The article is devoted to the analysis of the grounds for exemption from punishment due to illness, provided for in Article 81 of the Criminal Code of the Russian Federation. The article examines the medical and legal criteria of three independent institutions: exemption due to a mental disorder (imperative nature), other serious illness (discretionary power of the court), and a disease that makes a military personnel unfit for military service. Based on the analysis of judicial practice and the explanations of the Supreme Court of the Russian Federation, the article explores the specifics of law enforcement, as well as the legal consequences of a person’s recovery.

Keywords: release from punishment, Article 81 of the Criminal Code of the Russian Federation, mental disorder, serious illness, military personnel, compulsory medical measures, humanism, and judicial practice.

Освобождение от наказания в связи с болезнью является одним из институтов уголовного права Российской Федерации, отражающих гуманистическую направленность уголовно-правового регулирования и обеспечивающих учет состояния здоровья лица при реализации уголовной ответственности. Данный институт закреплен в ст. 81 УК РФ и представляет собой предусмотренный законом механизм, позволяющий отказаться от назначения наказания либо прекратить его исполнение в отношении лица, страдающего тяжелым заболеванием [2].

Основания освобождения от наказания согласно ст. 81 УК РФ могут быть классифицированы по медицинскому критерию (психическое расстройство, иная тяжелая болезнь) либо по субъектному составу (специальное основание для военнослужащих).

Освобождение от наказания в связи с психическим расстройством, предусмотренное ч. 1 ст. 81 УК РФ, представляет собой один из наиболее значимых проявлений принципа гуманизма в уголовном праве. Данный институт основан на объективной невозможности достижения целей наказания в отношении лица, которое вследствие психического заболевания утратило способность осознавать значение применяемых к нему мер принуждения и руководить своим поведением [13, с. 14].

Законодатель в ч. 1 ст. 81 УК РФ использует двухэлементную конструкцию юридического критерия, который включает два признака: интеллектуальный (невозможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо бездействия) и волевой (невозможность руководить своими действиями). Для применения ч. 1 ст. 81 УК РФ достаточно наличия хотя бы одного из указанных признаков в сочетании с медицинским критерием — собственно психическим расстройством.

Интеллектуальный признак характеризует нарушение познавательной (когнитивной) сферы психической деятельности. Лицо, страдающее психическим расстройством, может не понимать фактической стороны происходящего, например, не осознавать, что находится в местах лишения свободы, что к нему применяются меры принуждения, что существуют определенные правила поведения, обязательные для соблюдения. В других случаях может сохраняться понимание фактических обстоятельств, но утрачивается способность оценивать их социальное значение, то есть лицо перестает осознавать общественную опасность своих действий или бездействия, не понимает, что его поведение может причинять вред окружающим либо нарушать установленный порядок.

В свою очередь, волевой признак характеризует нарушение способности к произвольной регуляции поведения. Лицо может в целом понимать происходящее, осознавать требования режима и необходимость их соблюдения, однако вследствие психического расстройства утрачивает способность контролировать свои поступки, противостоять импульсивным побуждениям, выбирать социально приемлемые варианты поведения.

Медицинский критерий в ч. 1 ст. 81 УК РФ обозначен родовым понятием «психическое расстройство». Данный термин охватывает широкий круг психических заболеваний и нарушений психической деятельности независимо от их нозологической принадлежности, этиологии, характера течения и прогноза. В этом состоит отличие от ч. 2. ст. 81 УК РФ, где медицинское основание конкретизируется через Перечень заболеваний, утверждаемый Правительством РФ [4].

Законодатель не предоставляет суду дискреционных полномочий при решении данного вопроса: если установлено, что у осужденного наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать свои действия либо руководить ими, суд обязан освободить такое лицо от дальнейшего отбывания наказания. Ни тяжесть совершенного преступления, ни данные о личности осужденного, ни его поведение в период отбывания наказания, ни мнение администрации исправительного учреждения не могут служить основанием для отказа в освобождении [13, с. 15].

Императивный характер освобождения обусловлен тем, что применение наказания к лицу, не способному осознавать его смысл и значение, утрачивает правовое и нравственное обоснование. Кроме того, содержание психически больного лица в условиях изоляции может рассматриваться как бесчеловечное или унижающее достоинство обращение, запрещенное ст. 21 Конституции РФ [1].

Следует отметить, что закон не устанавливает каких-либо временных ограничений для применения ч. 1 ст. 81 УК РФ. Психическое расстройство может наступить как непосредственно после совершения преступления, так и спустя многие годы после начала отбывания наказания. В любом случае при подтверждении факта утраты способности осознавать свои действия либо руководить ими освобождение является обязательным.

