This article provides a comprehensive analysis of the legal regulation of hydrocarbon transportation and storage in the Russian Federation as of 2026. The first section examines the legal status of natural monopoly entities in the field of pipeline transport of oil, petroleum products and gas, as well as the regime of non-discriminatory access to infrastructure. The provisions of the Federal Law “On Natural Monopolies”, the Federal Law “On Gas Supply in the Russian Federation”, as well as new by-laws adopted within the framework of the “regulatory guillotine” mechanism in 2025–2026 are analyzed. The contractual basis for hydrocarbon transportation, the qualification of the transportation contract, essential terms, the procedure for conclusion and liability of the parties, including the environmental component, are studied. The second section analyzes the legal regulation of hydrocarbon storage in tank farms and commodity depots, as well as the special legal regime of underground gas storage facilities and state reserves. Special attention is paid to industrial safety requirements, environmental supervision and licensing. Based on the results of the study, conclusions are drawn about the systemic nature of the legal regulation of hydrocarbon transportation and storage, combining public‑law and private‑law mechanisms, as well as the increasing role of environmental requirements in contractual relations.

Keywords: hydrocarbon transportation, hydrocarbon storage, natural monopolies, non‑discriminatory access, pipeline transport, transportation contract, liability of parties, industrial safety, environmental supervision, tank farms, commodity depots, underground gas storage facilities, state reserve, energy law, licensing.

Введение

Правовое регулирование транспортировки и хранения углеводородов является одним из ключевых элементов энергетической безопасности Российской Федерации. Нефть, нефтепродукты и природный газ составляют основу топливно-энергетического комплекса страны, а их перемещение и складирование сопряжены с повышенными рисками для жизни, здоровья граждан, окружающей среды и объектов промышленной инфраструктуры. В условиях модернизации законодательства, в том числе в рамках механизма «регуляторной гильотины» в 2025–2026 годах, происходит обновление нормативно-правовой базы, регулирующей доступ к инфраструктуре естественных монополий, договорные отношения, экологические и промышленно-безопасные требования. Это обусловливает необходимость комплексного анализа действующего правового регулирования, выявления его системных характеристик и проблемных аспектов.

Степень разработанности проблемы. Вопросы правового регулирования транспортировки и хранения углеводородов получили определенное освещение в научной литературе. В трудах российских ученых в области энергетического права (А. Х. Абашидзе, А. О. Иншакова, Д. Е. Матыцин и др.) анализируются правовой статус субъектов естественных монополий, договорные конструкции и публично-правовые режимы. Экологическим аспектам посвящены работы И. Н. Квасова, В. Ю. Круглова, Н. С. Фелковского, Б. Пирниязовой и других авторов. Однако комплексные исследования, охватывающие одновременно транспортировку и хранение углеводородов с учетом последних изменений законодательства 2025–2026 годов, отсутствуют. Настоящая статья призвана восполнить этот пробел.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования выступают общественные отношения, складывающиеся в процессе транспортировки и хранения углеводородов в Российской Федерации. Предметом исследования являются нормы российского законодательства (гражданского, административного, экологического, о недрах, о промышленной безопасности), подзаконные акты, правоприменительная практика и доктринальные положения, регулирующие указанные отношения.

Цель и задачи исследования. Цель работы — провести комплексный анализ правового регулирования транспортировки и хранения углеводородов в Российской Федерации по состоянию на 2026 год, выявить его системные особенности и тенденции развития. Для достижения указанной цели поставлены следующие задачи:

1. охарактеризовать правовой статус субъектов естественных монополий в сфере трубопроводного транспорта и режим недискриминационного доступа к инфраструктуре;
2. проанализировать договорную основу транспортировки углеводородов и ответственность сторон, включая экологическую составляющую;
3. исследовать правовое регулирование хранения углеводородов в резервуарных парках и товарно-сырьевых базах;
4. раскрыть правовой режим подземных хранилищ газа и государственного резерва углеводородов;
5. сформулировать выводы о системном характере правового регулирования и возрастающей роли экологических требований.

