть 2 ст. 7 Закона № 353-ФЗ требует отдельного согласия заемщика и запрещает кредитору заранее проставлять отметки о согласии либо выражать такое согласие вместо заемщика. Часть 2.2 той же статьи обязывает предоставить возможность получить кредит без личного страхования, если его обязательность не установлена законом. В этом случае допускается иной размер процентной ставки. Для ряда дополнительных услуг действует тридцатидневный период отказа. Закон также устанавливает механизм возврата денежных средств.
Сходный подход закреплен в ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» [6]. Пункт 2 прямо относит к недопустимым условиям положения, связывающие приобретение основной услуги с обязательным приобретением другой, а также условия о дополнительных платных услугах без согласия потребителя. Пункт 3.1 этой статьи запрещает навязывание дополнительных товаров, работ и услуг. Более того, обязанность доказать наличие согласия возлагается на исполнителя.
Это специальное правило имеет важное процессуальное значение, поскольку корректирует общий принцип распределения бремени доказывания, закрепленный ч. 1 ст. 56 ГПК РФ [4].
Показательной является практика Верховного Суда РФ по делу № 49-КГ22–23-К6, рассмотренному 14 февраля 2023 г [10]. Спор первоначально рассматривался Калининским районным судом г. Уфы по делу № 2–5151/2021 [11]. Заемщик оспаривал условие, связывавшее сохранение процентной ставки с личным страхованием, а также последующее увеличение банком ставки. Верховный Суд направил дело на новое рассмотрение. Он указал на необходимость проверить соответствие условий требованиям законодательства о потребительском кредите и учесть добросовестное поведение заемщика, самостоятельно заключившего договор страхования.
Дело показывает, что формально предусмотренная договором вариативность процентной ставки сама по себе не освобождает кредитора от обязанности соблюдать баланс интересов сторон.
Еще более наглядно проблема проявилась в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 2 июня 2025 г. № 305-ЭС24–24318 по делу № А40–206328/2023 [12]. Спор возник из договора инвестиционного займа. Его условия предусматривали минимальную ежемесячную плату за пользование займом и продолжение начисления процентов фактически до прекращения реализации проекта, подтверждаемого исключением заемщика из ЕГРЮЛ. Верховный Суд отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение. Коллегия обратила внимание на необходимость установить действительную правовую природу соглашения и оценить его условия с учетом принципов добросовестности, разумности и баланса интересов.
Судебное противодействие злоупотреблению договорным преимуществом не должно сводиться к признанию всего договора недействительным. Правовое последствие зависит от характера нарушения. Явно обременительное, но не противоречащее императивной норме условие может корректироваться посредством ст. 428 ГК РФ. При доказанном злоупотреблении правом применяются последствия, предусмотренные п. 2 ст. 10 ГК РФ, включая полный или частичный отказ в защите соответствующего права. Если договорное условие непосредственно нарушает императивный законодательный запрет, возникает вопрос о применении ст. 168 ГК РФ либо специальных последствий, прямо установленных законом. Пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 [9] также допускает признание сделки недействительной, если ее совершение нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ.
Процессуальные гарантии дополняют материально-правовые средства защиты. Часть 7 ст. 29 ГПК РФ позволяет потребителю предъявить иск по месту своего жительства или пребывания, а также по месту заключения либо исполнения договора. Статья 17 Закона о защите прав потребителей дополнительно освобождает потребителя от уплаты государственной пошлины в предусмотренных законом случаях.
Эти нормы уменьшают процессуальные издержки экономически слабой стороны и делают судебную защиту реально доступной.
Таким образом, основная проблема правовой квалификации злоупотребления договорным преимуществом состоит в разграничении допустимой реализации свободы договора и недобросовестной эксплуатации неравенства переговорных возможностей. Формальное согласие заемщика не должно рассматриваться как безусловное подтверждение справедливости любого условия. Вместе с тем сама невыгодность договора также не свидетельствует о злоупотреблении. Полагаем, что наиболее обоснованным является комплексный подход. Суду необходимо исследовать порядок формирования условий, их прозрачность, экономическую обоснованность и наличие реальной возможности обсуждения.
Литература:
- Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г.) (с учётом поправок, внесенных Федеральным конституционным законом «О поправках к Конституции РФ» от 4 октября 2022 года № 8-ФКЗ) // Официальный интернет-портал правовой информации pravo.gov.ru, 06.10.2022. — № 0001202210060013.
- Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая): Федеральный закон от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 10.06.2026) // Собрание законодательства РФ. — 05.12.1994. — № 32. — Ст. 3301.
- Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая): Федеральный закон от 26.01.96 № 14-ФЗ (ред. от 24.06.2025) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 5. — Ст. 410.
- Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 14.11.2002 № 138-ФЗ (ред. от 04.08.2026) // Собрание законодательства РФ. — 18.11.2002. — № 46. — Ст. 4532.
- О потребительском кредите (займе): Федеральный закон от 21.12.2013 № 353-ФЗ (ред. от 04.08.2026) // Собрание законодательства РФ. — 23.12.2013. — № 51. — Ст. 6673.
- О защите прав потребителей: Закон РФ от 07.02.92 № 2300-I (ред. от 28.12.2025) // Ведомости СНД и ВС РФ. — 09.04.92. — № 15. — Ст. 766.
- Постановление Конституционного Суда РФ от 03.04.2023 № 14-П [Электронный ресурс] // СПС КонсультантПлюс: [сайт]. — Режим доступа URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_443913/ (дата обращения: 20.09.2026).
- Постановление Конституционного Суда РФ от 25.12.2023 № 60-П [Электронный ресурс] // СПС КонсультантПлюс: [сайт]. — Режим доступа URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_465694/ (дата обращения: 20.09.2026).
- Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации [Электронный ресурс] // СПС КонсультантПлюс: [сайт]. — Режим доступа URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_181602/ (дата обращения: 20.09.2026).
- Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2023 № 49-КГ22–23-К6 [Электронный ресурс] // СПС КонсультантПлюс: [сайт]. — Режим доступа URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ARB&n=750897#EhDCkVVkDDSlKP8m (дата обращения: 20.09.2026).
- Решение Калининского районного суда г. Уфы по делу № 2–5151/2021 [Электронный ресурс] // Судебные решения РФ: [сайт]. — Режим доступа URL: https://судебныерешения.рф/63778679?ysclid=mu9ic4kd121060223 (дата обращения: 20.09.2026).
- Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2025 № 305-ЭС24–24318 по делу № А40–206328/2023 [Электронный ресурс] // СПС КонсультантПлюс: [сайт]. — Режим доступа URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ARB&n=856561#3uZCkVVcnrjZEZEj2 (дата обращения: 20.09.2026).
- Казанцева, К. С. Актуальные проблемы правового регулирования кредитного договора / К. С. Казанцева // Оригинальные исследования. — 2025. — Т. 15, № 4. — С. 140–143.
- Хазиева, Р. Р. Правовые последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения кредитного договора / Р. Р. Хазиева, А. Р. Нигаматьянов // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. — 2024. — № 3–1(90). — С. 191–194.

