Развитие технологий искусственного интеллекта привело к принципиально новой ситуации в сфере изобретательской деятельности. Системы ИИ уже способны генерировать технические решения, отвечающие критериям патентоспособности, что ставит перед правовой системой ряд нетривиальных вопросов. Кто должен считаться изобретателем в случае, если техническое решение создано без непосредственного участия человека? Может ли ИИ обладать правами на созданные им изобретения? Как следует адаптировать существующую систему патентной охраны к новым реалиям?

Актуальность этих вопросов подтверждается растущим числом заявок на патенты, связанных с изобретениями, созданными с помощью ИИ. Цель данной статьи — проанализировать сложившуюся правовую проблематику и предложить возможные пути её решения.

Традиционно изобретательская деятельность рассматривалась как результат творческого труда человека. Согласно российскому законодательству, изобретателем признаётся физическое лицо, творческим трудом которого создано изобретение (ст. 1347 ГК РФ). Этот подход основан на классической концепции авторства, предполагающей наличие сознания, воли и творческого замысла [1].

Однако современные системы ИИ способны автономно генерировать технические решения, которые могут быть новыми, иметь изобретательский уровень и быть промышленно применимыми. При этом процесс создания такого решения может происходить без какого‑либо творческого вклада со стороны человека — только на основе обработки больших массивов данных и применения алгоритмов машинного обучения [4].

Возникает фундаментальный вопрос: можно ли считать такой процесс «творческим трудом» в традиционном понимании? С одной стороны, ИИ не обладает сознанием и не способен к целеполаганию в человеческом смысле. С другой стороны, результаты его работы могут иметь значительную коммерческую ценность и способствовать научно‑техническому прогрессу [2, 6].

Проблема признания ИИ изобретателем уже стала предметом рассмотрения в ряде юрисдикций. Наиболее показательным является дело Thaler v. Commissioner of Patents (Великобритания), где суд отказал в регистрации патента, в котором в качестве изобретателя был указан ИИ DABUS. Суд аргументировал это тем, что изобретатель по смыслу патентного законодательства должен быть физическим лицом [5].

Аналогичные решения были приняты в США и Европе. Европейское патентное ведомство (ЕПО) в 2020 году отклонило две заявки, поданные Стивеном Талером, где в качестве изобретателя указывался ИИ. В мотивировочной части решения отмечалось, что изобретатель в соответствии с Европейской патентной конвенцией должен быть человеком.

В то же время некоторые юрисдикции демонстрируют более гибкий подход. В ЮАР в 2021 году впервые в мире был выдан патент, где в качестве изобретателя указан ИИ. Этот прецедент вызвал широкий резонанс в юридическом сообществе и показал возможность альтернативных подходов к решению проблемы [3].

Анализ сложившейся ситуации позволяет выделить несколько возможных подходов к регулированию статуса изобретений, созданных ИИ:

1-й подход предполагает сохранение действующей системы, при которой изобретателем всегда признаётся человек. В случае создания решения с помощью ИИ права могут закрепляться за: разработчиком ИИ‑системы; владельцем ИИ‑системы на момент создания изобретения; пользователем, задавшим параметры генерации решения.

2-й подход предусматривает создание специального правового режима для изобретений, созданных ИИ. Это может включать: введение понятия «автономное изобретение»; установление особых процедур подачи заявок; определение специальных условий патентоспособности.

3-й подход, наиболее радикальный вариант, предполагает признание ограниченной правосубъектности ИИ. В рамках этой концепции система ИИ могла бы обладать специальными правами на созданные ею изобретения с последующим переходом этих прав к человеку или организации. Однако такой подход вызывает наибольшие сомнения с точки зрения теории права [8].

Российское патентное законодательство пока не содержит специальных норм, регулирующих статус изобретений, созданных с помощью ИИ. Однако необходимость таких изменений становится всё более очевидной. Возможные направления совершенствования правовой системы могут включать:

— уточнение понятия «изобретатель» в Гражданском кодексе РФ с учётом новых технологических реалий. Это может быть сделано путём введения дополнительных критериев или выделения особых категорий изобретений.

— разработку специальных правил подачи и рассмотрения заявок на изобретения, созданные с помощью ИИ. Такие правила могли бы предусматривать: особые требования к описанию изобретения; порядок подтверждения факта создания решения с помощью ИИ; правила указания лиц, имеющих право на получение патента.

— создание механизмов распределения доходов от коммерциализации таких изобретений между всеми заинтересованными сторонами — разработчиками ИИ, владельцами систем, пользователями и т. д. [7].

Важным аспектом является также вопрос о балансе интересов. С одной стороны, необходимо стимулировать развитие технологий ИИ и коммерциализацию созданных с их помощью решений. С другой — важно сохранить стимулы для человеческой изобретательской деятельности и не допустить ситуации, когда крупные корпорации, владеющие мощными ИИ‑системами, получат монопольное положение на рынке инноваций.

Заключение

Проблема определения изобретателя в эпоху искусственного интеллекта не имеет однозначного решения. Сохранение традиционного подхода, исключающего признание ИИ автором, может тормозить технологический прогресс и создавать неопределённость в отношении прав на ценные изобретения. В то же время радикальная реформа, предполагающая признание правосубъектности ИИ, сталкивается с серьёзными теоретическими и практическими трудностями.

Наиболее реалистичным представляется постепенное совершенствование патентного законодательства с учётом специфики изобретений, созданных с помощью ИИ. Это должно включать: чёткое определение лиц, имеющих право на получение патента в таких случаях; разработку специальных процедур подачи и рассмотрения заявок; создание механизмов справедливого распределения доходов; гармонизацию национальных норм с международными стандартами.

Дальнейшее развитие этой проблематики требует междисциплинарного подхода с привлечением не только юристов, но и специалистов в области ИИ, философов, социологов. Только такой комплексный анализ позволит выработать эффективные правовые решения, отвечающие потребностям современного общества.

Литература:

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвёртая) от 18.12.2006 № 230‑ФЗ.
2. Европейская патентная конвенция (ЕПК) от 05.10.1973.
3. Болотаева О. С. Искусственный интеллект и право интеллектуальной собственности // Право и государство: теория и практика. 2023. № 10 (226). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/iskusstvennyy-intellekt-i-pravo-intellektualnoy-sobstvennosti (дата обращения: 23.03.2026).
4. Моргунова Е. А. Право интеллектуальной собственности в условиях развития новых технологий: монография / Е. А. Mopгy нова, Б. А. Шахназаров. — Москва: Норма: И НФРА-М, 2023. — 152 с.
5. Судариков С. А. Право интеллектуальной собственности. — М.: Проспект, 2021.
6. Решение ЕПО по делу J 8/20 (DABUS) от 21.12.2020.
7. Решение Высокого суда Англии и Уэльса по делу Thaler v. Comptroller General of Patents [2021] EWHC 2412 (Pat).
8. Официальный сайт Роспатента (rospatent.gov.ru).