1. Правовое регулирование транспортировки углеводородов

1.1. Правовой статус субъектов естественных монополий и режим доступа к инфраструктуре

Правовое регулирование транспортировки углеводородов в Российской Федерации базируется на особом правовом статусе субъектов естественных монополий, деятельность которых в сфере трубопроводного транспорта нефти, нефтепродуктов и газа подлежит государственному регулированию и контролю. Согласно Федеральному закону от 17 августа 1995 г. № 147-ФЗ «О естественных монополиях», к сфере деятельности субъектов естественных монополий отнесены, в частности, транспортировка нефти и нефтепродуктов по магистральным трубопроводам, а также транспортировка газа по трубопроводам (пункт 1 статьи 4) [6]. Указанные субъекты включаются в специальный реестр, ведение которого осуществляет Федеральная антимонопольная служба (ФАС России). Критериями включения в реестр являются наличие на праве собственности или ином законном основании магистральных трубопроводов и фактическое оказание услуг по транспортировке. Правовой статус указанных субъектов характеризуется комплексом публично-правовых обязанностей, включая обязанность по обеспечению недискриминационного доступа к инфраструктуре. В соответствии со статьей 27 Федерального закона от 31 марта 1999 г. № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации», организации — собственники систем газоснабжения обязаны обеспечить недискриминационный доступ любым организациям, осуществляющим деятельность на территории Российской Федерации, к свободным мощностям принадлежащих им газотранспортных и газораспределительных сетей в порядке, установленном Правительством Российской Федерации [8]. В 2025 году в рамках механизма «регуляторной гильотины» ФАС России подготовила проекты новых документов о недискриминационном доступе к инфраструктуре магистрального транспорта нефти, нефтепродуктов и газа. Проекты соответствующих постановлений Правительства РФ, которые могут вступить в действие с 1 марта 2025 года и будут действовать 6 лет, приходят на смену серии документов 1997–2021 годов. Существенным изменением является устранение возможности распределения пропускной способности газотранспортной системы (ГТС) на конкурсной основе при ее дефиците — остается только принцип удовлетворения заявок пропорционально заявленным объемам. Процедура доступа включает в себя следующие этапы: подача заявки потребителем, проверка наличия свободной мощности, заключение договора и установление тарифа. В случае необоснованного отказа или уклонения от заключения договора потребитель вправе обратиться в антимонопольный орган или суд.

Постановлением Правительства РФ от 31 мая 2025 г. № 825 «Об обеспечении недискриминационного доступа к услугам субъектов естественных монополий по транспортировке нефти (нефтепродуктов) по магистральным трубопроводам в Российской Федерации» утверждены соответствующие Правила. Данным документом установлены единые правила доступа, порядок подачи заявок, сроки рассмотрения, основания для отказа (отсутствие свободной мощности, несоответствие техническим условиям, непредставление необходимых документов) [11]. За нарушение субъектом естественной монополии правил недискриминационного доступа к магистральным нефтепроводам установлена административная ответственность частью 1 статьи 9.21 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которая предусматривает наложение штрафа на юридических лиц в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей [3]. Правовой статус субъектов естественных монополий в топливно-энергетическом комплексе представляет собой сложную правовую конструкцию, сочетающую элементы публично-правового регулирования с частноправовыми механизмами реализации услуг по транспортировке» [17]. Дополнительно следует подчеркнуть, что магистральные трубопроводы как объекты недвижимости имеют особый правовой режим, включающий публичные сервитуты в интересах обеспечения доступа третьих лиц. Эффективность функционирования системы транспортировки углеводородов напрямую зависит от четкости правового регулирования статуса субъектов естественных монополий, поскольку любое злоупотребление монопольным положением влечет за собой не только экономические потери, но и риски для энергетической безопасности государства. Таким образом, режим доступа к инфраструктуре представляет собой сбалансированный механизм, защищающий интересы как потребителей услуг, так и субъектов естественных монополий.

