Институт устройства детей, оставшихся без попечения родителей, представляет собой одну из наиболее чувствительных сфер семейно-правового регулирования, в которой пересекаются частные интересы ребенка, публичные задачи государства и нравственные ожидания общества. Российский законодатель последовательно закрепляет приоритет семейных форм воспитания над институциональными, что соответствует как Конвенции ООН о правах ребенка 1989 года [3], так и сложившимся доктринальным подходам.

Однако внутри системы семейных форм устройства сохраняется иерархия, требующая концептуального осмысления. Усыновление традиционно рассматривается как высшая форма устройства, поскольку влечет возникновение полноценных родительских правоотношений, максимально приближенных к биологическому родству. Вместе с тем количественные показатели усыновления в России на протяжении последних десятилетий остаются относительно стабильными, тогда как иные формы, которыми являются опека (попечительство) и приемная семья, приобретают все большее практическое значение [1]. Это порождает вопрос о том, сохраняет ли усыновление свое догматическое первенство или система форм устройства нуждается в переосмыслении.

Исходя из изложенного, целью настоящей работы является дать сравнительно-правовую характеристику усыновления в соотношении с иными формами семейного устройства, выявить критерии их разграничения и обозначить проблемные точки правового регулирования.

Семейный кодекс Российской Федерации (далее СК РФ) в статье 123 закрепляет, что дети, оставшиеся без попечения родителей, подлежат передаче на воспитание в семью. Законодатель перечисляет следующие формы: усыновление (удочерение), опека или попечительство, приемная семья, а в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, — патронатная семья. Приоритет отдается семейным формам перед устройством в организации для детей-сирот [4].

Доктринальная классификация форм семейного устройства может проводиться по различным основаниям. Наиболее значимым критерием выступает правовая природа возникающих отношений. Усыновление порождает отношения, юридически тождественные отношениям между родителями и детьми, за исключениями, установленными законом. Опека и попечительство основаны на административно-правовом акте органа опеки и попечительства и не прекращают правовой связи ребенка с кровными родителями в полном объеме.

Приемная семья, согласно статье 153 СК РФ, представляет собой опеку или попечительство, осуществляемые по договору о приемной семье, заключаемому между органом опеки и попечительства и приемными родителями [4]. Таким образом, система форм устройства выстраивается по оси полноты правовой связи, срочности и договоренности. Усыновление занимает полюс максимальной интеграции ребенка в новую семью, тогда как приемная семья и опека — полюс временного и контролируемого воспитания.

Приоритет усыновления обосновывается в научно-правовом сообществе несколькими основными аргументами. Во-первых, психолого-педагогическая аргументация исходит из того, что только в условиях стабильной семейной среды, не осложненной сознанием временности пребывания ребенка в семье, возможно полноценное формирование его личности. Так, Фетисова О. В. отмечает, что наряду с усыновлением законодатель выделяет устройство в семью опекуна (попечителя), в приемную семью и в семью патронатного воспитателя, и каждая из этих форм имеет собственные функциональные задачи [5]. Во-вторых, юридический аргумент состоит в том, что усыновление влечет полное прекращение правовой связи с кровными родителями в силу статьи 137 СК РФ, что исключает конкуренцию родительских прав и обеспечивает правовую определенность статуса ребенка [4].

Вместе с тем приоритетный характер усыновления не означает его безусловного преобладания в правоприменительной практике. Усыновление не является универсальным инструментом, так как оно требует согласия ребенка, достигшего десяти лет, согласно статье 132 СК РФ [4], и не всегда соответствует интересам детей с особыми потребностями или сохраняющих привязанность к кровным родственникам.

Сравнительно-правовой анализ позволяет выделить ряд критериев, дифференцирующих усыновление от опеки и приемной семьи. Приемная семья возникает на основании договора между приемными родителями и органом опеки и попечительства. Если опека и попечительство устанавливаются актом органа опеки и попечительства, то в случае с усыновлением судебный порядок обеспечивает дополнительную гарантию защиты прав ребенка и его кровных родственников. Срочность как критерий проявляется в том, что усыновление носит бессрочный характер: правовые отношения между усыновителем и усыновленным сохраняются пожизненно, включая алиментные и наследственные права. В приемной семье отношения носят срочный характер и прекращаются по достижении ребенком совершеннолетия либо по истечении срока договора. Опека устанавливается над детьми до четырнадцати лет, а попечительство от четырнадцати до восемнадцати лет [4].

Сохранение правовой связи с кровными родителями при усыновлении означает, что такая связь с кровными родителями и родственниками по общему правилу прекращается в силу статьи 137 СК РФ [4]. Ребенок, переданный в приемную семью, сохраняет правовую связь с кровными родителями, что также отражено в положениях главы 21 СК РФ [4]. Очевидно, что это различие имеет принципиальное значение для определения алиментных и наследственных прав. Возмездность, в свою очередь, как критерий состоит в том, что приемная семья предполагает выплату вознаграждения приемным родителям и предоставление им мер социальной поддержки. Усыновление, напротив, не влечет выплат со стороны государства, за исключением отдельных пособий, адресованных семьям с детьми. Именно признак возмездности, как отмечается в литературе, позволяет рассматривать приемную семью как разновидность опеки и попечительства, а не как самостоятельную форму.

