Часть 2 статьи 20 Конституции Российской Федерации закрепляет в качестве важнейшей процессуальной гарантии права обвиняемого на жизнь возможность передачи его дела на рассмотрение суда с участием присяжных заседателей. Тем самым на конституционном уровне устанавливается приоритет данной формы судопроизводства в тех случаях, когда обвинение сопряжено с наиболее строгими мерами ответственности. Очень точно здесь выразился М. И. Клеандров, отмечая, что участие граждан в судебных делах «будет, безусловно, способствовать более справедливому правосудию, чем без них».
С другой стороны, в данной форме судопроизводства российские граждане реализуют свое конституционное право на участие в отправлении правосудия. При этом население страны, народ, является единственным источником власти в нашем государстве (ч. 1 ст. 3 Конституции РФ). Он реализует эту власть в том числе и в качестве присяжных заседателей (ч. 5 ст. 32 Конституции РФ). Более того, с учетом процессуальных особенностей этой модели суда можно говорить именно о непосредственном осуществлении здесь власти народа (ч. 2 ст. 3 Конституции РФ). При этом согласно ч. 1 ст. 32 Конституции РФ россияне имеют право на участие в управлении делами государства, в том числе и в отправлении правосудия (ч. 5 ст. 32 Конституции РФ). Таким образом, в суде присяжных обеспечивается непосредственное, самостоятельное участие общества в разрешении правовых конфликтов, тем самым российский народ напрямую вовлекается в управление делами государства. Отсюда следует, что эта форма судопроизводства служит проявлению демократии в полном смысле этого слова. Соответственно, и вопросы повышения ее эффективности крайне актуальны, имеют принципиальное для нашей страны значение.
Конструкция суда присяжных предполагает двухуровневую проверку состоятельности обвинения: его надлежит обосновать как перед профессиональным судьей, так и перед непрофессиональной коллегией, выражающей гражданскую позицию. Оправдательный вердикт присяжных влечет за собой обязательное оправдание подсудимого. Обратная ситуация — обвинительный вердикт при несогласии с ним председательствующего судьи, запускает процедуру роспуска коллегии и направления дела на новое рассмотрение в ином составе (ч. 5 ст. 348 УПК РФ).
Полномочия председательствующего в суде присяжных не исчерпываются руководством процессом доказывания. Его ключевая функция — обеспечение неукоснительного соблюдения процедурных норм на всех этапах судебного разбирательства. Председательствующий в суде присяжных — это не просто организатор исследования доказательств, но, прежде всего, гарант процессуальной чистоты всего производства. Вердикт присяжных (в дословном переводе с латыни — «верно сказанное») утрачивает свое значение как акт социальной справедливости, если его вынесению предшествовали процедурные нарушения, а не только ошибки в оценке доказательственной базы. Именно поэтому законодатель возлагает на судью функцию «хранителя» процессуальной формы: без его строгого надзора участие граждан в правосудии становится фикцией. Данная роль материализуется в конкретных нормативных предписаниях: праве распустить коллегию ввиду ее тенденциозности (ст. 330 УПК РФ), обязанности по запросу присяжных разъяснять им положения закона (п. 2 ч. 1 ст. 333 УПК РФ), а также детально структурированном напутственном слове, включающем разъяснение уголовно-правовых норм, презумпции невиновности и последствий обвинительного вердикта.
И очень важно помнить, что ввиду крайне высокой значимости и сложности этой модели суда, ее повышенной юридической, социальной, нравственной, политической «нагрузки» формирование внутреннего убеждения присяжных представляет собой филигранный, тонкий, очень чувствительный к внешним влияниям процесс. Любое нарушение закона здесь фатально.
Вместе с тем законодатель не наделил председательствующего правом распустить коллегию в случаях обнаружения сведений о возможном незаконном воздействии на присяжных в ходе процесса. Но как об устоявшейся практике об этом пишет, например, С. А. Пашин: о «вторжении приставов и секретарей в совещательную комнату; сообщении присяжным сведений, порочащих подсудимого, а также о предъявлении им дополнительных доказательств, не рассматривавшихся в ходе судебного следствия». Однако при соответствующем обращении участников процесса к председательствующему он здесь бессилен.