1.2. Договорная основа транспортировки и ответственность сторон

Договорная основа транспортировки углеводородов представляет собой систему гражданско-правовых соглашений, опосредующих перемещение углеводородного сырья от мест добычи или переработки до конечных потребителей. В силу пункта 2 статьи 8 Федерального закона от 17 августа 1995 г. № 147-ФЗ «О естественных монополиях» субъекты естественных монополий не вправе отказываться от заключения договора с отдельными потребителями на оказание услуг по транспортировке при наличии возможности оказать соответствующие услуги. Данное положение корреспондирует со статьей 426 Гражданского кодекса РФ, признающей договор транспортировки публичным договором. Существенными условиями договора транспортировки углеводородов в соответствии со статьей 432 Гражданского кодекса РФ являются: предмет (вид углеводорода, марка, качественные характеристики), объем транспортировки (в натуральных единицах — тоннах или тысячах кубометров), срок (период транспортировки, график подачи и приема), цена (тариф, порядок его применения и изменения), ответственность сторон (неустойка, штрафы, пени за нарушение обязательств) [2]. Порядок заключения договора регулируется статьями 435–443 ГК РФ: оферта направляется потребителем, субъект естественной монополии обязан рассмотреть ее в 30-дневный срок и направить проект договора или мотивированный отказ. Преддоговорные споры подлежат рассмотрению в арбитражном суде в порядке статьи 445 ГК РФ.

Правовая природа договора транспортировки углеводородов является предметом научной дискуссии. Большинство исследователей квалифицируют его как договор возмездного оказания услуг, поскольку объектом выступают действия по перемещению вещества, а не само вещество как таковое. «Договор транспортировки энергоресурсов по магистральным трубопроводам следует рассматривать в качестве самостоятельного типа договора, сочетающего признаки договора перевозки и договора возмездного оказания услуг, с присущей ему спецификой, обусловленной технологическими особенностями трубопроводного транспорта» [17, c. 228]. В отличие от договора перевозки груза по железной дороге или автотранспортом, при трубопроводной транспортировке отсутствует передача вещи во владение перевозчика; углеводороды перемещаются в замкнутой системе трубопроводов, оставаясь в собственности грузовладельца.

Ответственность сторон по договору транспортировки углеводородов наступает за нарушение обязательств, включая несвоевременную подачу или приемку углеводородов, нарушение режима транспортировки (давление, температура, скорость потока), превышение плановых объемов (что может привести к разрыву трубопровода), некачественную транспортировку (загрязнение, смешение сортов). В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» лицо, виновное в нарушении законодательства о промышленной безопасности, несет ответственность в соответствии с законодательством РФ [7]. Гражданско-правовая ответственность регулируется статьями 15 (возмещение убытков), 330–333 (неустойка), 393–406 (ответственность за неисполнение обязательств) Гражданского кодекса РФ. Типовые договоры транспортировки, разрабатываемые субъектами естественных монополий, обычно содержат условие о том, что за несвоевременную подачу углеводородов в систему магистрального трубопровода отправитель уплачивает пеню в размере 0,1 % от стоимости недопоставленного объема за каждый день просрочки, но не более 10 % от суммы недопоставки. За превышение планового объема транспортировки без предварительного согласования устанавливается повышающий коэффициент к тарифу (как правило, 1,5). Форс-мажорные обстоятельства (стихийные бедствия, военные действия, террористические акты) освобождают стороны от ответственности при условии их документального подтверждения торгово-промышленной палатой.

Значительное место в системе обеспечения надлежащего исполнения договорных обязательств занимает экологическая составляющая. Как указывают исследователи, транспортировка углеводородов сопряжена с высокими рисками аварийных разливов и утечек, что влечет применение мер гражданско-правовой и административной ответственности. «Утечки и разливы нефти во время транспортировки углеводородов относятся к числу наиболее серьезных экологических угроз, требующих включения в договоры транспортировки специальных условий об ответственности за экологический ущерб» [15]. В соответствии со статьями 77 и 78 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» юридические лица, причинившие вред окружающей среде, обязаны возместить его в полном объеме [9].

Важным элементом правового регулирования является мониторинг экологического состояния объектов транспортировки. «Научно-методические основы проведения экологического мониторинга окружающей среды с помощью малогабаритных беспилотных летательных аппаратов, оснащенных навесным аналитическим оборудованием, на территориях горнопромышленных промагломераций» [13]. Результаты такого мониторинга являются доказательствами по делам о привлечении к ответственности за аварийные разливы.

