Проблематика квалификации юридических актов хозяйственных обществ в качестве сделок с заинтересованностью занимает центральное место в регулировании корпоративных отношений.

При этом оценка юридических актов хозяйственных обществ как сделок с заинтересованностью опирается на совокупность нормативных критериев (закрепленных в ГК РФ, Законе об ООО, Законе об АО и иных актах) и доктринальных подходов, развиваемых в научной литературе и судебной практике (в том числе в Постановлениях Пленума ВАС РФ и Верховного Суда РФ).

Гражданский кодекс РФ определяет сделку как действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей согласно ст. 153 ГК РФ [1]. Соответственно, те юридические акты хозяйственного общества, которые отвечают данному критерию (например, договор залога, договор купли‑продажи, договор займа, договор поручительства и пр.), подлежат оценке на предмет наличия в них заинтересованности в порядке, установленном Законом об ООО и Законом об АО.

При этом корпоративные решения в доктрине рассматриваются либо как особый вид корпоративных актов, либо как разновидность многосторонней сделки.

Это дискуссионный вопрос и основания оценки юридических актов хозяйственных обществ как сделок с заинтересованностью формируются на стыке общих положений гражданского права о сделках (ГК РФ) и специальных корпоративных норм о сделках с заинтересованностью (ст. 45–46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14‑ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»; ст. 81–84 Федерального закона от 26.12.1995 № 208‑ФЗ «Об акционерных обществах»).

Указанные акты формируют систему критериев, по которым юридический акт хозяйственного общества может быть оценен как сделка с заинтересованностью. Эти критерии условно можно разделить на:

– субъектные (кто участвует в сделке и каким образом связан с обществом);

– объективные (какие правовые и экономические последствия порождает сделка; кому она приносит выгоду или освобождает от бремени);

– структурные (каково положение данного юридического акта в системе корпоративного управления: обусловливает ли он распоряжение имуществом общества, выполнение обществом обязательств, предоставление обеспечения и т. п.)

Ключевым исходным основанием признания сделки хозяйственного общества сделкой с заинтересованностью является наличие в ней участия определенных законом лиц. Закон об АО (ст. 81) и Закон об ООО (ст. 45) формируют специальный перечень таких субъектов.

В соответствии со ст. 45 Закона об ООО к лицам, чья заинтересованность подлежит учету, относятся, в частности:

– участник общества, имеющий совместно с аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества;

– единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, директор);

– члены коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции);

– члены совета директоров (наблюдательного совета) общества;

– лица, имеющие право давать обществу обязательные для него указания [2].

Аналогичный перечень содержится в ст. 81 Закона об АО применительно к акционерным обществам, с учетом специфики их корпоративной структуры (учет крупных акционеров, членов ревизионной комиссии и др.).

Наличие у названных лиц формального статуса (участник с определенной долей, член органа управления, контролирующее лицо) предполагает потенциальный конфликт интересов между ними и обществом. Как отмечается в литературе, законодатель исходит из презумпции, что перечисленные лица обладают информационной и организационной возможностью влиять на принятие решений и реализацию сделок, а следовательно, могут использовать служебное положение в ущерб интересам общества и его иных участников [3].

Наличие в структуре сделки хотя бы одного из перечисленных законом лиц — первое и обязательное основание для оценки сделки как «с потенциальной заинтересованностью».

В доктрине широко обсуждается вопрос: является ли перечень лиц, указанных в ст. 45 Закона об ООО и ст. 81 Закона об АО, исчерпывающим или допускается более широкое толкование категории «заинтересованных лиц». Заинтересованность в сделке устанавливается в случаях, когда предусмотренные законом лица — как непосредственно заинтересованные, так и родственники в близкой степени родства или аффилированные лица — являются одной из сторон договора, выгодоприобретателями, посредниками либо представителями в сделке, или занимают определенные должности в органах управления, либо владеют долями или акциями юридического лица (отдельно или суммарно в объеме 20 % и выше), выступающего в соответствующем качестве.

Список лиц, чья заинтересованность в совершении обществом сделок может признаваться, не является исчерпывающим. Это объясняется тем, что наличие или отсутствие объективного интереса к сделке не всегда подтверждается формально-юридическими признаками. Так, даже при отсутствии реального интереса, определенное лицо при включении в установленный перечень (например, ст. 45 ФЗ «Об ООО» или ст. 81 ФЗ «Об АО») все же будет считаться заинтересованным, если оно, либо его аффилированные лица, напрямую или косвенно участвуют в сделке в качестве стороны.

Между тем, ст. 4 Закона РФ от 22.03.1991 г. № 948–1 («О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках») не содержит понятия аффилированности лиц, относящихся к физическим лицам, не являющимся предпринимателями. Например, если стороной сделки выступает юридическое лицо, а его фактическим контролирующим лицом (через пакет акций или долю) является физическое лицо, подчиненные ему общества также будут признаны заинтересованными при заключении сделки.

Однако если стороной сделки оказывается организация, не зависящая от контролирующего юридического лица напрямую, то аффилированность с контролирующим физическим лицом учитываться не будет. Это дает возможность физическому лицу — мажоритарному собственнику — создавать подчиненные структуры и дочерние организации, а затем, при совершении сделок через такие структуры, обходить необходимость получения особого согласия либо одобрения со стороны совета директоров или общего собрания участников хозяйственного общества.

С одной стороны, включение лица в установленный законом перечень приводит к тому, что оно презюмируется заинтересованным, если выполняются объективные признаки его участия в сделке (сторона, выгодоприобретатель и др.), — даже если в конкретной ситуации материальный интерес отсутствует. С другой стороны, реально заинтересованное лицо, не подпадающее под формальные критерии, может «выпасть» из сферы действия института, что создает возможности для обхода закона.

Наряду с формальным статусом лица (участник, директор, член совета и т. п.), законодатель требует установить объективную вовлеченность такого лица (или его аффилированных лиц) в конкретную сделку. Это проявляется в следующих формах:

– Лицо является стороной сделки.

– Лицо выступает выгодоприобретателем по сделке.

– Лицо является посредником в сделке.

– Лицо действует как представитель одной из сторон сделки.

– Лицо владеет (в том числе совместно с аффилированными лицами) долей (акциями) в юридическом лице, выступающем в качестве стороны сделки, в размере не менее 20 % (либо иным, предусмотренным законом порогом).

Особое значение для практики имеет категория выгодоприобретателя. Выгодоприобретателем по сделке следует признавать не только непосредственную сторону, но и лицо, которое, не участвуя в сделке:

– освобождается от обязательств;

– получает иные имущественные или иные преимущества;

– приобретает права по договору в свою пользу на основании ст. 430 ГК РФ (договор в пользу третьего лица), договора поручительства, банковской гарантии, договора доверительного управления, договора страхования и др.

Из этого следует, что юридический акт общества, оформленный, например, как договор поручительства или договор залога в обеспечение обязательств должника — участника общества, может быть признан сделкой с заинтересованностью, поскольку выгодоприобретателем по нему является именно этот участник‑должник. Аналогично, договор банковской гарантии, предоставленной обществом в интересах контролирующего акционера, или договор перевода долга, освобождающий такое лицо от обязательства, подпадает под режим сделок с заинтересованностью.

Литература:

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 31.07.2025) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.08.2025).
2. Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ (ред. от 04.08.2026) «Об обществах с ограниченной ответственностью».
3. Габов А. В. Сделки с заинтересованностью в практике акционерных обществ: проблемы правового регулирования. — М.: Статут, 2005, С. 5.