В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 21 апреля 2009 г. № 8 разъяснил, что освобождение от наказания по данному основанию применяется независимо от времени наступления расстройства — до или после вынесения приговора, а также независимо от наличия либо отсутствия у осужденного иных заболеваний [8].

Освобождение от наказания в связи с психическим расстройством не означает прекращения какого-либо воздействия на лицо, совершившее преступление. Ч. 1 ст. 81 УК РФ предусматривает, что суд может назначить такому лицу принудительные меры медицинского характера. Данная формулировка («может назначить») не означает, что назначение мер является факультативным — в отношении лиц, страдающих психическими расстройствами и представляющих опасность для себя или окружающих либо способных причинить иной существенный вред, применение принудительного лечения является обязательным.

Вид принудительных мер, порядок и условия их исполнения определяются в соответствии с главой 15 УК РФ и Законом от 02.07.1992 № 3185–1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» [3].

Освобождение от наказания в связи с иной тяжелой болезнью, предусмотренное ч. 2 ст. 81 УК РФ, представляет собой самостоятельный уголовно-правовой институт, отличающийся по своей правовой природе от освобождения в связи с психическим расстройством. Основное отличие заключается в факультативном характере данного основания: в отличие от императивного предписания ч. 1 ст. 81 УК РФ, обязывающего суд освободить осужденного при наличии психического расстройства, ч. 2 ст. 81 УК РФ предоставляет суду право, но не возлагает обязанность принять решение об освобождении.

Данное различие обусловлено тем, что психическое расстройство, лишающее лицо способности осознавать свои действия либо руководить ими, полностью исключает саму возможность достижения целей наказания, поскольку осужденный перестает воспринимать карательное и воспитательное воздействие. Соматическое (телесное) заболевание, каким бы тяжелым оно ни было, не влияет на интеллектуально-волевую сферу личности, и лицо сохраняет способность понимать значение применяемых к нему мер наказания.

Медицинским основанием для применения ч. 2 ст. 81 УК РФ выступает наличие у осужденного тяжелого заболевания, включенного в Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания от 6 февраля 2004 года № 54, и является исчерпывающим. При этом, даже наличие тяжелого заболевания, объективно затрудняющего отбывание наказания, но не включенного в Перечень, не может служить основанием для освобождения по ч. 2 ст. 81 УК РФ. Перечень заболеваний включает заболевания различных классов, объединенных общим признаком — невозможностью дальнейшего содержания осужденного в условиях изоляции без угрозы для его жизни либо без причинения несоразмерных страданий. В структуре Перечня выделяются следующие группы заболеваний: инфекционные и паразитарные болезни, новообразования, болезни нервной, эндокринной системы и пр.

Ч. 2 ст. 81 УК РФ предоставляет суду дискреционные полномочия при решении вопроса об освобождении. Закон говорит, что лицо, заболевшее иной тяжелой болезнью, «может быть освобождено судом от отбывания наказания». То есть, даже при наличии заболевания, включенного в Перечень, и всех положительных характеристик осужденного суд не обязан автоматически принимать решение об освобождении [14, с. 78].

Однако полномочия суда не являются абсолютными и имеют определенные пределы. Решение об отказе в освобождении от наказания по болезни должно быть мотивированным, основанным на всестороннем учете всех обстоятельств дела и не может быть произвольным. Суд обязан указать в решении, какие именно обстоятельства (тяжесть преступления, данные о личности, характер заболевания, поведение осужденного) послужили основанием для отказа, и почему они перевешивают медицинские показания.

Тем самым ст. 81 УК РФ не содержит положений, допускающих принятие судом произвольного решения о возможности или невозможности освобождения осужденного от отбывания наказания в связи с болезнью [6, 7].

Так, осужденный М., отбывавший наказание за тяжкое преступление, страдал тяжелым онкологическим заболеванием. Суд первой инстанции удовлетворил представление администрации исправительного учреждения и освободил его от дальнейшего отбывания наказания на основании ч. 2 ст. 81 УК РФ. Кассационный суд отменил это решение, сославшись на формальные нарушения в деятельности врачебной комиссии, проводившей освидетельствование. Верховный Суд Российской Федерации восстановил решение суда первой инстанции, подчеркнув, что наличие заболевания, включенного в Перечень, является определяющим основанием для освобождения от наказания. Формальные организационные нарушения при работе комиссии не могут служить основанием для отказа, если диагноз подтверждается совокупностью медицинских документов и экспертиз. Суд подчеркнул приоритет реального состояния здоровья осужденного над процедурными недочетами [13, с. 14].