Особая роль в минимизации экологических рисков при транспортировке принадлежит государственному экологическому надзору. «Методика экологического надзора за объектами транспортировки углеводородов должна строиться на концепции постоянного мониторинга технического состояния трубопроводов и оперативного реагирования на любые отклонения от нормативных параметров» [16]. Административная ответственность за нарушение требований в области охраны окружающей среды при эксплуатации трубопроводного транспорта предусмотрена статьей 8.41 Кодекса РФ об административных правонарушениях (невыполнение обязанности по внесению платы за негативное воздействие на окружающую среду), статьей 8.46 (невыполнение заявки на постановку на государственный учет объектов, оказывающих негативное воздействие), статьей 8.2 (несоблюдение экологических требований при обращении с отходами производства и потребления).

Важным аспектом ответственности является соблюдение правил промышленной безопасности при эксплуатации объектов транспортировки углеводородов. Приказом Ростехнадзора от 15 декабря 2020 г. № 529 «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов» установлены требования к обеспечению безопасной эксплуатации объектов, нарушения которых влекут ответственность, предусмотренную законодательством РФ, вплоть до административного приостановления деятельности по статье 3.12 КоАП РФ [12]. «Современная нефтегазовая отрасль связана со многими негативными экологическими последствиями, поэтому возрастает роль в обеспечении экологической безопасности на всех этапах производственных процессов — от разведки до переработки углеводородов» [14]. Рекомендательной мерой, часто включаемой в договоры транспортировки, является обязательное страхование гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии. Таким образом, договорная основа транспортировки углеводородов и механизмы ответственности образуют целостную систему, обеспечивающую баланс частных и публичных интересов, а также экологическую безопасность.

2. Правовое регулирование хранения углеводородов

2.1. Хранение в резервуарных парках и товарно-сырьевых базах

Правовое регулирование хранения углеводородов в резервуарных парках и товарно-сырьевых базах представляет собой многоуровневую систему нормативных правовых актов, объединяющую требования промышленной безопасности, экологической охраны и гражданско-правового оборота. В отличие от транспортировки, где доминирует публично-правовой режим естественных монополий, хранение характеризуется большим разнообразием организационно-правовых форм и субъектного состава.

Базовым актом в сфере промышленной безопасности хранения углеводородов выступает Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». В соответствии со статьей 2 указанного Федерального закона объекты хранения углеводородов (резервуарные парки, товарно-сырьевые базы) отнесены к категории опасных производственных объектов I или II класса опасности в зависимости от количества хранимого опасного вещества. В развитие положений данного Закона Приказом Ростехнадзора от 15 декабря 2020 г. № 529 «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов» (официально опубликован не был, текст документа размещен на официальном сайте Ростехнадзора в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет») установлены детальные требования к размещению, проектированию, строительству, эксплуатации и ликвидации складов нефти и нефтепродуктов. Согласно пункту 4 указанных Правил, склады нефти и нефтепродуктов подразделяются на перевалочные, распределительные и перевалочно-распределительные, а также на резервуарные парки, входящие в состав нефтебаз. В 2025 году в указанные Правила были внесены существенные изменения Приказом Ростехнадзора от 18 марта 2025 г. № 88 «О внесении изменений в федеральные нормы и правила в области промышленной безопасности „Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов“, утвержденные приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 15 декабря 2020 г. № 529». Данными изменениями субъектам топливно-энергетического комплекса разрешено хранение нефти и нефтепродуктов в подземных и заглублённых резервуарах при соблюдении дополнительных требований к герметизации и контролю за уровнем наполнения. Пунктом 76 Правил установлено, что автоматические системы налива (АСН) должны быть оснащены ограничителями уровня налива, устройствами защиты от переполнения и средствами измерения количества отпускаемого продукта.

Экологические требования к хранению углеводородов закреплены в статье 46 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды». Частью 3 указанной статьи установлено, что при хранении углеводородного сырья должны предусматриваться меры по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов и иного негативного воздействия на окружающую среду. Частью 4 статьи 46 предусмотрено, что деятельность по хранению углеводородного сырья осуществляется при наличии планов предупреждения и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов, согласованных с уполномоченными федеральными органами исполнительной власти. В части 1 статьи 46 закреплено, что при эксплуатации объектов хранения принимаются меры по сбору, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов производства, осуществляются сбор нефтяного попутного газа, рекультивация земель, другие мероприятия по предотвращению негативного воздействия на окружающую среду. Частью 2 статьи 46 установлено, что эксплуатация объектов хранения допускается при наличии проектов рекультивационных и иных восстановительных работ.

