Стадия подготовки дела к судебному разбирательству занимает особое место в системе гражданского судопроизводства. Именно на этом этапе закладываются основы для правильного и своевременного разрешения спора, а также создаются условия для возможного мирного урегулирования конфликта. Законодатель включает примирение сторон в число самостоятельных задач подготовки (п. 5 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ), тем самым признавая его приоритетное значение наряду с уточнением обстоятельств, определением предмета доказывания и разрешением вопросов состава участников [1]. Несмотря на систематизацию норм о примирительных процедурах, осуществлённую Федеральным законом от 26 июля 2019 г. № 197-ФЗ и выразившуюся в выделении самостоятельной главы 14.1 ГПК РФ, практика их применения на стадии подготовки дела остаётся ограниченной. Это обусловлено как правовыми, так и организационными факторами, что делает актуальным анализ соотношения нормативных возможностей и реальных барьеров реализации примирительного потенциала на подготовительном этапе.

Действующее гражданское процессуальное законодательство предоставляет сторонам широкие возможности для примирения. Согласно ч. 4 ст. 153.1 ГПК РФ примирение сторон возможно на любой стадии гражданского процесса и при исполнении судебного акта, если иное не предусмотрено законом. Примирение осуществляется на основе принципов добровольности, сотрудничества, равноправия и конфиденциальности (ч. 2 ст. 153.1 ГПК РФ) [1]. На стадии подготовки дела к судебному разбирательству обязанность суда по содействию примирению закреплена в п. 5 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ: судья принимает меры по заключению сторонами мирового соглашения, в том числе по результатам проведения процедуры медиации, разъясняет условия и порядок реализации данного права, существо и преимущества примирительных процедур, а также право сторон обратиться за разрешением спора в третейский суд [5].

Виды примирительных процедур перечислены в ст. 153.3 ГПК РФ: переговоры, посредничество, медиация и судебное примирение. Возможно также использование других примирительных процедур, не противоречащих закону [6]. Каждый из этих видов имеет свою специфику применения на подготовительной стадии. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 мая 2026 г. № 15 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» конкретизирует обязанности судьи по содействию примирению. Согласно п. 24 указанного Постановления, судья в ходе подготовки дела, в том числе при проведении опроса (собеседования), предлагает сторонам урегулировать возникший между ними спор, провести примирительную процедуру и разъясняет виды доступных примирительных процедур (ст. 153.3–153.6 ГПК РФ), их существо, условия, порядок, преимущества и последствия реализации. При этом судья не вправе предрешать результаты рассмотрения дела и давать оценку имеющимся доказательствам [3]. Предложение судьи о заключении мирового соглашения, сделанное в устной форме, должно быть зафиксировано в протоколе предварительного судебного заседания или в определении о назначении дела к судебному разбирательству. Получив согласие сторон на проведение примирительной процедуры, суд определяет предмет спора и круг вопросов для урегулирования, устанавливает срок проведения процедуры, утверждает кандидатуру судебного примирителя, выбранного сторонами, а также определяет иные необходимые условия (п. 25 Постановления) [3]. Особое значение имеет то, что в предварительном судебном заседании, которое проводится на стадии подготовки, суд может утвердить мировое соглашение или принять полный либо частичный отказ от иска, если это соответствует закону и не нарушает права иных лиц [11].

Стадия подготовки дела является наиболее благоприятным этапом для инициирования примирительных процедур. Это обусловлено рядом факторов. Во-первых, стороны ещё не вовлечены в глубокую процессуальную состязательность, характерную для стадии судебного разбирательства. Конфликт не достиг максимальной остроты, что повышает вероятность достижения компромисса [5]. Во-вторых, заключение мирового соглашения на стадии подготовки (до принятия решения судом первой инстанции) влечёт возврат истцу 70 % уплаченной государственной пошлины (подп. 3 п. 1 ст. 333.40 НК РФ). Данный финансовый стимул может служить существенным аргументом при разъяснении сторонам преимуществ примирения [2]. В-третьих, законодатель предусматривает процессуальные инструменты для обеспечения проведения примирительной процедуры: суд может объявить перерыв в предварительном судебном заседании, отложить судебное разбирательство, а при необходимости — приостановить производство по делу (ст. 169, 153.2 ГПК РФ) [1]. В-четвёртых, утверждённое мировое соглашение обладает силой судебного постановления и подлежит принудительному исполнению (ст. 153.11 ГПК РФ). Это гарантирует сторонам, что достигнутые договорённости не останутся лишь декларативными, а будут обеспечены механизмом принудительного исполнения [1]. Судебное примирение как отдельный вид примирительной процедуры обладает дополнительными преимуществами: оно проводится бесплатно для сторон (финансирование осуществляется за счёт федерального бюджета), а судебным примирителем выступает судья в отставке, что обеспечивает высокий уровень юридической квалификации посредника (ст. 153.6 ГПК РФ) [7].

