The article examines the dynamics of drug-related crimes for the period 2023–2025. Drawing on official data of the Russian Ministry of Internal Affairs and judicial statistics, it analyzes the structure and trends of drug crime and characterizes the socio-demographic and criminal-legal features of persons convicted for drug offences. Special attention is paid to the criminological assessment of recidivism, the group nature of acts and the digitalization of drug sales. The paper considers criminal law norms and political-legal instruments of counteraction to drug trafficking, including the State Anti-Drug Policy Strategy and the probation institution, and substantiates the necessity of combining repressive and rehabilitative measures.

Keywords: drug trafficking, drug crime, criminological characteristics, recidivism, digital sales, criminal policy, anti-drug policy, probation.

Незаконный оборот наркотиков признаётся одной из наиболее опасных угроз национальной безопасности Российской Федерации. Анализ статистики МВД России и Судебного департамента при Верховном Суде РФ за 2023–2025 гг. выявляет устойчивый рост наркопреступности на фоне общего снижения регистрируемой преступности, что требует оценки эффективности уголовно-правовых и политико-правовых механизмов противодействия.

В 2023 г. зарегистрировано 190,9 тыс. наркопреступлений (+7,5 % к предыдущему году), в 2024 г. — 198,0 тыс. (+3,7 %), в 2025 г. — 214,8 тыс. (+8,4 %). При этом общее число всех преступлений сократилось с 1947,2 тыс. до 1771,2 тыс. Доля тяжких и особо тяжких деяний в общей структуре преступности возросла с 30,3 % до 35,5 %, что во многом обусловлено именно приростом наркопреступлений, все из которых относятся к указанным категориям. Основной движущей силой выступает сбыт: его удельный вес увеличился с 66,1 % (126,2 тыс.) в 2023 г. до 73,9 % (158,7 тыс.) в 2025 г. Параллельно растёт число деяний, совершённых в крупном и особо крупном размерах, что свидетельствует об укрупнении партий и активизации оптового звена наркобизнеса.

Цифровизация стала доминирующей тенденцией: количество наркопреступлений, совершённых с использованием информационно-телекоммуникационных технологий, увеличилось с 81,5 тыс. в 2023 г. до 117,5 тыс. в 2025 г. (+44,2 %). Бесконтактный сбыт через мессенджеры и анонимные платформы стал основным каналом распространения, что серьёзно осложняет документирование преступной деятельности.

Организованный характер наркобизнеса подтверждается статистикой: в 2025 г. организованными группами и преступными сообществами совершено 48,8 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений (+35,4 % к 2024 г.), причём значительная их часть связана с наркотрафиком. Одновременно количество выявленных лиц сократилось с 77,1 тыс. в 2023 г. до 59,3 тыс. в 2025 г. Это указывает на рост серийности, углубление конспирации и наличие значительного низового звена, остающегося вне поля зрения правоохранительных органов.

Судебная статистика (форма № 11) дополняет криминологический портрет. В 2024 г. за преступления, предусмотренные ст. 228–234.1 УК РФ, осуждено 69 317 лиц (2023 г. — 72 897, первое полугодие 2025 г. — 27 412). Среди осуждённых преобладают мужчины (около 87 %), основная возрастная группа — 30–49 лет (примерно 60 %). Уровень образования невысок: 35,1 % имеют лишь основное общее или начальное образование, ещё 35,1 % — среднее общее. Почти 60 % осуждённых не имели постоянного источника дохода, являясь трудоспособными лицами без определённых занятий. Эти данные подтверждают маргинализированный характер субъектов наркопреступности.

Высок уровень рецидивизма: в 2024 г. 24,9 % осуждённых по наркостатьям на момент совершения преступления имели неснятые и непогашенные судимости; 16,5 % признаны совершившими преступление при рецидиве, опасном или особо опасном рецидиве (в 2023 г. — 17,4 %). Групповой характер деяний отражён в том, что 24,1 % осуждённых действовали в составе группы, а 5,2 % — в организованной группе или преступном сообществе. Преступления концентрируются в административных центрах субъектов РФ (47,6 %). Состояние наркотического опьянения в момент совершения деяния фиксируется редко (2,3 % по данным судебной статистики за 2024 г.), хотя по учётам МВД в 2025 г. зарегистрировано 6882 таких преступления, из которых 71,1 % — тяжкие и особо тяжкие.