В доктрине энергетического права справедливо отмечается, что «правовое регулирование хранения энергоресурсов отличается высокой степенью детализации и императивности, что обусловлено повышенной опасностью данных объектов и необходимостью защиты публичных интересов» [17, c. 245]. Особенностью правового режима резервуарных парков является сочетание требований промышленной безопасности, экологического законодательства и правил пожарной безопасности, что создает сложную систему разрешительных и контрольных процедур.

Важным элементом правового регулирования является обязательное лицензирование деятельности по хранению углеводородов. В соответствии со статьей 12 Федерального закона от 4 мая 2011 г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» эксплуатация взрывопожароопасных производственных объектов, к которым относятся резервуарные парки, подлежит лицензированию [10]. Лицензионные требования включают наличие у соискателя лицензии на праве собственности или ином законном основании зданий, строений, сооружений и технических устройств, соответствующих установленным требованиям, наличие системы производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности, а также наличие планов мероприятий по локализации и ликвидации последствий аварий.

Правовой режим товарно-сырьевых баз, предназначенных для хранения углеводородов с целью их последующей реализации, имеет особенности, связанные с их статусом как объектов гражданского оборота. В соответствии со статьей 130 Гражданского кодекса РФ резервуарные парки и товарно-сырьевые базы относятся к недвижимому имуществу, что влечет необходимость государственной регистрации прав на них. Существенным условием договора хранения углеводородов на товарно-сырьевой базе является качество передаваемого на хранение продукта, которое должно подтверждаться сертификатом соответствия и протоколами испытаний. Ответственность хранителя за утрату или повреждение углеводородов наступает по правилам главы 47 Гражданского кодекса РФ. В частности, в соответствии со статьей 902 ГК РФ хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором.

Экологический мониторинг объектов хранения углеводородов является обязательным требованием природоохранного законодательства. «Научно-методические основы проведения экологического мониторинга окружающей среды с помощью малогабаритных беспилотных летательных аппаратов, оснащенных навесным аналитическим оборудованием, на территориях горнопромышленных промагломераций» [13]. Указанные методики позволяют выявлять утечки углеводородов на ранних стадиях и оперативно принимать меры по их ликвидации. «Утечки и разливы нефти во время хранения углеводородов относятся к числу наиболее серьезных экологических угроз, требующих постоянного контроля за техническим состоянием резервуарных парков» [15].

Административная ответственность за нарушение требований промышленной безопасности при хранении углеводородов предусмотрена статьей 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде наложения штрафа на юридических лиц в размере от двухсот тысяч до трехсот тысяч рублей или административного приостановления деятельности на срок до девяноста суток. За нарушение экологических требований при хранении углеводородов ответственность наступает по статье 8.41 КоАП РФ (невыполнение обязанности по внесению платы за негативное воздействие на окружающую среду) и статье 8.46 КоАП РФ (невыполнение заявки на постановку на государственный учет объектов, оказывающих негативное воздействие).

Таким образом, правовое регулирование хранения углеводородов в резервуарных парках и товарно-сырьевых базах представляет собой комплексную систему, объединяющую нормы промышленной безопасности, экологического права, гражданского законодательства и административно-правовых институтов, что обеспечивает надлежащий уровень защищенности публичных и частных интересов.

2.2. Правовой режим подземных хранилищ газа (ПХГ) и государственного резерва

Правовой режим подземных хранилищ газа (ПХГ) и государственного резерва углеводородов обладает значительной спецификой, обусловленной стратегическим характером данных объектов и их особым значением для обеспечения энергетической безопасности Российской Федерации. ПХГ являются неотъемлемой частью Единой системы газоснабжения России и предназначены для компенсации неравномерности газопотребления, резервирования газа на случай аварий на газопроводах и создания стратегических запасов.

Основы правового регулирования ПХГ заложены в Законе Российской Федерации от 21 февраля 1992 г. № 2395–1 «О недрах» [4]. В соответствии со статьей 6 указанного Закона подземные хранилища газа относятся к объектам, для строительства и эксплуатации которых требуется получение лицензии на пользование недрами. Лицензия выдается на основании решения Федерального агентства по недропользованию и определяет целевое назначение участка недр, сроки строительства и эксплуатации ПХГ, а также требования по охране недр и окружающей среды. Статьей 23.2 Закона «О недрах» установлено, что проектная документация на строительство и эксплуатацию ПХГ подлежит государственной экспертизе. В редакции указанного Закона, действующей с 1 марта 2026 года в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2025 г. № 577-ФЗ, расширены полномочия Федерального агентства по недропользованию по контролю за соблюдением лицензионных требований при эксплуатации ПХГ.

