Введение

Современная ревитализация и реставрация в целом претерпевают изменения. Все чаще восстановление производится явно и транслирует историю объекта, не скрывая его разрушения, а даже, наоборот, подчёркивая.

Классическая реставрационная парадигма ориентирована на «невидимость» вмешательства и восстановление идеального вида. Однако в последние десятилетия всё большее внимание привлекает японская техника кинцуги — реставрация керамики с демонстрацией золотого шва. Методика кинцуги постепенно выходит за пределы реставрации керамики. Сегодня философия «золотого шва» проникает в самые разные сферы — от мебели до архитектуры и даже кино.

Новизна работы в том, что российские практики ревитализации сквозь эту оптику пока не анализировались.

Проблема. Возникает противоречие: с одной стороны, в России существуют проекты, где заброшенные здания восстанавливаются с сохранением «следов травмы» (Дом Павлова, «Бетонные сады»), с другой стороны, отсутствует теоретическая рамка, позволяющая осмыслить эти практики как единую стратегию.

Объект и предмет. Объект исследования — процессы ревитализации зданий и объектов в России. Предмет — философия кинцуги как аналитическая модель для оценки этих процессов.

Цель работы — обосновать применение философии кинцуги для анализа российской ревитализации.

Японская техника кинцуги имеет в своей философии сохранение, а не сокрытие «судьбы» артефакта. Кинцуги — это практическое воплощение ваби-саби, центральной эстетической категории Японии. Термин ваби-саби представляет собой сочетание таких значений: «ваби» («непритязательная простота») и «саби» («налёт старины; умиротворение одиночества»). В упрощенном понимании этот термин может пониматься как эстетика несовершенства. Однако, это несовершенство ценно своей историей. И оно преподносится с достоинством. В самой философии заложена демонстрация повреждения: не скрывается произошедшее с предметом, а даже подчеркивается золотом.

Старая вещь в Японии ценится за память о владельце, событиях, использовании. Очевидно, что потребность в реставрации возникает в случаях редкости и ценности вещи или особой значимости в культурной парадигме определенной субкультуры(такой как чайная).

С незапамятных времен реставрация служит для сохранения памяти. В современной тенденции наблюдается использование исторических сооружений, не имеющих статуса объекта культурного наследия, согласно запросам общества — например, для удовлетворения эстетических потребностей и сохранения исторической и индивидуальной памяти. В настоящее время большинство людей восстанавливают антикварные вещи, преобразовывают архитектурные пространства и предметы мебели, городскую архитектуру, музыкальные инструменты, ювелирные украшения и т. д, используя технику сохранения кинцуги.

Философия сохранения кинцуги воплощается в бережном отношении к историческому прошлому, что и заложено в культурный код России. Реставрация с сохранением следов разрушения- индивидуальной истории объекта. Такой подход к реставрации отражен в некоторых отечественных проектах. На мой взгляд, возможно провести параллели с Волгоградским домом Павлова. Стена, оставшаяся после событий Великой Отечественной войны, сохранена и даже встроена в планировку более современного дома, что органично вписывается в более позднее архитектурное сооружение. Примечательно изменение надписи «Отстоим тебя, родной Сталинград!» на «Отстроим тебя, родной Сталинград» добровольцем, участвовавшим в черкасовском движении по восстановлению города. И эта надпись сохранена в первозданном виде. Дом Павлова согласуется с философией кинцуги по ряду причин:

1. Повреждение дома сохранено, не ликвидировано.
2. Запечатлена история дома: история разрушения.
3. Дом является не частью иного строения, а «историческим фундаментом», от которого был символически отстроен весь город.
4. Дана вторая жизнь сооружению.

Другой пример не имеет статуса культурного наследия. «Бетонные сады» в Острогожске построены на основе недостроенного завода «Агрегат». Постройки удачно оформлены в садово-парковой архитектуре. В контексте философии кинцуги, этот парк адаптирует «разрушающийся» завод к использованию людьми, то есть продолжает его функционирование после преображения.

Парк «Бетонные сады» согласуется с философией кинцуги по ряду причин:

1. Бетонные конструкции остались видимыми и стали центральным элементом ландшафта.
2. Постройки используются с новой целью.

Литература:

1. Егорова А. А. Реставрация кинцуги: история художественной практики и проблемы атрибуции // Из глубины тысячелетней истории. — 2021. — С. 118.
2. Карпова Е. П. Памятники Сталинградской битвы / Е. П. Карпова // Актуальные проблемы педагогики и психологии. 2023. Том 4. № 6(2). С. 92
3. Пискарева А. В. Подходы к эстетизации артефактов депрессивной среды в постиндустриальных парках // Методы. — 2022. — С. 315–318.
4. Апаев А. М. Современные тенденции ландшафтной архитектуры в структуре парка // Молодой исследователь Дона. — 2020. — № 3 (24). — С. 117.