Недействительность сделок — это краеугольный камень гражданского права, служащий гарантом законности и добросовестности в деловых отношениях 5, с.166.

Актуальность исследуемой темы обусловлена тем, что недействительность сделки является важным институтом гражданского права, направленным на защиту прав и законных интересов участников гражданского оборота. Однако для повышения эффективности данного института необходимо дальнейшее совершенствование законодательства, включая уточнение критериев разграничения ничтожных и оспоримых сделок, а также расширение защиты прав добросовестных участников. Недействительность сделок является не только инструментом восстановления нарушенных прав, но и механизмом предотвращения злоупотреблений в гражданском обороте.

Реалии правоприменительной практики последних лет говорят о том, что система работает несовершенно, и что в реализации норм о ней действительности сделок есть серьезные проблемы, решение которых еще только предстоит найти. Законодательство претерпевает новые и новые изменения с довольно быстрыми темпами, множественные источники регулирования создают коллизии норм, а также граница между частным (свобода договора) и публичным (императивные запреты) правом размыта. Совокупность данных фактов создает правовую неопределенность для участников предпринимательской деятельности [4, с.634]. Вопрос о признании сделки недействительной давно является весьма спорным на законодательном, теоретическом и так же практическом уровне.

На современном этапе развития отечественной гражданско-правовой науки многие ученые, представители институтов гражданского общества, органов государственной власти, сотрудники правоохранительных органов заняты изучением этой проблемы и поиском ее решения. В последние годы вопросы недействительности сделок стали предметом рассмотрения широкого круга представителей отечественной правовой школы, особенно на это повлияло «дело Долиной» и т. д.

Тема признания сделки недействительной очень проблемная и стоит порой достаточно остро. Потому что, несмотря на то что основания для признания сделки недействительной закреплены в Гражданском кодексе РФ (глава 9), на практике возникает немало сложностей, связанных с реализаций данных положений [7, с.589].

Гражданский кодекс Российской Федерации формально закрепляет деление недействительных сделок на ничтожные и оспоримые, однако юридическая природа этих категорий остаётся предметом научной дискуссии.

Особого внимания заслуживает проблема доказывания субъективной стороны при оспаривании сделки как кабальной.

Существенные трудности возникают при необходимости установить, находилось ли лицо в крайне неблагоприятных для себя условиях и осознавала ли другая сторона это обстоятельство. В отличие от формальных пороков сделки, здесь требуется подтверждение совокупности факторов: тяжёлого положения, крайне невыгодных условий и извлечения выгоды контрагентом. Часто для обоснования подобной позиции прибегают к комплексной экспертизе, включая психолого-психиатрическую, а при невозможности допроса участника — к посмертной судебной оценке. Проблема усугубляется тем, что внутреннее состояние лица в момент заключения сделки не поддаётся прямому объективному анализу, а субъективное восприятие обстоятельств может быть искажено временем или интересами сторон. Это обстоятельство обуславливает вариативность подходов в судебной практике и повышает значимость детального анализа фактических данных и экономических последствий заключённой сделки [4, с. 634].

В юридической литературе неоднократно подчёркивается, что концепция недействительной сделки находится на границе между правомерным действием и правонарушением. В то время как одни исследователи отождествляют недействительность с дефектом юридического факта, другие склонны видеть в ней форму гражданско-правового деликта, обладающего санкционной природой. Например, М. М. Агарков считал, что нельзя называть сделкой юридически ничтожное волеизъявление, не имеющее правового значения. Более современные интерпретации допускают возможность существования «неправомерной сделки» как юридической фикции, необходимой для применения защитных механизмов, таких как реституция, компенсация убытков, отказ в защите права [2, с. 343].

Правоприменительная практика наглядно демонстрирует, что наиболее частыми основаниями признания сделок недействительными остаются: нарушение публичных интересов при отчуждении недвижимости, сделки с участием недееспособных, притворные договоры, искажение воли под влиянием обмана. Особую сложность вызывают случаи, где правомерность или добросовестность одной из сторон вызывает сомнение, но доказательства остаются неполными.

Существует проблема признания поведения участников сделки добросовестным. Обычно суды внимательно смотрят на поведение обеих сторон. Если одна сторона действовала добросовестно (проявила должную осмотрительность), а вторая, напротив, ввела в заблуждение, то это весьма весомый аргумент в пользу второй стороны. Также действует принцип гражданского оборота: сторона, которая после заключения сделки своим поведением давала другим основание полагаться на её действительность, не вправе потом её оспаривать (эстоппель).

В этих случаях суды проявляют осторожность, чтобы не легитимизировать недобросовестные попытки аннулировать ранее добровольно заключённые договоры [3, с. 36].

Всё вышеперечисленное указывает на необходимость совершенствования реализации на практики положения гражданского законодательства, касающихся института недействительности сделок. Требуется не только легализация ключевых дефиниций, но и выработка единых подходов к оценке критериев волеизъявления, добросовестности сторон, механизма последствий. Кроме того, следует рассмотреть вопрос о дифференциации последствий недействительности в зависимости от характера нарушений, степени вины и степени угрозы публичному интересу.

Литература:

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ // СЗ РФ. — 1994. — № 32. — Ст. 3301.
2. Агарков М. М. Понятие сделки по советскому гражданскому праву // Избранные труды по гражданскому праву: в 2 т. Т. 2. — М., 2002.
3. Анчугина В. В. Понятие и виды недействительных сделок // Colloquium-Journal. — 2021. — № 12–4(99). — С. 36
4. Болотин Г. В., Игнатьева Н. Ю. Актуальные проблемы правоприменения в сфере недействительности сделок в предпринимательской деятельности /Г. В. Болотин, Н. Ю. Игнатьева // Флагман науки. — 2026. — № 4 (39). С. 634.
5. Гермаш Д. В. Недействительность сделок: защита законности и добросовестности участников гражданского процесса /Д. В. Гермаш // Архонт. — 2026. — № 2 (73). — С. 166.
6. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021) // СПС «КонсультантПлюс». Электронный ресурс. Режим доступа: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_381735/?ysclid=mvotvehtub641081849 (дата обращения: 25.10.2026)
7. Климов Д. П. Недействительность сделок: понятие и правовые последствия /Д. П. Климов // Аллея науки. — 2025. — Т. 1. — № 3 (103). — С. 589
8. Кузнецова Д. А. Сделки с пороками воли и волеизъявления (сделка, совершенная под влиянием обмана) /Д. А. Кузнецова, Л. Я. Курченко / В сборнике: Роль суда в обеспечении прав и правовых интересов субъектов правоотношений. Сборник научных статей Всероссийской научно-практической конференции. — Санкт-Петербург, 2026.- С. 252–256.
9. Персати Г. А. Недействительность сделок, совершенных под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств: вопросы теории и практики / Г. А. Персати // Молодой ученый. — 2023. — № 20 (467). — С. 581–582.