В другом случае суд первой инстанции отказал в освобождении осужденного, ссылаясь на отсутствие сведений о родственниках, которые могли бы обеспечить уход. Однако апелляция отменила это решение, указав, что определяющее значение имеет сам факт наличия заболевания, препятствующего отбыванию наказания. Суд подчеркнул, что закон не ставит освобождение в зависимость от наличия или отсутствия у осужденного социальных связей, а медицинское заключение, подтверждающее наличие заболевания из Перечня и отсутствие нужды в постороннем уходе, является достаточным основанием для освобождения [10].

Дело Ставропольского краевого суда развивает этот подход. Суд первой инстанции, несмотря на наличие нескольких медицинских заключений, подтверждающих, что осужденный страдает заболеванием, входящим в Перечень, и не может содержаться в исправительном учреждении на общих основаниях, отказал в удовлетворении ходатайства. Суд мотивировал это тем, что заболевание не является неизлечимым, а осложнения могут наступить вне зависимости от изоляции. Апелляционная инстанция отменила постановление, указав, что суд проигнорировал показания начальника медицинской части об отсутствии в системе УФСИН специализированного отделения для лечения данного заболевания и о проблематичности госпитализации. Таким образом, апелляция признала, что наличие заболевания из Перечня в совокупности с невозможностью получить адекватное лечение в условиях изоляции является безусловным основанием для освобождения [11].

В другом случае суд апелляционной инстанции согласился с выводами нижестоящего суда, основанными на заключении врачебной комиссии, согласно которому у осужденного отсутствуют заболевания, включенные в Перечень. Данное дело подтверждает, что наличие тяжелых заболеваний само по себе, без их включения в Перечень, не является основанием для применения ст. 81 УК РФ [12].

Ч. 3 ст. 81 УК РФ предусматривает специальное основание освобождения от наказания, применяемое исключительно к военнослужащим. Выделение данной категории осужденных в отдельный правовой институт обусловлено особым характером военной службы, спецификой применяемых к военнослужащим видов наказания, а также необходимостью учета интересов обороноспособности государства и поддержания боеготовности Вооруженных Сил.

УК РФ предусматривает для военнослужащих специальные виды наказания, не применяемые к иным категориям осужденных: содержание в дисциплинарной воинской части (ст. 55 УК РФ) и арест с отбыванием на гауптвахте (ст. 54 УК РФ).

Действие ч. 3 ст. 81 УК РФ распространяется на две основные категории военнослужащих: проходящих военную службу по призыву и проходящих военную службу по контракту. Правовое положение указанных категорий имеет существенные различия, однако в части оснований освобождения от наказания в связи с болезнью законодатель не проводит между ними дифференциации.

Медицинским основанием для освобождения военнослужащего от наказания выступает заболевание, делающее его негодным к военной службе. В отличие от ч. 2 ст. 81 УК РФ, где медицинский критерий определен через Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, ч. 3 ст. 81 УК РФ использует иной подход.

Определение степени годности к военной службе осуществляется в соответствии с Положением о военно-врачебной экспертизе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2013 года № 565. Указанное Положение содержит перечень болезней, в которых каждому заболеванию сопоставлена категория годности к военной службе [5].

Для освобождения от наказания по ч. 3 ст. 81 УК РФ необходимо установление категории годности «Д» (не годен к военной службе) либо, в определенных случаях, категории «В» (ограниченно годен), если характер заболевания и условия военной службы не позволяют дальнейшее прохождение службы в занимаемой должности или в вооруженных силах в целом.

Ч. 4 ст. 81 УК РФ устанавливает правовое последствие, связанное с изменением состояния здоровья лиц, освобожденных от наказания по основаниям, предусмотренным ч. 1 и 2 данной статьи. Указанная норма определяет, что освобождение от наказания в связи с болезнью не является окончательным и бесповоротным, а носит условный характер, будучи обусловлено самим фактом наличия заболевания. При отпадении этого обстоятельства — выздоровлении лица — правовые последствия совершенного преступления могут быть актуализированы вновь.

Данная норма закрепила два обязательных условия, при наличии которых лицо, выздоровевшее после освобождения от наказания в связи с болезнью, может подлежать уголовной ответственности и наказанию:

1. Выздоровление лица. Под выздоровлением понимается не только полное излечение от заболевания, послужившего основанием для освобождения, но и такое изменение состояния здоровья, при котором отпадают обстоятельства, препятствовавшие отбыванию наказания. Применительно к ч. 1 ст. 81 УК РФ выздоровление означает восстановление психических функций до уровня, позволяющего лицу осознавать свои действия и руководить ими. Применительно к ч. 2 — достижение стойкой ремиссии либо такого улучшения состояния, при котором заболевание перестает препятствовать отбыванию наказания (например, болезнь переходит в стадию, когда необходимое лечение может быть обеспечено в условиях пенитенциарного учреждения).