Несмотря на развитую нормативную базу, практика применения примирительных процедур на стадии подготовки дела сталкивается с рядом существенных ограничений. Одной из ключевых проблем является то, что обязанность судьи по содействию примирению сторон на практике нередко реализуется формально. Судьи ограничиваются перечислением распорядительных прав сторон, включая право на заключение мирового соглашения, не предпринимая активных действий для организации переговоров или привлечения медиатора. Как отмечается в литературе, действия суда по примирению сторон остаются на усмотрение судьи, который может ограничиться простым упоминанием о возможности сторон заключить мировое соглашение [5]. Высокая нагрузка на судебную систему и отсутствие стимулирующих механизмов для судей, способствующих мирному урегулированию споров, усугубляют эту проблему. Судьи зачастую опасаются затягивания сроков рассмотрения дела и предпочитают разрешать споры самостоятельно [8].

Применение судебного примирения серьёзно ограничено недостаточным количеством судебных примирителей. По состоянию на 2026 г. список судебных примирителей насчитывает лишь 342 человека, причём в ряде субъектов Российской Федерации (Алтайский край, Республика Мордовия, Чукотский автономный округ) действует лишь по одному примирителю [7]. Как отмечает П. А. Клинина, показательным является решение Сузунского районного суда Новосибирской области от 15 января 2025 г. по делу № 2–24/2025, в рамках которого стороны выразили предварительное согласие на проведение судебного примирения, однако единственный судебный примиритель, действующий в регионе, был занят в другом процессе. Суд, руководствуясь принципом соблюдения разумных сроков судопроизводства (ст. 6.1 ГПК РФ), отказал в удовлетворении ходатайства об отложении разбирательства и рассмотрел дело по существу [7]. Данный казус наглядно демонстрирует дисбаланс между количеством судов и числом примирителей, а также отсутствие гибких процессуальных механизмов, позволяющих синхронизировать сроки судебного разбирательства с временными затратами на поиск свободного примирителя [8].

Действующее законодательство не лишено пробелов, препятствующих эффективному применению примирительных процедур. В частности, отсутствует единый федеральный закон о судебном примирении. Нормы ГПК РФ и Регламент проведения судебного примирения, утверждённый Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 2019 г. № 41, не образуют системного правового регулирования, что порождает неопределённость в отношении порядка взаимодействия суда и примирителя, ответственности примирителя за ненадлежащее исполнение обязанностей, а также правовых последствий уклонения стороны от участия в примирительной процедуре [7] [4]. Закон не предусматривает ответственности медиатора в случае заключения соглашения, которое приведёт стороны к убыткам или повлечёт нарушение прав и законных интересов третьих лиц. Также не предусмотрена ответственность сторон в случае их недобросовестного поведения — сокрытия важной информации, искусственного создания препятствий, затягивания переговоров. Сторона может соглашаться на участие в примирительной процедуре лишь формально, не имея реального намерения достигнуть соглашения, используя процедуру для получения времени на подготовку к судебному разбирательству или оказания давления на другую сторону [10]. Кроме того, вызывает вопросы установленный Регламентом критерий отбора кандидатов в примирители — наличие научной деятельности. Данное требование не имеет прямой корреляции с навыками ведения переговоров и управления конфликтами и необоснованно сужает круг потенциальных кандидатов из числа опытных судей в отставке [7].

Действующим законодательством не предусмотрено обязательное прохождение судебными примирителями каких-либо образовательных курсов, связанных с практикой примирения. Судья в отставке, имеющий значительный опыт разрешения споров, фактически не имеет опыта примирительной деятельности, которая существенно отличается от судебного разбирательства по своим целям и методам. Это обуславливает необходимость введения обязательного образовательного курса, детально раскрывающего психологические аспекты проведения процедуры судебного примирения [9]. Большинство граждан воспринимают обращение в суд как средство «выиграть спор», а не как возможность урегулировать его мирным путём. Отсутствие устойчивых традиций медиативного поведения существенно ограничивает распространение примирительных механизмов. Отсутствие положительной информационной кампании о примирении и низкий уровень активности просветительской работы о возможности применения примирительных процедур усугубляют эту проблему [12] [13].

