Женщины на Боспоре как выходцы из разных народов, живущие на периферии античного мира, имели свои особенности во внешности, быте и занятиях, образе жизни по сравнению с общепринятыми нормами [5, 156].

Что касается одежды боспорянок, то их костюм можно реконструировать по изображениям и рельефам, особенно на надгробиях. Как указано выше, женщины носили длинные хитоны, в которые были задрапированы. На всех надгробиях женщины завернуты в длинные хитоны, скрывающие обувь. Также сверху накинуты плащи, которые покрывали голову. Можно предположить, что покрытие головы было одним из атрибутов изображения умершей женщины. Хитон ниспадал равномерно и симметрично по краям, иногда для равновесия к нему привешивались грузики. Это придавало стройность фигуре. Также женщины использовали высоко поднятые пояса, они помогали фиксировать бюст. Позже появились туники, которые имели простой способ кроя. Обычно из равных отрезков ткани, которые сшивались по бокам и рукавам. Туники были как длиннорукавные, так и короткорукавные. Вырез горла был достаточно широк, чтобы не использовать застёжек. Тунику всегда носили с другим видом одежды.

На голове женщины часто изображены в шапочках — калафах. Это головной убор, напоминающий тюбетейку, расширяющийся кверху, имевшая трапецевидную форму и завершавшаяся закругленными выступами. Также иногда применялась шляпа с полями, а также диадема, которая скрепляла волосы [6, 89].

Женщины проводили большую часть времени дома и следили за хозяйством. Они жили отдельно в гинекеях и не могли принимать участия ни в каких мероприятиях мужчин: ни в симпосиях, ни в вечеринках, ни в спортивных состязаниях [2, 98]. Не могли женщины участвовать и в мужских религиозных обществах — фиасах. Исследователи не обнаружили ни одного упоминания женщин в списках членов таких обществ на Боспоре [9, 252].

На Боспоре нравы могли быть свободнее. В частности, греческий писатель II в. Лукиан Самосатский в своем сочинении «Скиф, или гость. Токсарис, или дружба» сообщает, что на Боспоре был обычай, что во время симпозиума мужчины могли просить руки девушки, перечисляя свои достоинства и недостатки и соревнуясь друг с другом. Это могло быть возможным, если девушка присутствовала за столом.

Главным занятием женщины было домашнее хозяйство и ткачество. Находки ткацких грузил и их количество в боспорских городах указывает на то, что домашнее ткачество было широко распространено в боспорском обществе. Им занимались женщины [3, 110]. Также были многочисленные находки веретен, на которые надевались пряслица. Веретена в большинстве случаев были деревянными, утолщенными посередине и заостренными с концов. В Северном Причерноморье часто находят прялки из слоновой кости. Их часто ложили в женские погребения как атрибут их основных занятий. Прялки были как простые, так и искусно выделанные, богато украшенные, покрытые золотом или серебром [8, 46]. Прялки также посылали женщинам в виде дара. Например, древнегреческий поэт III в. до н. э. Феокрит, автор «Идиллий», посвятил отдельное стихотворение прялке, где сообщает о том, что дарит некоей красивой женщине Никии прялку из слоновой кости, чтоб она ткала женскую и мужскую одежду. Есле веретено и прялки были легкими, то ткацкий станок был тяжелым и размещался на женской половине дома. Он был практически весь деревянный, к нему находятся много грузил весом от 6 до 460 грамм на Боспоре. Они моги быть керамическими и металлическими и привешивались к вертикальным нитям. Их вес колебался в зависимости от назначения изделия [1, 395].

Женщины также занимались сельским хозяйством, переработкой зерна, заготовкой еды и припасов. Это тоже было важным атрибутом женщин. В частности, женские костяки на некоторых некрополях посыпаны зерном и семенами в области таза. Также это символизировало плодородие. На надгробных рельефах умершие женщины часто сопровождаются служанками-рабынями. Именно в обществе служанок свободные женщины чаще всего проводили свой досуг. Обычно женщины не получали образования, поскольку это считалось нецелесообразным. Среди всех найденных надписей и граффити в Северном Причерноморье находятся единицы, подписанные женщинами [10, 81].

Из досуга женщины могли развлекаться также играми. Например, на Боспоре часто находят астрагалы — специальные кости, которые подкидывали или выбивали в игре. На изображениях встречаются и женщины, игравшие в кости. Их партнерами в этих развлечениях были подруги. Вряд ли женщины играли в коттаб, где надо было выплеснуть вино в сосуд, так как им запрещено было пить вино. Зато они могли играть в шашки, кубики или камешки. Античные шашки, в том числе из раскопок Северного Причерноморья, часто делались в виде фигурок богов, героев или людей. Они хранились в специальных сосудах или нанизывались на нити [7, 77].

Также женщины следили за модой в античном мире. Для боспорянок своеобразным журналом мод могли служить привозные аттические сосуды с изображениями. Одежда и прическа боспорянок мало отстает от трендов в главных греческих городах. На некоторых пантикапейских вазах встречаются изображения, где молодая девушка занимается своим туалетом в гинекее или невеста готовится к свадьбе в окружении подруг. Если мужчины получали различную информацию, отправляясь в порты и торговые лавки, то женщины могли посылать туда служанок, которые все пересказывали хозяйке.

