В процессе развития общества неизбежно возникают конфликты, вызванные столкновением личных интересов. В случае опасности или угрозы ее наступления у каждого человека срабатывает инстинкт самосохранения, так как это врожденная форма поведения живых существ. Чтобы защитить себя, человек вынужден обороняться.

Развитие социального государства в условиях правовой интеграции предусматривает, что человек, его жизнь и здоровье, честь и достоинство признаются в демократическом обществе наивысшей социальной ценностью, поэтому их защита является приоритетным направлением уголовно-правовой политики российского государства.

Конституция Российской Федерации (далее — Конституция РФ) гласит: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью». Кроме того, согласно Конституции РФ, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Институт необходимой обороны детально регламентируется в ст. 37 УК РФ. Тем не менее при квалификации действий, совершенных обороняющимся лицом, правоприменительная практика сталкивается с рядом проблем. Законодатель оперирует оценочными категориями («явное несоответствие», «неожиданность посягательства»), что заставляет суд не просто сопоставлять вред от содеянного, а анализировать субъективное восприятие ситуации обороняющимся лицом.

На первый взгляд рассматриваемый институт кажется достаточно простым: он нашел свое закрепление в УК РФ, разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ, где содержатся достаточно четкие формулировки, а также оценочные понятия (к примеру, «несоответствие защиты посягательству» или «чрезмерный вред»), но в то же время включает парадоксальные моменты и определенные противоречия [1].

Также наблюдается тенденция, когда действия обороняющегося лица оцениваются без учета его психоэмоционального состояния в момент нападения. Данное обстоятельство влечет снижение доверия к институту самозащиты [2].

Основной проблемой является юридическая оценка пределов необходимой обороны. Законодатель характеризует превышение пределов необходимой обороны как умышленные действия, которые явно не соответствовали опасности и характеру посягательства, направленного в сторону обороняющегося лица [3]. Формулировка «явно» является исключительно оценочной. Согласно Постановлению Пленума Верного Суда от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершающего преступление» (далее — ППВС № 19), необходимо учитывать объект посягательства, избранный способ, тяжесть возможных последствий, место и время нападения. Это вносит ясность в определение превышения пределов необходимой обороны, которое дает законодатель.

Согласно прямому указанию ВС РФ, любые сомнения в наличии состояния необходимой обороны и виновности лица, обвиняемого в превышении ее пределов, необходимо толковать в пользу подсудимого [4]. Однако на практике ситуация выглядит совершенно иначе: оборонявшийся вынужден самостоятельно доказывать, что не превысил пределы необходимой обороны, а действовал исключительно в целях защиты собственной жизни. Подобная практика сдвигает баланс в сторону обвинения.

Для разрешения данных проблем необходимо ужесточение процессуального контроля за исполнением разъяснений Верховного Суда о презумпции невиновности обороняющегося. При возникновении сомнений в превышении пределов необходимой обороны, которые могут быть устранены, уголовное преследование должно быть прекращено, а не переквалифицироваться на ст. 108 или 114 УК РФ.

Таким образом, институт необходимой обороны — один из древнейших институтов уголовного права, который изменялся вместе с развитием общества. Современный институт необходимой обороны базируется на положениях Конституции РФ. Именно она, закрепляя естественные права человека, устанавливает среди них и право на необходимую оборону. Основной проблемой современного правоприменения данного института является чрезмерное использование оценочных категорий и отсутствие учета психологического состояния обороняющегося лица. Для ее решения необходим комплексный подход, который включает уточнение критериев превышения пределов необходимой обороны, а также расширение гарантий для лиц, которые реализуют право на самозащиту, закрепленное Конституцией РФ.

Литература:

1. Алексеенко, В. А. Проблемы и перспективы развития института необходимой обороны в Российской Федерации / В. А. Алексеенко // Вестник науки. — 2024. — Т. 4. — № 1 (70). — С. 111–118.
2. Тхазеплов, Т. М. Институт необходимой обороны: проблемы применения и пути их решения / Т. М. Тхазеплов // Пробелы в российском законодательстве. — 2023. — Т. 16. — № 4. — С. 278–282.
3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_135861/ (дата обращения: 07.06.2026).
4. Гребенкин, Ф. Б. О превышении пределов необходимой обороны / Ф. Б. Гребенкин // Право и общество. — 2023. — № 4 (13). — С. 19–23.