Федеральный закон от 31 марта 1999 г. № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» определяет правовой статус ПХГ как объектов Единой системы газоснабжения. В соответствии со статьей 3 указанного Федерального закона ПХГ относятся к стратегическим объектам газоснабжения, изменение режима эксплуатации которых допускается только на основании решения Правительства Российской Федерации. Статьей 7 Закона установлено, что создание ПХГ осуществляется на основе перспективного баланса добычи и реализации газа в Российской Федерации, исходя из ресурсов газа, технических возможностей систем газоснабжения и прогноза потребности в энергетических ресурсах.

В доктрине энергетического права обоснованно утверждается, что «правовой режим ПХГ является уникальным правовым явлением, сочетающим элементы недропользования, промышленной безопасности и стратегического планирования, что требует особого подхода к его правовому регулированию» [17, c. 267]. При этом отмечается, что «ПХГ выполняют не только коммерческую функцию сглаживания сезонных пиков потребления, но и публично-правовую функцию обеспечения энергетической безопасности государства, что оправдывает применение повышенных требований к их эксплуатации» (Энергетическое право: учебник для вузов. — С. 270).

Особую роль в системе хранения углеводородов играет государственный резерв, правовой режим которого регулируется Федеральным законом от 29 декабря 1994 г. № 79-ФЗ «О государственном материальном резерве» [5]. В соответствии со статьей 1 указанного Федерального закона государственный резерв представляет собой особый федеральный (общероссийский) запас материальных ценностей, предназначенный для обеспечения мобилизационных нужд Российской Федерации, неотложных работ при ликвидации последствий чрезвычайных ситуаций, оказания гуманитарной помощи и регулирующего воздействия на рынок. Нефть и нефтепродукты относятся к категории материальных ценностей, закладываемых в государственный резерв в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Статьей 2 Закона установлено, что запасы государственного резерва неприкосновенны и не подлежат отчуждению, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

В 2025–2026 годах в законодательство о государственном резерве внесены существенные изменения. В соответствии с законопроектом, одобренным Комиссией по законопроектной деятельности Правительства РФ, предлагается дополнить Федеральный закон «О государственном материальном резерве» новыми понятиями, такими как «формирование государственного резерва», «накопление материальных ценностей в государственном резерве», «обслуживание запасов государственного резерва». Сроки заимствования материальных ценностей из госрезерва по решению руководителя Росрезерва предлагается увеличить с шести месяцев до одного года. Также предлагается уточнить способы обеспечения исполнения обязательств заёмщика по возврату материальных ценностей в госрезерв — предоставлением банковской гарантии или внесением денежных средств на счёт, на котором учитываются операции со средствами, поступающими Росрезерву или его территориальному органу. В целях повышения эффективности использования запасов госрезерва и средств федерального бюджета предлагается установить, что материальные ценности из госрезерва в связи с освежением его запасов, заменой и разбронированием будут передаваться на возмездной основе государственным заказчикам государственного оборонного заказа и организациям, выполняющим гособоронзаказ, ответственным хранителям материальных ценностей госрезерва для использования в производственно-хозяйственной деятельности.

Порядок освежения запасов нефти и нефтепродуктов в государственном резерве регулируется статьей 12 Федерального закона № 79-ФЗ, согласно которой освежение (замена) материальных ценностей производится в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. При освежении ответственный хранитель обязан обеспечить сохранность разбронированных материальных ценностей до их выпуска из госрезерва.

Экологические требования к ПХГ и объектам государственного резерва установлены статьей 46 Федерального закона № 7-ФЗ. При строительстве и эксплуатации ПХГ в соответствии с частью 5 статьи 46 принимаются меры по предупреждению прорывов газа в вышележащие горизонты и на дневную поверхность. «Методика экологического надзора за объектами подземного хранения углеводородов должна учитывать специфику геологического строения участка недр и возможные пути миграции газа» [16]. «Современная нефтегазовая отрасль требует особого внимания к обеспечению экологической безопасности при создании и эксплуатации ПХГ, поскольку любые нарушения герметичности могут привести к серьезным экологическим последствиям» [14].