Одним из наиболее спорных вопросов является определение правовой природы приемной семьи. Согласно пункту 2 статьи 153 СК РФ, приемные родители по отношению к принятому на воспитание ребенку обладают правами и обязанностями опекуна или попечителя [4]. Эта формулировка дала основания для вывода о том, что приемная семья не является самостоятельной формой устройства, а представляет собой разновидность опеки, осложненную договорным элементом. Так, Шукуров Р. А. в своем диссертационном исследовании указывает, что правовое регулирование приемной семьи является несовершенным, так как многие стороны отношений остаются неурегулированными либо урегулированными недостаточно, а среди спорных положений выделяет вопрос о том, может ли приемная семья возникать только на основе зарегистрированного брака супругов или также у лиц, состоящих в фактических брачных отношениях [6]. Он также подчеркивает, что вопрос о юридической природе договора передачи ребенка на воспитание в приемную семью является дискуссионным, что порождает как появление правовых норм, неадекватно регулирующих соответствующие отношения, так и ошибки в правоприменении.

Еще одна представляющая научный интерес позиция состоит в том, что приемная семья обладает собственной правовой природой, обусловленной договорным характером отношений и их возмездностью. Доржиева С. В. обосновывает, что договор о передаче ребенка на воспитание, относящийся по своей юридической природе к семейно-правовым договорам, считается заключенным с момента передачи ребенка, а его предметом является воспитание ребенка в семье, что не может быть квалифицировано как гражданско-правовая услуга. Положения договора о предоставлении приемной семье автомобиля, жилья и иного имущества она рассматривает как случайные и второстепенные, поскольку они направлены на создание материальных условий для проживания и воспитания приемного ребенка в конкретной ситуации, и действительность договора ни в коей мере не ставится в зависимость от включения этих случайных условий [2]. Не представляется возможным не согласиться с позицией автора, так как данный спор имеет не только теоретическое, но и практическое значение. Признание приемной семьи разновидностью опеки влечет распространение на нее общих правил об опеке и попечительстве, тогда как самостоятельный статус требует более детального специального регулирования. Действующее законодательство, посвятив приемной семье отдельную главу Семейного кодекса, де-факто признает ее особой формой, что не исключает необходимости уточнения ряда положений.

Таким образом, усыновление занимает особое положение в системе форм семейного устройства, обусловленное его безвозмездным, бессрочным и полным характером. Оно обеспечивает максимальную правовую интеграцию ребенка в новую семью, что соответствует как интересам ребенка, так и публичным задачам государства. Вместе с тем сравнительно-правовой анализ показывает, что усыновление не является единственно возможной и во всех случаях оптимальной формой: для детей, сохраняющих привязанность к кровным родственникам, или для детей с особыми потребностями приемная семья и опека могут оказаться более адекватными инструментами. Дискуссия о правовой природе приемной семьи отражает более общую проблему систематизации форм устройства. Представляется обоснованным подход, при котором приемная семья рассматривается как самостоятельная форма, а не как простая разновидность опеки, с учетом договорного характера и возмездности отношений. Однако это требует дальнейшего совершенствования законодательства, в частности уточнения ответственности сторон по договору о приемной семье и критериев оценки эффективности различных форм устройства

Литература:

1. Габазов, Т. С. Социально-правовой институт усыновления: негативные последствия тайны усыновления / Т. С. Габазов // Высокие технологии и инновации в науке: сборник избранных статей Международной научной конференции, Санкт-Петербург, 27 ноября 2020 года. — Санкт-Петербург: Частное научно-образовательное учреждение дополнительного профессионального образования Гуманитарный национальный исследовательский институт «НАЦРАЗВИТИЕ», 2020. — С. 339–342.
2. Доржиева, С. В. Правовое регулирование устройства и воспитания детей, оставшихся без попечения родителей, в приемной семье: специальность 12.00.03 «Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право»: диссертация на соискание ученой кандидата юридических наук / Доржиева Светлана Владимировна — Москва, 2017. — 271 с. — URL: https://www.dissercat.com/content/pravovoe-regulirovanie-ustroistva-i-vospitaniya-detei-ostavshikhsya-bez-popecheniya-roditele?ysclid=muk3pcrhdc72210524 (дата обращения: 26.09.2026).
3. Конвенция о правах ребенка: принята резолюцией 44/25 Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г. // Сборник международных договоров СССР. — Москва, 1993. — Вып. XLVI. — С. 242–257.
4. Семейный кодекс Российской Федерации: федеральный закон от 25 декабря 1995 № 223-ФЗ (ред. от 23.03.2026) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 1. — Ст. 16.
5. Фетисова, О. В. Приемная семья: взгляд на Отдельные законодательные положения с учетом практики их применения / О. В. Фетисова // Образование и право. — 2026. — № 2. — С. 68–75.
6. Шукуров, Р. А. Приемная семья по семейному праву России: специальность 12.00.03 «Гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право»: диссертация на соискание ученой кандидата юридических наук / Шукуров Рауф Аваз оглы — Белгород, 2004. — 163 с. — URL: https://www.dissercat.com/content/priemnaya-semya-po-semeinomu-pravu-rossii?ysclid=muk22xc7jy263672090/read/read/read (дата обращения: 26.09.2026).