Законодатель исходит из презумпции, что заболевание, послужившее основанием для освобождения от наказания, не аннулирует ни факта совершения преступления, ни виновности лица, ни законности и обоснованности вынесенного приговора. Освобождение от наказания по болезни приостанавливает реализацию уголовно-правовых последствий совершенного деяния, но не устраняет их полностью. Поэтому в случае выздоровления лицо может быть вновь подвергнуто уголовному преследованию и наказанию при соблюдении определенных условий [15, с. 400].

2. Неистечение сроков давности. Даже при установлении факта выздоровления лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности или направлено для отбывания наказания, если истекли установленные законом сроки давности. Данное требование корреспондирует общим принципам уголовного права, согласно которым по истечении определенного времени утрачивается общественная значимость привлечения лица к ответственности, снижается возможность объективного рассмотрения дела, а само лицо, длительное время, не совершавшее новых преступлений, перестает представлять общественную опасность.

Таким образом, институт освобождения от наказания в связи с болезнью, закрепленный в ст. 81 УК РФ, представляет собой механизм, сочетающий императивные и дискреционные начала, учитывающий как медицинские показания, так и юридические и социальные факторы. Его применение обеспечивает реализацию принципов гуманизма и справедливости в уголовном праве, гарантируя, что наказание не применяется к лицам, которые в силу своего состояния здоровья не могут быть его субъектами либо дальнейшее отбывание наказания вступает в противоречие с требованиями человеческого достоинства.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020). — М.: Спарк, 2026. — 77 с.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 20.02.2026) // Собрание законодательства РФ. — 17.06.1996. — № 25. — ст. 2954.
3. Закон РФ от 02.07.1992 № 3185–1 (ред. от 22.07.2024) «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» // Ведомости СНД и ВС РФ. — 20.08.1992. — № 33. — ст. 1913.
4. Постановление Правительства РФ от 06.02.2004 № 54 (ред. от 05.12.2025) «О медицинском освидетельствовании осужденных, представляемых к освобождению от отбывания наказания в связи с болезнью» // Российская газета. — № 28. — 13.02.2004.
5. Постановление Правительства РФ от 04.07.2013 № 565 (ред. от 29.08.2025) «Об утверждении Положения о военно-врачебной экспертизе» // Собрание законодательства РФ. — 15.07.2013. — № 28. — ст. 3831.
6. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 января 2019 года № 69-О // СПС Консультант Плюс.
7. Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28 июня 2022 года № 1492-О // СПС Консультант Плюс.
8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.04.2009 № 8 (ред. от 25.06.2024) «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» // Бюллетень Верховного Суда РФ. — № 7. — 2009.
9. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2025 № 24-УД25–1-К4 // СПС Консультант Плюс.
10. Апелляционное постановление Амурского областного суда № 22–1577/2025 от 8 сентября 2025 г. по делу № 4.1–297/2025. — URL: https://sudact.ru/regular/doc/Bt8COshNCsdr/ (дата обращения: 20.03.2026).
11. Апелляционное постановление Ставропольского краевого суда № 22–3326/2025 от 28 августа 2025 г. по делу № 4/3–15/2025. — URL: https://sudact.ru/regular/doc/txh9FNhOJOg5/ (дата обращения: 20.03.2026).
12. Апелляционное постановление Томского областного суда № 22–1912/2025 от 27 августа 2025 г. по делу № 4/3–4/2025. — URL: https://sudact.ru/regular/doc/uyc3Hp8eb5xQ/ (дата обращения: 20.03.2026).
13. Бриллиантов, А. В. Освобождение от наказания: законодательство, теория и судебная практика: монография / А. В. Бриллиантов. — М.: РГУП, 2019. — 96 с.
14. Горшенин, А. А. Освобождение от уголовной ответственности, наказания и его отбывания / А. А. Горшенин. — М.: Юрайт, 2026. — 97 с.
15. Иваничева, Е. Д. Освобождение от наказания в связи с иной тяжелой болезнью в ракурсе принципа гуманизма / Е. Д. Иваничева // Актуальные вопросы юридической науки, права и правосудия. — Нижний Новгород, 2023. — С. 399–402.