Комбинаторно-игровые методы сочинения музыки сопровождали традиционное обучение композиции еще с эпохи Средневековья. От тщательно продуманных педагогических музыкальных упражнений для юных композиторов, являющихся «сборником правильных ответов» на решение типовых музыкальных задач способы сочинения музыки успели преобразоваться в полностью спонтанные, применяемые минимум один раз композиторами-мастерами в качестве эксперимента [4]. Кульминацией подобных творческих исканий стала алеаторика — техника, расцвет которой пришелся на вторую половину XX века. После 1970-х годов, во время развития компьютерных технологий, благодаря опытам академических композиторов с электронной музыкой, алеаторика прошла процесс «модернизации», но в дальнейшем к этой технике, как утверждает, например, М. В. Переверзева, стали обращаться реже [4, с. 529]. Однако, некоторые особенности этого метода сочинения переняла и сохраняет до сих пор зародившаяся примерно в то же время пландерфоника.
Пландерфоника (англ. plunderphonics) — это экспериментальный музыкальный жанр и одновременно композиционная техника в электронной музыке: это «музыка тембров», основанная на использовании сэмплов (аудиофрагментов), взятых из уже существующих фонограмм, часто с радикальной переработкой и переосмыслением исходного материала. Используются фрагменты песен, классических произведений (не обязательно популярных) или даже аудиозаписи, состоящие из звуков повседневности (живая речь, шумы и пр.) — эти фрагменты трансформируются с помощью монтажа, изменения темпа, тона, наложения эффектов и т. п. В переработанном виде сэмплы могут применяться для создания не только мелодий, но и ударных, басовых и всех остальных элементов музыки: благодаря технологиям синтезирования тембров и аудиомонтажа из одного фрагмента можно создать полноценную композицию (трек) со всеми функциональными составляющими музыкальной ткани.
Термин «пландерфоника» был придуман канадским композитором Джоном Освальдом в 1985 году в его эссе «Пландерфоника, или аудиопиратство как композиционная прерогатива». Слово «plunder» (грабить) относится к акту заимствования и переосмысления, а «phonics» (фоника) — к звуку; вместе они воплощают сущность жанра: переосмысление и переконтекстуализация существующих звуков для создания чего-то совершенно нового. Освальд описал пландерфонику как референтную и самосознательную практику, которая подвергает сомнению понятия оригинальности и идентичности. Манифестом жанра стал альбом Освальда «Plunderphonics», выпущенный в 1989 году и состоящий из переработок треков таких артистов, как Майкл Джексон и Долли Партон. Из-за самой природы жанра этот альбом столкнулся с проблемами авторских прав и был выпущен ограниченным тиражом [1].
Техника перестановки аудиофрагментов свойственна не только пландерфонике, и имеет чуть более ранние примеры: достаточно вспомнить «Симфонию для человека соло» П. Шеффера и П. Анри (1949–1950), один из первых крупных примеров конкретной музыки — направления, основанного на записи и обработке звуков реальной жизни. Несколькими годами позже К. Штокхаузеном была создана электронная композиция «Пение отроков» (1955–1956), где записанный на пленку детский голос объединялся в единую музыкальную ткань с синтезированными созвучиями. Цитирование (с возможным изменением изначального контекста темы или наоборот, стилизацией под оригинал) не чуждо и академическим жанрам музыки (Первая симфония Г. Малера, новый взгляд на французский народный напев «Братец Яков, что ты спишь»). Произведения, состоящие полностью из заимствованных музыкальных тем, создавались и в эпоху барокко (жанр кводлибетов, существующий еще с Ренессанса — к нему обратились И. С. Бах и В. А. Моцарт), и в XVIII–XIX веках (оттуда берет начало жанр попурри, к которому можно отнести «Фантазию на польские темы» Ф. Шопена), но ближе к явлению именно звукового коллажа — сопоставления тем без объединения их в одну тональность — композиторы стали подходить в начале XX века: Ч. Айвз в пьесе для камерного оркестра «Central Park in the Dark» создал картину прогулки по городу, чередуя разнохарактерные мелодические фрагменты и цитаты.