Приведем пример. В ходе обсуждения последствий обвинительного вердикта защитник подсудимого заявляет о том, что с ним связались несколько присяжных и сообщили о нарушении сотрудником суда тайны совещательной комнаты и об оказанном на них давлении. Вследствие чего сторона защиты ходатайствует об их допросе, о допросе указанного сотрудника суда, об изъятии видеозаписей из камер наружного наблюдения, установленных на входе в совещательную комнату, и т. д. То есть просит председательствующего разобраться с вопросом о возможном нарушении закона. Получается абсурдная ситуация: судье заявляют, что при вынесении вердикта сотрудник аппарата суда нарушил тайну совещательной комнаты, говорят о присутствии в зале присяжных, желающих дать показания по этому поводу, но судья такое обращение игнорирует, ссылаясь на отсутствие соответствующих полномочий.
Вместе с тем УПК РФ действительно не содержит норм о возможности производства председательствующим соответствующих судебно-следственных действий, о его полномочии в случае подтверждения представленных сведений распустить коллегию — аннулировать процесс. Более того, неясно, как толковать в этом случае положения п. 1 ч. 3 ст. 56 УПК РФ, запрещающие допрос присяжных в качестве свидетелей «об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу». В 2020 г. Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 7 июля 2020 г. попытался разрешить эту ситуацию, указав на возможность опроса бывших присяжных в рамках производства в суде апелляционной инстанции.
В более подробном приближении можно заключить, что Конституционный Суд РФ пришел к следующим выводам. Тайной совещательной комнаты охватываются сведения, которые касаются существа дела, его фактических обстоятельств. В суде присяжных это данные, связанные с разрешением поставленных перед коллегией вопросов. Сведения о фактах нарушения уголовно-процессуального закона сюда не относятся и лежат за рамками действия института тайны совещательной комнаты. Поэтому и запрет, установленный в п. 1 ч. 3 ст. 56 УПК РФ, здесь не действует. То есть суд апелляционной инстанции может получить от присяжных заседателей соответствующую информацию. При этом поводом для ее изучения и оценки может выступить опрос этих лиц адвокатом с их согласия.
Но при этом Конституционный Суд РФ указал, что суд апелляционной инстанции по обоснованному ходатайству стороны вправе выяснить у присяжных сведения, касающиеся обстоятельств предполагаемого нарушения тайны совещательной комнаты, — без наделения их статусом свидетеля. Обоснование следующее. Осознание присяжным возможности его последующего допроса в качестве свидетеля со всеми вытекающими отсюда ограничениями (обязательность явки, допустимость привода и др.) противоречила бы идее о его независимости.
Мы видим необходимость привлечь внимание законодателя к проблематике расширения контрольных полномочий председательствующего в сфере выявления и пресечения процедурных нарушений. Дальнейшее развитие этого направления видится важнейшим условием модернизации суда присяжных и судебной системы России, стимулирования правовой активности общества, формирования устойчивой уверенности граждан в справедливости правосудия.
Литература:
- Постановление Конституционного Суда Российской Федерации по делу о проверке конституционности п. 1 ч. 3 ст. 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Р. А. Алиева. URL: https://doc.ksrf.ru/decision/KSRFDecision478257.pdf (дата обращения: 21.06.2026).
- Клеандров М. И. О направлениях совершенствования механизма судебной власти в обеспечении справедливости правосудия // Государство и право. 2021. N 3;
- Павлова З. КС указал, в каких случаях апелляционный суд может опросить присяжных, вынесших вердикт // Адвокатская газета. 2020. 9 июля;
- Ростовский суд вынес приговор по делу об убийстве младенца родителями. URL: https://ria.ru/20241002/prigovor-1976038349.html (дата обращения: 21.06.2026).