Административная ответственность за нарушение требований к эксплуатации ПХГ предусмотрена статьей 8.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (нарушение требований по охране недр) в виде наложения штрафа на юридических лиц в размере от трехсот тысяч до пятисот тысяч рублей. За нарушение порядка работы с материальными ценностями государственного резерва ответственность наступает по статье 19.8 КоАП РФ (непредставление сведений о материальных ценностях государственного резерва) и статье 19.9 КоАП РФ (нарушение порядка заимствования материальных ценностей из государственного резерва).

Таким образом, правовой режим подземных хранилищ газа и государственного резерва углеводородов представляет собой сложную многоуровневую систему, в которой сочетаются публично-правовые и частноправовые элементы, а стратегические цели государства гармонизируются с интересами недропользователей и хранителей материальных ценностей.

Проведенное исследование правового регулирования транспортировки и хранения углеводородов в Российской Федерации позволяет сформулировать следующие основные выводы.

1. Правовое регулирование транспортировки углеводородов базируется на особом публично-правовом статусе субъектов естественных монополий, которые обязаны обеспечить недискриминационный доступ к инфраструктуре магистральных трубопроводов. Механизм «регуляторной гильотины» 2025–2026 годов привел к обновлению подзаконной базы, в частности к отказу от конкурсного распределения пропускной способности газотранспортной системы при ее дефиците в пользу пропорционального удовлетворения заявок. Это повышает предсказуемость доступа, но требует усиления антимонопольного контроля.
2. Договор транспортировки углеводородов является публичным договором возмездного оказания услуг, сочетающим признаки перевозки и специфику трубопроводного транспорта (отсутствие передачи вещи во владение перевозчика). Существенными условиями договора выступают предмет, объем, срок, цена и ответственность. Ответственность сторон включает как традиционные гражданско-правовые меры (неустойка, возмещение убытков), так и специфические санкции за нарушение режимов транспортировки. Особое место занимает экологическая ответственность за аварийные разливы и утечки, которая все чаще включается в договорные условия и обеспечивается страхованием.
3. Правовое регулирование хранения углеводородов в резервуарных парках и товарно-сырьевых базах характеризуется высокой степенью императивности и детализации, что обусловлено отнесением этих объектов к опасным производственным объектам I–II класса опасности. Ключевыми элементами являются лицензирование, соблюдение правил промышленной безопасности (Приказ Ростехнадзора № 529), выполнение экологических требований по предупреждению и ликвидации разливов, а также обязательный экологический мониторинг, в том числе с использованием беспилотных летательных аппаратов.
4. Подземные хранилища газа имеют уникальный правовой режим, сочетающий нормы недропользования (лицензия на пользование недрами), энергетического законодательства (стратегические объекты Единой системы газоснабжения) и экологического права. Государственный резерв углеводородов регулируется специальным законодательством, которое в 2025–2026 годах претерпело изменения в части увеличения сроков заимствования материальных ценностей до одного года и расширения возможностей возмездной передачи запасов в рамках гособоронзаказа. Неприкосновенность государственного резерва остается основополагающим принципом.
5. В целом правовое регулирование транспортировки и хранения углеводородов носит системный характер, объединяя публично-правовые (лицензирование, надзор, тарифное регулирование, недискриминационный доступ) и частноправовые (договор, ответственность, страхование) механизмы. Возрастающая роль экологических требований проявляется в их интеграции в договорные отношения, в усилении экологического надзора и внедрении современных методов мониторинга. Дальнейшее совершенствование законодательства должно идти по пути гармонизации промышленных, экологических и гражданско-правовых норм, а также цифровизации процедур доступа и контроля.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020). — Текст: электронный // Официальный интернет-портал правовой информации. — URL: http://pravo.gov.ru (дата обращения: 16.04.2026).