Проанализировав музыкальные примеры жанра пландерфоники, можно заметить, что чередующиеся случайные музыкальные фрагменты чаще собираются в «паттерны» (последовательности) размером минимум такт, которые впоследствии повторяются и как бы несут характер главных (и/или побочных тем) внутри композиций. За счет особой тембровой окраски (в т. ч. сочетания необычных гармоний между мелкими пересобранными аудиофрагментами) эти паттерны могут содержать и яркий тематический характер. Таким образом, можно говорить о том, что пландерфоника в той или иной степени перенимает в себе качества, связанные с сонорной музыкой, сериальной и одновременно сочиненной посредством алеаторики.
Произведения, написанные с использованием пландерфоники, в значительно разной степени сочетают в себе данные качества, а потому были условно нами разделены на следующие виды по приемам обработки аудиофрагментов:
1. Программные композиции:
– «ремиксы» на кинофильмы/мультфильмы и др.: интерпретируют сюжет исходника, пересказывая его в новом, концентрированном виде (Представители: Pogo (Николас Бертке), BluJayMix);
– композиции с авторским сюжетом: материал исходника видоизменяется сильнее в звуковом отношении, тематическая составляющая оригинала сильно преображается или даже отсекается. Прообразами можно считать шумовые этюды и музыкальные коллажи XX века (Представители в пландерфонике: Pogo — трек Gardyn; группа The Avalanches — альбом Since I Left You);
– «музыкальные портреты»: особенностью этого вида является поиск и запись интересных звучаний из жизни. В качестве основы композиции, «темы» выбирается момент живой речи выбранного «персонажа» и алеаторически чередуются фрагменты записи, собираясь в паттерн-«лейттему». Важно прочувствовать интонацию живой речи «персонажа» и подобрать ему тему и аранжировку в соответствии с его характером (учитываются стиль итоговой композиции, ритмика, темп, тональность и др.);
– песни, переработанные из заимствованных видеосюжетов: основные приемы — расширение или сжатие аудиоматериала под куплетно-припевную структуру; перестановка слов в строфы; мелодизация полученных строф, словно сочинение песни «с нуля» под заданный словесный текст (авторы из России под псевдонимами AContrariProject и Enjoykin).
2. Непрограммные композиции:
– «мозаика» из сэмплов: тембровая переокраска уже готовых музыкальных произведений: из фрагментов исходника точь-в-точь повторяются ноты, как правило, известного произведения (например, озвучивание одной из прелюдий И. С. Баха склейками из интонаций голоса музыканта). Контекст употребления оригинальных произведений в необычной трактовке иногда может отсутствовать вовсе: в медиа-культуре видеомонтажеры-любители таким способом могут упражняться в нарезке материала (как и в ранее упомянутых видах пландерфоники, часто такие «склейки» сопровождаются видеоизображением, отражающим, откуда примерно был взят тот или иной фрагмент темы — благодаря видеоряду слушателям становится проще увязать перетасованные аудиофрагменты в единое целое). Поэтому, как правило, внимание больше уделяется точности повторения нотного текста и темпа оригинала, динамика и штрихи соблюдаются авторами неравномерно;
– музыкальные коллажи, где заимствованные фрагменты совместно работают на передачу общего настроения в композиции. Сочетание минимального количества музыкальных пластов — наложение одной исходной композиции на вторую исходную почти без изменений обеих — часто распространено в культуре диджеев и носит отдельное название «mash-up» (жанр, наиболее близкий к попурри): переконтекстуализации исходников не происходит, что отличает пландерфонику от мэш-апа как жанра. В свою очередь, компоновка множества мелких звуковых фрагментов с целью изображения происходящего на экране события известна как «саунд-дизайн». Переосмысление в саунд-дизайне тембров самых разных звуков очевидно, но термин «пландерфоника» может быть связан с готовыми композициями такого рода, если минимум один или несколько аудиофрагментов были взяты без учета авторских прав на звуковой материал.
