Самым фундаментальным каркасом общественной жизни, в том числе правоотношений между людьми, является правовая сфера, которая порождает множество споров о праве. Однако для качественного и профессионального ведения гражданского дела требуется специалист, обладающий специальными познаниями — юрист (представитель). Стоит учитывать, что в сфере юриспруденции сложилась практика разделения направлений (по отраслям, подораслям), в связи с обширным кругом регулируемых нормативными правовыми актами общественных отношений.

Как известно, в разрешении гражданского спора могут принять участие заинтересованные лица, прокурор, судья, однако не все из них могут в полной мере обладать специальными познаниями в определенных ситуациях, вопросах. Тогда в дело вступает эксперт, который, на основании представленных ему вопросов и документов, уполномочен дать свое заключение — ответы на недостающие вопросы, играющие решающую роль в разрешении спорных правоотношений.

Стоит отметить, что участники судебного процесса принимают заключение эксперта как основное доказательство по делу, однако статья 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации говорит о том, что заключение эксперта для суда необязательно. [1]

По мнению Н. Н. Ткачевой, заключение эксперта приобретает большое значение для участников процесса, и считает его основным средством доказывания. [2] С её мнение невозможно не согласиться, поскольку судебная практика показывает востребованность экспертных заключений. В качестве примера можно привести множество судебных решений. Одним из них является Решение Центрального районного суда г. Челябинска № 2–3524/2025 2–3524/2025~М-1710/2025 М-1710/2025 от 29 октября 2025 г. по делу № 2–3524/2025, согласно которого физическое лицо направляет иск в отношении управляющей компании о возмещении ущерба, причиненного вследствие затопления принадлежащей истцу квартиры в сумме 365 000 рублей. Кроме того, в иске заявлено требования о компенсации морального ущерба в сумме 50 000 рублей, а также компенсация убытков в сумме 3 500 рублей. Причиной затопления квартиры послужила течь на стояке горячего водоснабжение в квартире этажом выше. Истцом приобщен отчет специалиста, согласно которого сумма ущерба составляет 530 000 рублей. Проведенная судебная экспертиза заключила о том, что размер причиненного ущерба составил 270 000 рублей. Указанное доказательство было исследовано судом, заключение эксперта признано полным, мотивированным, выполненным с соблюдением требований законодательства. Кроме того, из материалов дела следует, что ранее страховой компанией была произведена выплата истцу в сумме 130 000 рублей. Таким образом, суд удовлетворил требование истца в части возмещения ущерба, однако установил сумму возмещения ущерба, согласно заключению эксперта, равную 270 000 рублей. [3]

Однако далеко не все судебные решения строятся только на одном экспертном заключении. Бывают случаи, когда в процессе обе стороны приобщают заключения из различных экспертных учреждений, выводы по которым могут существенно отличаться. Так, в качестве примера можно привести постановление Арбитражного суда Ростовской области от 23 мая 2023 г. по делу № А53–7007/2021. Согласно данного решения установлено, что физическим лицом — Ивановой А. А. направлен иск в отношении ООО «Армада» о взыскании 23 000 000 рублей — стоимости доли в уставном капитале в связи с выходом из этого общества.

В ходе процесса представитель ответчика заявил ходатайство о вызове в судебное заседание эксперта ООО «Экспертное бюро оценки консалтинга» Петрова А. А. для дачи пояснений по экспертному заключению.

Из материалов дела известно, что истица, соблюдая все правила законодательства произвела выход из ООО, после чего ООО «Армада» произвела расчет Ивановой в сумме 10 000 рублей. Истица обратилась в Специализированное частное учреждение Ростовский центр судебных экспертиз для определения действительной стоимости доли, заключение по которому указало на то, что действительная рыночная стоимость доли, в размере 90.91 %, в уставном капитале ООО «Армада» по состоянию на февраль 2018 года с учетом рыночной стоимости составляет 23 000 000 рублей.

Однако суд пришел к выводу о том, что для более точной и правовой оценки выплаты необходимо назначить дополнительную экспертизу.

Так, проведение экспертизы поручено эксперту НЭО «Центр независимых экспертиз», заключение которого показало, что рыночная стоимость 90,91 % стоимости уставного капитала составила 13 000 000 рублей.

Стоит отметить, что с учетом доводов истца, суд считает, что представленное ею ранее заключение эксперта содержит недопустимые аналоги по видам разрешенного использования земельных участков сравниваемых со спорными.

Истицей представлено в суд заключение специалиста на заключение эксперта, которое было произведено судом.

Представитель ответчика также заявил ходатайство о назначении по делу дополнительной экспертизы.

Так, судом, с учетом неустранимых сомнений в правильности проведенной экспертизы, назначено проведение повторной экспертизы, дополнив при этом вопросы. В заключении эксперта указывалось о том, что действительная доля 90,91 % в уставном капитале составляет 23 000 000 рублей.

Судом данное заключение принято в качестве надлежащего и достоверного доказательства, так как суд полагает, что заключение эксперта соответствует требованиям норм законодательства, является полным. [4]

Так, можно выделить проблему, связанную с применением заключения эксперта в судебном процессе, которая связана с тем, что эксперт владеет специальными познаниями, которыми не владеет суд, следствие чего суд не всегда может объективно корректность применения методов исследования экспертом, а также достаточность объема представленных на исследование предметов и документов. Д. А. Кудряшов считает, что полную и объективную оценку заключения эксперта суд сможет дать с помощью допроса самого эксперта, проводившего экспертизу. [5]

Судья, не обладая специальными познаниями в той области, в которой работал эксперт (будь то строительная, оценочная или медицинская экспертиза), не может объективно проверить:

1. Научную обоснованность и актуальность примененной методики;

2. Корректность применения методики к конкретным объектам;

3. Отсутствие логических противоречий между исследовательской частью и выводами.

Таким образом, существует практический пробел, который возможно решить путем привлечения независимого консультанта, который поможет суду более объективно дать оценку заключениям эксперта в определенных спорах.

Литература:

1. «Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 23.03.2026, с изм. от 31.03.2026) / официальный источник правовой информации — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_39570/13f4d5fb011e421b0822adc6ce1f0524495e5efb/ (Дата обращения: 02.03.2026).
2. Ткачева Н. Н. Заключение эксперта: традиционный вид доказательства или особое средство защиты нарушенного права / Н. Н. Ткачева // Администратор суда. 2019. № 1. С. 12–15.
3. Решение Центрального районного суда г. Челябинска от 29.10.2025 по делу № 2–3524/2025 // Центральный районный суд — URL: https://sudact.ru/regular/doc/9yozxwj4idQ9/ (Дата обращения: 01.03.2026).
4. Постановление Арбитражного суда Ростовской области от 23 мая 2023 г. по делу № А53–7007/2021 // Арбитражный суд Ростовской области — URL: https://sudact.ru/arbitral/doc/AfGFm5yJwHW1/ (Дата обращения: 01.03.2026).
5. Кудряшов Д. А. К вопросу о процессуальной и экспертной оценке результатов производства комплексного экспертного исследования // В сборнике: Юридические науки. 2023. С. 72–75.