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 31.07.2025, с изм. от 25.11.2025) // Собрание законодательства РФ. — 1994. — № 32. — Ст. 3301; Российская газета. — № 238–239. — 08.12.1994.
3. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 23.03.2026, с изм. и доп., вступ. в силу с 03.04.2026) // Собрание законодательства РФ. — 2002. — № 1 (ч. I). — Ст. 1.
4. Закон Российской Федерации от 21 февраля 1992 г. № 2395–1 «О недрах» (ред. от 31.07.2025, с изм. и доп., вступ. в силу с 01.03.2026) // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. — 1992. — № 16. — Ст. 834; Собрание законодательства РФ. — 1995. — № 10. — Ст. 823; Российская газета. — № 102. — 05.05.1992.
5. Федеральный закон от 29 декабря 1994 г. № 79-ФЗ «О государственном материальном резерве» (ред. от 28.12.2025) // Собрание законодательства РФ. — 1995. — № 1. — Ст. 3; Российская газета. — № 6–7. — 12.01.1995.
6. Федеральный закон от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» // Собрание законодательства РФ. — 1995. — № 34. — Ст. 3426.
7. Федеральный закон от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» // Собрание законодательства РФ. — 1997. — № 30. — Ст. 3588.
8. Федеральный закон от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. — 1999. — № 14. — Ст. 1667; Российская газета. — № 67. — 08.04.1999.
9. Федеральный закон от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» // Собрание законодательства РФ. — 2002. — № 2. — Ст. 133.
10. Федеральный закон от 4 мая 2011 г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (ред. от 28.12.2025, с изм. от 15.02.2026) // Собрание законодательства РФ. — 2011. — № 19. — Ст. 2716; Российская газета. — № 97. — 06.05.2011.
11. Постановление Правительства РФ от 31.05.2025 № 825 «Об обеспечении недискриминационного доступа к услугам субъектов естественных монополий по транспортировке нефти (нефтепродуктов) по магистральным трубопроводам в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. — 2025. — № 24. — Ст. 3842; Официальный интернет-портал правовой информации (www.pravo.gov.ru), 02.06.2025.
12. Приказ Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 15.12.2020 № 529 «Правила промышленной безопасности складов нефти и нефтепродуктов». — Текст: электронный // Официальный сайт Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору. — URL: http://www.gosnadzor.ru (дата обращения: 16.04.2026). — Документ официально не опубликован.
13. Квасов, И. Н. Мониторинг экологического состояния объектов хранения, транспортировки и переработки углеводородов / И. Н. Квасов, В. Ю. Круглов // Транспорт и хранение углеводородов: Тезисы докладов V Всероссийской научно-технической конференции молодых учёных, Омск, 26 апреля 2024 года. — Омск: Омский государственный технический университет, 2024. — С. 69–71.
14. Деменкова, А. С. Основные экологические проблемы при добыче и транспортировке углеводородного сырья / А. С. Деменкова, В. А. Коломыца, М. А. Стрелков // Мелиорация и водное хозяйство: Материалы Всероссийской научно-практической конференции (Шумаковские чтения), посвящённой 135-летию со дня рождения академика ВАСХНИЛ, Героя Социалистического труда, заслуженного деятеля науки и техники РСФСР, доктора технических наук, профессора, крупного ученого в области мелиорации и орошаемого земледелия Б. А. Шумакова и 100-летию со дня рождения ректора НИМИ, профессора, Заслуженного мелиоратора РСФСР П. М. Степанова, Новочеркасск, 25 сентября 2024 года. — Новочеркасск: Лик, 2024. — С. 501–504.
15. Пирниязова, Б. Экологические аспекты транспортировки и хранения углеводородов / Б. Пирниязова, С. Джумамырадов, А. Сахедова, Б. Шаназаров // Символ науки: международный научный журнал. — 2025. — № 2–2. — С. 57–58.
16. Фелковский, Н. С. Методика экологического надзора: основные концепции транспортировки углеводородов / Н. С. Фелковский // История, современные проблемы и перспективы развития наук о Земле: Материалы I Международной научно-практической конференции, Астрахань, 06 декабря 2024 года. — Астрахань: Астраханский государственный университет им. В. Н. Татищева, 2024. — С. 106–108.
17. Энергетическое право: учебник для вузов / под научной редакцией А. Х. Абашидзе, А. О. Иншаковой, Д. Е. Матыцина. — Москва: Издательство Юрайт, 2026. — 440 с. — (Высшее образование). — ISBN 978–5–534–21341–6. — Текст: электронный // Образовательная платформа Юрайт [сайт]. — URL: https://urait.ru/bcode/590632 (дата обращения: 16.04.2026).