Особого внимания заслуживает проблема смыслового значения пландерфоники как композиционной техники. Предметом обсуждения здесь становятся сразу все аспекты данного музыкального явления, возникает ряд вопросов: «зачем пересобирать уже готовую музыку?»; «если брать за основу сопоставленные фрагменты голоса, почему бы не перепеть новую последовательность целиком или «склеить» из записей заранее сочиненную мелодию?»; и в целом «не лучше ли сочинить свое с нуля, пусть и как фантазию на заданную тему?» или «стоит ли как минимум переписать на «живые» инструменты собранную мелодико-гармоническую мозаику из заимствованных референсов (образцов)?») и др.
На первые два вопроса помогает ответить тембровая сторона пландерфоники, а на последние два — техническая.
Ц. Когоутек рассуждал об алеаторике, как о «музыке тембров» — данная характеристика, на наш взгляд, полностью подходит и жанру пландерфоники: «В музыке тембров эмоциональной стороне снова отводится заслуженное, достойное место; <…> относительно развернутые звуковые построения и «пласты», без которых не может обойтись эта музыка, несут в себе динамический, кинетический заряд, обусловливают большую выразительность контрастов, ясность структуры, а тем самым и идейной драматургии, повышают содержательность композиционного построения» [3, с. 237]. Помимо того, что даже самые малые фрагменты заимствованных записей за счет своих тембров способны обращать внимание слушателя, чередование в новой, особой последовательности этих фрагментов может произвести эффект неожиданности, в некотором смысле «зачаровать» причудливым сочетанием звуков, пробудить слуховое внимание в попытках «расслышать» музыкальную тему, по-новому вслушиваясь в тембры [2, 194]. С этой точки зрения важно отметить, что авторы не ставят задачу «присвоить» себе чужой материал, а более того, переносят его в исходном варианте исполнения (не переписывают мелодию, а вставляют запись), указывая прямо на создателей «изначальной» музыки, преимущественно обращаясь к ним, как к авторитетным образцам музыкального творчества; даже несколько «неловкие» записи или представленные персонажи обыгрываются в аранжировках в максимально возможном позитивном, «добром» контексте (иные случаи редки и скорее связаны с драматургической задачей в композиции). Если говорить о назначении относительно известных «оригиналов» как основ отдельных plunderphonics-треков, то здесь заложенное эмоциональное состояние в целом сохраняется — либо продлевается во времени с помощью погружения в видоизмененную аранжировку, либо слегка варьируется, и итоговая композиция носит характер «сочинения-рассуждения» на заданную тему и является, по сути, ремиксом.
Важное значение (в частности, для авторов) имеют отдельные музыкальные записи — выбираются они, как правило, интуитивно, но на выбор могут повлиять самые с виду незначительные факторы: пассаж в живой речи неожиданно прозвучал с мелодическим оборотом, который при повторном прослушивании записи захотелось «развить» (в жизни расслышать такие моменты сильно труднее, а переписать мелодию сказанного имеет мало смысла); исполнение известной песни в лайв-формате, где потенциальный исходник раскрылся по-новому благодаря чуть измененным штрихам в исполнении; спонтанные шумы на записи симфонического оркестра, которые на миг тонально соприкоснулись с исполняемым на сцене; присутствие автора на мероприятии, последующая запись которого воспринимается им острее за счет живого там присутствия и др. Значимые для жанра пландерфоники авторы — продюсер Джош Дэвис (известный под псевдонимом DJ Shadow) и австралийская группа The Avalanches — искали вдохновение среди давно забытых пластинок в музыкальных магазинах, перебирая сотни композиций и черпая из них понравившиеся элементы.