При таком замкнутом и однообразном образе жизни выдающимся событием и по сути единственным праздником, где женщина была в центре внимания, а в дом приглашались гости, была свадьба. В богатых семьях этот праздник растягивался на 3 дня, в бедных семьях обычно ограничивался одним днем. Перед подготовкой к свадьбе к девушке приходили подруги, которые ей помогали. Есть изображения, где обнаженная боспорянка моет волосы в лутерии, а другая девушка поливает её водой. Затем невесту одевали в праздничную одежду и вместе с подругами она выходила к гостям, но лицо было закрыто, виден был только разрез глаз. Так подчеркивалось целомудрие новобрачной. На одной вазе (кальпиде) из Горгиппии изображен свадебный поезд, где жених и невеста едут на колеснице, а их сопровождает девочка с ритуальным сосудом-лутрофором. Один юноша из друзей жениха ведет под уздцы пару коней свадебного кортежа, другой освещает путь факелом. Весь кортеж сопровождается песнями и танцами: одни девушки играют на аулосе, другие — на лире. Также есть женщина, которая несет ритуальный треножник. Жених и невеста одеты в праздничные наряды, в частности, на картине сохранились остатки зеленоватой и золотистой краски на наряде невесты. На третий день невеста принимала подарки. На изображениях на вазах она восседает на троне посреди композиции. Она в праздничной одежде с цветной богато украшенной каймой, в диадеме, серьгах, на руках кольца и браслеты. Она принимает подарки от других девушек, также в богатых нарядах. Это ткани, шкатулки с украшениями, различные сосуды: леканы, пиксиды, арибаллы, — с душистыми маслами и благовониями. Кто-то держит треножник, кто-то играет на лире [4, 39].

Брак был очень важным и серьёзным шагом в жизни как мужчин, так и женщин Древней Греции. И он тщательно обдумывался и выверялся –это была большая ответственность. В упоминаемой речи Демосфена «Против Неэры» о браке говорится, что жить в браке — значит, не только сожительствовать, но и заводиь детей, сыновей включать в фратрию и число демотов, а дочерей выдавать замуж как своих детей. Если гетер заводят для наслаждения, наложниц — для удовлетворения телесных потребностей, то жен — как тех, от кого будут законные дети, а также кто будет охранять имущество.

Боспор был полиэтничным и поликонфессиональным. Быт и занятия женщин Боспора во многом воспроизводил условия материковой Греции. Девушки и замужние женщины были ограничены гинекеем: вели домашнее хозяйство, воспитывали детей, занимались ткачеством, не участвуя в мероприятиях мужчин, в то же время они могли участвовать в религиозных таинствах и исполнять должность жриц. Особой категорией были гетеры, которые могли вести свободный образ жизни, но расплачивались тем, что были ограничены в правах. Самые тяжелые условия жизни были у рабынь, но на Боспоре воспроизводилась модель патриархального рабства, что облегчало положение боспорских рабынь по сравнению с классическими полисами.

Литература:

1. Гайдукевич В. Ф. К вопросу о ткацком ремесле на боспорских поселениях // Материалы и исследования по археологии СССР. — 1952. — № 25. — С. 395–414.
2. Журавлев Д. В. Женщина в античном мире // Любовь и Эрос в античной культуре. Каталог выставки Государственного исторического музея. — М., 2006. — С. 98–115.
3. Зубарь В. М., Зинько В. Н. Боспор киммерийский в античную эпоху. Очерки социально-экономической истории / Боспорские исследования. — 2006. — № 12. — С. 110.
4. Кинжалов Р. В. К реконструкции древнегреческого свадебного обряда // Астарта. — Вып. 1. — СПб., 1999. — С. 39–95.
5. Кузьмина Т. А. Женщина на периферии античного мира: к вопросу о влиянии варварского фактора (на примере Боспора) // Из истории античного общества. — Вып. 12. — Нижний Новгород, 2009. — С. 156–163.
6. Матковская, Т. А. Образ боспорянки (по материалам Керченского лапидария) Т. А. Матковская // Боспорские исследования. — 2002. — № 2. — С. 89–102.
7. Скржинская М. В. Досуг жителей античных государств Северного Причерноморья / М. В. Скржинская // Боспорские исследования. — 2014. — № 30. — С. 77–151.
8. Скржинская, М. В. Женщины в античных государствах Северного Причерноморья (по материалам Боспора, Херсонеса и Ольвии) / М. В. Скржинская // Боспорские исследования. — 2008. — № 19. — С. 46–82.
9. Смирнова Н. В. Частные микросообщества Боспора: полтора века исторического поиска // Проблемы истории, филологии, культуры. — 2001. — № 10. — С. 252–267.
10. Толстой И. И. Греческие граффити древних городов Северного Причерноморья. — М.-Л., 1953. — С. 81.