Анализ правовых возможностей и практических ограничений позволяет сформулировать ряд предложений. Представляется целесообразным принятие специального федерального закона «О судебном примирении в Российской Федерации», который комплексно урегулировал бы правовой статус судебного примирителя, порядок инициирования и проведения процедуры, её сроки, основания и последствия прекращения, а также гарантии конфиденциальности и механизмы взаимодействия с судом [7]. Необходимо расширение корпуса судебных примирителей с обеспечением их равномерного территориального распределения, в том числе путём упрощения критериев отбора (исключение требования о научной деятельности) и введения обязательной программы повышения квалификации в области медиативных технологий для кандидатов [7]. В процессуальном законодательстве следует предусмотреть возможность продления срока рассмотрения дела на период проведения судебного примирения в пределах разумных временных рамок, что позволит избежать конфликта между задачей примирения и принципом процессуальной экономии [8]. Необходимо закрепление обязанности судьи на стадии подготовки дела направлять стороны на информационную встречу с судебным примирителем или медиатором для установления возможности применения соответствующих примирительных процедур [6]. Следует ввести ответственность сторон за недобросовестное поведение в ходе примирительных процедур, включая ответственность за затягивание переговоров и сокрытие существенной информации, что снизит риски злоупотребления правом на примирение [10].

Стадия подготовки дела к судебному разбирательству обладает значительным потенциалом для урегулирования спора мирным путём. Законодатель создал необходимую нормативную базу, включив примирение сторон в число задач подготовки и предусмотрев разнообразные виды примирительных процедур. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 мая 2026 г. № 15 существенно конкретизировало обязанности судьи по содействию примирению на подготовительном этапе [3]. Однако реализация этого потенциала сдерживается комплексом практических ограничений: формальным подходом судей, дефицитом судебных примирителей, пробелами в правовом регулировании, недостаточной подготовкой примирителей и низкой правовой информированностью населения. Устранение этих ограничений требует системного подхода, включающего как совершенствование законодательства, так и организационные меры по развитию института примирительных процедур в гражданском судопроизводстве.

Литература:

1. «Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 04.08.2026) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2026). — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/ (дата обращения: 23.09.2026).
2. Налоговый кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 05.08.2000 № 117-ФЗ. — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/ (дата обращения: 23.09.2026).
3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.05.2026 N 15 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству». — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/ (дата обращения: 23.09.2026).
4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.2019 N 41 «Об утверждении Регламента проведения судебного примирения». — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/ (дата обращения: 23.09.2026).
5. Чекмарева, А. В. Проблемы примирения сторон при подготовке гражданского дела к судебному разбирательству / А. В. Чекмарева. — Текст: непосредственный // Современное право. — 2018. — № 4. — С. 77–83.
6. К вопросу о примирении сторон на стадии подготовки дела к судебному разбирательству. — Текст: электронный // КиберЛенинка: [сайт]. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-o-primirenii-storon-na-stadii-podgotovki-dela-k-sudebnomu-razbiratelstvu?ysclid=mud7w4ur6o916809505 (дата обращения: 23.09.2026).
7. Клинина П. А. Судебное примирение в гражданском процессе: проблемы теории и практики применения. — Текст: электронный // КиберЛенинка: [сайт]. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/sudebnoe-primirenie-v-grazhdanskom-protsesse-problemy-teorii-i-praktiki-primeneniya (дата обращения: 23.09.2026).
8. Трезубов, Е. С. Проблемы эффективности судебного примирения в российском цивилистическом процессе / Е. С. Трезубов. — Текст: непосредственный // Журнал российского права. — 2023. — № 4. — С. 59–71.
9. Шереметова, Г. С. Условия эффективности судебного примирения / Г. С. Шереметова. — Текст: непосредственный // Арбитражный и гражданский процесс. — 2023. — № 9. — С. 24–28.
10. Грачева, О. С. Проблемы и ограничения в применении примирительных процедур в Российской Федерации / О. С. Грачева, Т. Я. Рябкова. — Текст: непосредственный // Matters of Russian and International Law. — 2025. — № 15. — С. 80–87.
11. Боловнев, М. А. Отдельные аспекты заключения мирового соглашения в стадии предварительного судебного заседания / М. А. Боловнев. — Текст: электронный // cyberleninka.ru: [сайт]. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/otdelnye-aspekty-zaklyucheniya-mirovogo-soglasheniya-v-stadii-predvaritelnogo-sudebnogo-zasedaniya?ysclid=mud8f9p31368826506 (дата обращения: 23.09.2026).
12. Шибанова, С. А. Примирительные процедуры в гражданском процессе / С. А. Шибанова. — Текст: электронный // Молодой ученый: [сайт]. — URL: https://moluch.ru/archive/419/93201?ysclid=mud8gm3m1365493302 (дата обращения: 23.09.2026).
13. Михайлова, Е. В. Медиация и судебное примирение: проблема соотношения / Е. В. Михайлова. — Текст: электронный // lawinfo.ru: [сайт]. — URL: https://lawinfo.ru/en/articles/3525/mediaciya-i-sudebnoe-primirenie-problema-sootnoseniya (дата обращения: 23.09.2026).