Правовую основу противодействия образуют Конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотиков 1988 г., Федеральный закон от 8 января 1998 г. № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» и нормы УК РФ (ст. 228–229.1). Законодатель последовательно усиливает ответственность за сбыт, особенно с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, и расширяет перечень подконтрольных веществ. Карательная практика остаётся жёсткой: по итогам 2024 г. 55,5 % осуждённых по наркостатьям получили реальное лишение свободы, ещё 22,8 % — условное лишение свободы. Однако высокий рецидив свидетельствует о недостаточности одних лишь репрессивных мер.

Политико-правовые механизмы определены Стратегией государственной антинаркотической политики РФ на период до 2030 года (утв. Указом Президента РФ от 23 ноября 2020 г. № 733), предусматривающей сокращение предложения наркотиков и спроса на них, развитие профилактики, лечения и реабилитации. Федеральный закон «Об основах системы профилактики правонарушений» (2016 г.) относит наркозависимых к категориям, требующим особого профилактического внимания. Закон «О пробации в Российской Федерации» (2023 г.) создаёт институциональные рамки для социальной адаптации лиц, освободившихся из мест лишения свободы, включая осуждённых за наркопреступления.

Как подчёркивает О. В. Ивушкина, для повышения эффективности антинаркотической политики необходимо сочетание мер противодействия организованной наркопреступности, пресечения каналов сбыта в Интернете, а также побуждения наркозависимых к лечению и реабилитации. Дифференциация ответственности и развитие ресоциализационных программ особенно актуальны на фоне цифровизации наркорынка и высокого рецидива.

Таким образом, наркотизм остаётся растущей угрозой общественной безопасности, опережающей общие позитивные тренды преступности. Статистика 2023–2025 гг. фиксирует рост наркопреступлений, расширение сбыта, цифровизацию и укрепление организованных форм, а судебная статистика — высокую долю рецидива и маргинализацию осуждённых. Эффективное противодействие требует дальнейшего совершенствования уголовного законодательства в части ответственности за киберсбыт и одновременного развития политико-правовых механизмов профилактики, лечения и ресоциализации в рамках Стратегии государственной антинаркотической политики и института пробации.

Литература:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (ред. от 09 апреля 2026 г.)

2. Федеральный закон от 8 января 1998 г. № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» // Российская газета. 1998. № 7.

3. Федеральный закон от 23 июня 2016 г. № 182-ФЗ «Об основах системы профилактики правонарушений в Российской Федерации» // Российская газета. 2016. № 139.

4. Федеральный закон от 6 февраля 2023 г. № 10-ФЗ «О пробации в Российской Федерации» // Российская газета. 2023. № 29.

5. Указ Президента РФ от 23 ноября 2020 г. № 733 «Об утверждении Стратегии государственной антинаркотической политики Российской Федерации на период до 2030 года» // Собрание законодательства РФ. 2020. № 48. Ст. 7711.

6. Конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ (заключена в г. Вене 20 декабря 1988 г.) // Сборник международных договоров СССР и Российской Федерации. Вып. XLVII. М., 1994.

7. Состояние преступности в Российской Федерации (2023–2025 гг.) // Сайт МВД России. URL: https://мвд.рф/folder/101762 (дата обращения 30.04.2026).

8. Сводные отчеты Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (2023–2025 гг. Форма № 11) // URL: https://cdep.ru/?id=79 (дата обращения 30.04.2026).

9. Ивушкина, О. В. Направления уголовной политики в сфере противодействия незаконному обороту наркотиков / О. В. Ивушкина // Сибирский юридический вестник. — 2023. — № 2 (101). — С. 74–79.