Предварительно заготовленные аудиозаписи также применяются авторами для создания композиций: тембровый «эффект» от этого может быть меньшим, однако в целом возможно реализовать произведение как задание самому себе «сделать трек из данной записи». В этом случае алеаторический подбор темы добавляет импровизационности хотя бы в процесс сочинения — исполнение музыки с пландерфоникой еще не имело в истории примеров «сочинения» темы в реальном времени, спонтанно в музыку могли вставляться уже прописанные мелодические последовательности, иногда в качестве лейтмотивов из предыдущих треков.
Музыкально-компьютерные технологии, активно развивающиеся со второй половины XX века по сей день, с одной стороны, помогли композиторам эффективнее решать творческие задачи в виду удобства реализации творческих замыслов, но с другой стороны «упрощение» процесса создания музыки обеспечило низкий порог вхождения в сочинение музыки, что породило заметное количество дилетантов — в электронной музыке границы между концептуальными работами и минутными «поделками» в любом жанре размыты настолько и имеют такое бесчисленное количество примеров в открытом доступе, что очевидно, способно озадачить даже самого заинтересованного исследователя: «искать иголку в стоге сена» приходится, как правило, почитателям поджанров данной музыки. В случае с пландерфоникой также не получается однозначно оценить степень «помощи» технических средств: авторам-самоучкам проще избежать многолетний процесс постижения музыкальной теории и выразить себя музыкально посредством чередования уже «готовых» фрагментов, и лишь в отдельных случаях рассмотрение сэмплов оригинала «с лупой» и дальнейший разбор на мельчайшие фрагменты действительно отвечает авторским художественным задачам.
В заключение стоит сказать, что пландерфоника как феномен играет важную роль в современной электронной и экспериментальной музыке. Она расширяет понятие авторства и творчества, исследуя границы законного использования чужого материала и создавая уникальные звуковые коллажи. Помимо электронной танцевальной музыки, частью которой преимущественно становится plunderphonics-музыка, музыкальные произведения могут стать архивом значимых музыкальных событий или аудио-альбомом с памятными воспоминаниями о чьей-то жизни, а также являться сказочным «островком спокойствия» для слушателя, позволяя взглянуть на предложенные темы под другим углом и найти новый способ справиться с актуальными переживаниями, обратившись к старому и возможно, давно забытому. Новая волна вдохновения композициями прошлых лет позволяет авторам заново раскрыть их публике, дать им новую жизнь.
В данной статье музыканты, имеющие отношение к пландерфонике нарочно обозначены как «авторы», а не как «композиторы». Вопрос авторского начала в представленных ранее музыкальных композициях остается открытым. Однозначно можно сказать, что роль аранжировщика в пландерфонике имеет решающее значение для художественной ценности каждого отдельного трека. И совершенно точно нельзя исключать, что в особых случаях пландерфоника может быть основным музыкальным языком для музыкантов-«электронщиков», способом творческого самовыражения и рефлексии. Если традиционному методу сочинения музыкальных тем пландерфоника-техника явно противоречит, то навык построения музыкальной драматургии и проработка яркости тематизма может стать хорошей отправной точкой для развития в сочинении академической музыки.
Литература:
- Krustofsky, J. What is Plunderphonics? / J. Krustofsky // Microgenre Music, 2023 — URL: https://microgenremusic.com/articles/what-is-plunderphonics/
- Алдошина, И. А., Приттс Р. Музыкальная акустика / И. А. Алдошина, Р. Приттс — Санкт-Петербург: Композитор, 2009. — 720 с.
- Когоутек, Ц. Техника композиции в музыке XX века / Ц. Когоутек. —Москва: Музыка, 1976. — 367 с.
- Переверзева, М. В. Алеаторика как принцип композиции: учебное пособие / М. В. Переверзева. — 3-е, стер. — Санкт-Петербург: Планета музыки, 2020. — 608 с. — ISBN 978–5–8114–5563–8. — Текст: электронный // Лань: электронно-библиотечная система. — URL: https://e.lanbook.com/book/145992 (дата обращения: 02.03.2026). — Режим доступа: для авториз. пользователей.

